Вторые (СИ)

Сколько я проспал — сам сказать не могу, просто в какой-то момент я осознал, что кто-то настойчиво теребит меня за плечо.
— Честер! Подъем! Давай, вставай!
— Крис? Что проис…
— Мы прибыли! Давай, приходи в себя и дуй на мостик. Все уже там, только тебя ждем.
Я поднялся с кровати, сел и потер лицо.
— Чего по внутренней связи не вызвали?
— Пробовали, ты не отзывался. Потому я сам пришел за тобой.
Ого! Похоже, отрубило меня конкретно, если уж даже вызов не услышал…
Впрочем, напряжение последних дней, хронический недосып и усталость должны были рано или поздно дать свое, вот этот момент и настал — мой организм истощил все свои запасы, и теперь наверстывал свое, пытался прийти в норму, наглухо игнорируя любые сигналы и раздражители извне.
Через пару минут я уже двинулся к выходу из отсека, где меня дожидался Крис.
— Что за спешка? Что случилось? — спросил я.
— Мы добрались до места старта спасательной капсулы, — коротко ответил Крис, двинулся в сторону мостика впереди меня.
— И? Что нашли?
— Ты должен это увидеть сам…
  
Глава 2. Что тут произошло?
 
У меня, как и у остальных членов моей команды, был именно этот вопрос в голове: «Что тут, черт подери, случилось?».
Мы прибыли по координатам, откуда стартовал спасательный челнок, однако не обнаружили никаких кораблей, модулей…
Или же, что правильнее, как раз таки обнаружили: их останки.
Целое поле обломков летало вокруг. Я без труда узнал часть обшивки модулей, здоровенные куски, ранее являющиеся внутренними отсеками. Всюду летали остатки оборудования, различных устройств и…тела людей.
Многие были без скафандров…
— Что же здесь произошло? — разглядывая открывшиеся «виды», прошептал Алекс.
Ему никто не ответил, все молча пялились на обломки, летающие вокруг.
— Это что там? Капсулы гиперсна? — тихо спросил Техас, указав пальцем куда-то в сторону.
Я пригляделся и действительно увидел предмет, очень напоминающий капсулу, причем была она там не одна, рядом медленно вращалась еще одна, и еще…
Вот черт, я уже насчитал около десяти капсул!
— Надеюсь, они пустые, — мрачно произнесла Нора.
— Нужно проверить, — предложил я.
— Я с тобой! — кивнул Техас.
— Нет! Я пойду! — заявил Крис. — Вы не сможете точно определить, жив человек внутри капсулы или нет.
— Если капсула не работает, если аварийное питание отсутствует, то это уже не капсула, а гроб, — буркнул Техас.
— Я все же настаиваю…
***
Створки шлюза разошлись в разные стороны, и я, проверив, что трос надежно прикреплен к скобе, по устоявшейся уже привычке глубоко вдохнул воздух, будто не из корабля в открытый космос собираюсь прыгать в скафандре, а в воду с трамплина.
Магнитные подошвы «отлепились» от палубы корабля, я оттолкнулся и полетел в черную бездну, где тут и там виднелись медленно вращающиеся обломки.
Пролетел несколько метров, прежде чем включил ранец. На руке скафа тут же появился «обруч», с помощью которого и можно было управлять полетом.
В первую очередь я нацелился на крупный обломок жилого модуля, к которому и полетел. Боковым зрением следил за Крисом, который направился к обломку рядом с «моим».
Все же если в невесомости на станции или корабле Крис был гораздо проворнее меня, то вот будучи облаченным в скаф, в открытом космосе, он мне уступал. До своей цели я добрался куда быстрее, и «пристыковался» гораздо плавнее напарника.
Магнитные подошвы тут же зафиксировали меня на обломке, и я огляделся. Это точно раньше было жилым модулем — вон, даже одна из двухъярусных кроватей осталась.
Но все остальное…даже то, что осталось от модуля, сильно покорежено, изломано. Было впечатление, что модуль попросту взорвали. Правда, взрыв произошел не внутри, а снаружи. Если края и стены модуля, точнее того, что от него осталось, были страшно изуродованы, то внутри он практически не пострадал. Во всяком случае, та его часть, где находился я.
Послышались тихие ругательства Криса, и я повернул голову в его сторону. Ничего страшного не произошло, просто он несколько неправильно подлетел к своей цели, и довольно чувствительно приложился о торчащую, будто кость, балку.
 
Вроде не особо пострадал, но я все же решил проверить.
— Ты там как?
— Нормально! Просто уже отвык в скафе летать, — честно признался Крис.
— Сильно досталось?
— Нет, ушибся, но скаф цел.
— Хорошо.
Я вернулся к осмотру своего обломка, да вот только ничего интересного здесь больше не нашел. Вообще ничего.
Отключил магнитные подошвы, оттолкнулся от обломка и поплыл «вверх».
Так, а вон там что?
Если все остальные обломки, плавающие вокруг, были угловатыми, то этот был какой-то странный, больше напоминающий…о, черт!
— Крис! Я вижу человека!
— Живой?
— Нет…точно нет. Он без скафандра.
Я медленно подплыл к бедолаге, схватил его за ногу и подтянул к себе, параллельно погасив все векторы движения, заставив себя замереть.
Мертвец скрутился, скукожился так, что я сразу даже не понял, что именно вижу. Его лицо навсегда застыло в гримасе немого ужаса и боли. Рот так и остался открытым, словно бы даже после смерти он продолжал кричать, но крик услышать было нельзя.
Изуродованное космосом лицо уже не узнать. Думаю, даже если встречался с этим человеком ранее, то вряд ли бы сейчас смог его опознать…
Но я заметил на его комбезе бирку: «А. Рэдклиф».
Что ж, уже хорошо — хотя бы его опознали…
По коже моей вдруг пробежали мурашки, ведь и я могу умереть вот так…в пустоте, один. Даже сейчас от смерти меня отделяет лишь тонкий скафандр, и вокруг полная, прямо-таки мертвая тишина. Нет никаких звуков, вообще ничего, лишь мое дыхание.
— Честер! — я даже дернулся, услышав голос Криса. — Мне нужна помощь. Лети ко мне!
Я не стал просить себя дважды, огляделся, и, найдя Криса, оттолкнулся от тела, полетел в его сторону, не желая задействовать рюкзак.
Хотел подлететь аккуратно, без траты топлива, но все же чуть промахнулся с траекторией, пришлось выравниваться и править направление полета с помощью рюкзака.
Уже на подлете понял, рядом с чем «завис» Крис: криокапсула.
— Смотри! — послышалось в моих наушниках, и я, повинуясь указательному жесту Криса, заглянул в маленькое окошко капсулы.
М-да…скажем так, я ожидал увидеть нечто куда хуже, а тут…
В окошке разглядел человека, лежащего внутри капсулы.
Не было никаких сомнений, что он уже давно мертв, однако внимание мое, как и Криса, привлекло нечто иное.
Лицо мертвеца было в глубоких ссадинах, даже в порезах, и порезы эти были…больше всего они напоминали какую-то ритуальную маску или рисунки дикарей. Так разукрашивают лица члены отсталых племен на Земле.
Однако мертвец, покоившийся в капсуле, свое лицо не стал мазать краской, он просто изрезал себя чем-то острым. Тонкие линии, практически симметрично расположенные и на правой, и на левой части лица, странный рисунок звезды на лбу…
Напрашивался один простой вывод — либо над этим бедолагой заморочился один из «пробудившихся», либо покойник сам является «пробудившимся».
Чертовы психи…
Совершенно непонятно, почему так происходит. Просто человек, находящийся в гибернации, приходит в себя, он не может двигаться, и даже пошевелить пальцем, его тело спит, но разум функционирует. Человек все чувствует, все понимает, однако он заперт в своем теле, равно как и его тело в капсуле.
Он совершенно ничего не может сделать, и должен находиться в заточении до того момента, пока капсула автоматически не разблокируется или ее откроет другой человек.
Крис предполагал, что «пробудившиеся» сходят с ума в строго определенный момент, в частности, когда проходят через аномалию, ведущую из Солнечной системы сюда, в Алькари.
Очень может быть, но лично у меня есть другая теория. Я считаю, что проход аномалии может вызвать это самое «пробуждение», которое не в состоянии отследить автоматика капсулы.