Шаг из тьмы 3 (СИ)

Остальное время она, вместе с другими его учениками, проводила в загородной вотчине индийцев, целиком посвящая себя обучению, где нагрузка всё возрастала и возрастала. Утром специальная гимнастика, призванная сделать их тела гибкими, а жилы сильными. Тренировка завершались лёгкой пробежкой с последующим купанием в пруду. Потом завтрак и занятия по изучению латинского языка, которые проводил с ними специально приглашённый книжник.
После латыни начиналось самое интересное — занятия, на которых им рассказывали обо всём на свете. Об устройстве мира, о войне, торговле, строительстве, работе с металлами, лекарском деле, жизни в былые времена. За прошедшее лето она узнало столько, сколько не узнала за всю прошлую жизнь. С простым сидением за компьютером и просмотром живых картинокучёба и близко не стояла.
За утренними занятиями шла силовая тренировка, на которой Лада с Искрой выполняли иные упражнения, чем у парней. Дальше им давалось немного времени для приведения себя в порядок, после чего их ждал обед с кратким отдыхом. И снова занятия, зачастую практическое применение того, что им рассказывали утром. В конце дня, ещё одна тренировка, уже на скорость и ловкость. Для парней, как правило, поединок, для девушек упражнения на раскачивающемся бревне или поставленных не землю чурбаках. Олег специально приглашал любых свободных работников, которые забрасывали их кожаными шарами размером с кулак взрослого мужика и плотно набитых мхом, пока они пытались сохранять равновесие на неустойчивой поверхности. Ну, и конечно, всегда присутствовал любимый боярский «пунктик» с дыхательными упражнениями.
Как смеясь говорил Олег «чтобы дети не скучали, надо чтобы им жизнь мёдом не казалась» он частенько вносил изменения в самим же установленное расписание занятий. Так например, после занятий с лекарем, они всем скопом несколько дней работали в лечебнице при монастыре. Обрабатывали мелкие раны, ухаживали за больными, убирались в палатах. Почему для места, где лежали больные, индийцы придумали название роскошного княжеского жилища, она так и не поняла, а объяснить ей никто не смог. Даже сам Владимир, услышав её вопрос, не миг задумался, потом пожал плечами и признался, что сам не знает откуда это пошло.
В другой раз он приказал им выступать на торгу в качестве скоморохов. Если судить по мелкому серебру, которое им накидали зрители, получилось у них неплохо. В следующий раз он дал задание написать статью в газету, где все справились много хуже, кроме неё. Собственно, только она и справилась, её статья пошла в печать, а остальные пошли чистить их новгородский сортир. Очень интересно он поступил с заработанными кунами. Если за их скоморошество всё серебро он передал в монастырскую лечебницу, то гонорар за статью отдал ей полностью.
Были и забавные испытания. Однажды, приказал плотникам выстроить на третьей плотине вышку высотой в шесть локтей с выступающим в сторону воды помостом. Все долго гадали для чего она нужна и боярин показал это буквально на следующий день, заставив их забираться на самый верх и оттуда прыгать в пруд. В начале просто, потом вниз головой, с переворотом вперёд и назад, в общем — было весело. Не веселился только сам Олег, наблюдал за происходящим задумавшись, как обычно теребя подбородок. И, вылезая из воды после очередного прыжка, девушка расслышала его странную фразу, брошенную в разговоре Василию, в которой поминал неких безбашенных детей, гробящих на корню его прорезавшийся педагогический талант. Сказал её на индийском, который она начала уже хорошо понимать, но видимо недостаточно. Подобные фразы немедленно ставили её в тупик. Вроде непонятно всего одно слово «педагогический», но понять фразу целиком невозможно. Почему у детей должна быть башня и почему мера веса должна откуда-то прорезаться? Странный язык.
Очень часто девушки занимались отдельно от парней с кем-нибудь из боярышень, у которых постигала хитрую науку манипулирования мужчинами. Индийские женщины были в том большими мастерицами. Даже странно, как сами индийцы с ними управлялись. Правда, рассказывали им на тех занятияхне про одни женские уловки, много говорили про повседневную жизнь. Как правильно подбирать одежду, какие цвета с какими сочетаются, как ухаживать за собой, дабы всегда оставаться красивой и желанной, многое другое в том же духе.
 
Случай проверить их науку на практике вскоре представился. У индийцев вышла замятня с частью новгородских купцов, сильно народ обиделся на них. Как условились они с посадником, стекло торговали через новгородских купцов, но про бумагу и зеркала в том уговоре ничего не было, и народу стало очень обидно, как такой товар, с которого хорошую прибыль можно поиметь, мимо них проходит. Недовольство купцов разделяли ростовщики, а как же, такое большое дело и аналогично, мимо них прошло. Как отомстить они толком не знали, открыто напасть на их вотчину под городом боялись. Ибо прекрасно знали, кто в доле с ними и каковы могут случиться последствия.
Посему решили действовать тоньше. Зная как они заинтересованы в железе, сговорились им его не продавать и другим не давать. Для Олега ситуация оказалась весьма неприятной. Никто из его партнёров торговлей железом не занимался. Тысяцкий с посадником скрипели зубами, да токма ничего не поделаешь, купцы в своём праве, насильно никому торговать не запрещают, а слова, они и есть слова. Народ и рад бы торговать, но слишком серьёзные люди были против, сплошь золотые пояса и купцы первой сотни. С такими ссориться себе дороже, в следующий раз можно вообще без торговли в новгородской земле остаться. Тут-то и подвернулся им сын крупного черниговского купца с грузом железа, который и стал её первым серьёзным заданием.
Успех в деле с железом натолкнул Олега на ещё одну, на ее взгляд, достаточно странную мысль. По его приказу ей, Искре и Путимиру справили богатые одежды, боярин выдал им серебра и отослал в город с наказом погулять в местах, где дети лучших людей города время проводят. На людей посмотреть, себя показать, завести знакомства, которые в будущем пригодятся «вопросы решать», может дела совместные появятся и, дабы замятня с железом более не повторялась. Серебра на это дело не жалеть.
Задача была поставлена, задача была выполнена. Не сразу, не гладко, Путимиру даже пришлось подраться пару раз, но дело вхождение в общество, как называл его боярин, золотой молодёжи, было исполнено. Так у неё с Искрой появились первые воздыхатели. С одной стороны, приятно конечно, а с другой…. Мысленно сравнивала их с наставником и понимала, не то.
В конце лета Олег внёс в их тренировки ещё одно новшество, выдал каждому особые сапоги с кармашками на голенищах, в которые был насыпан песок, и с многочисленными ремнями-застёжками, объявив, что с этого дня ходить и тренироваться они будут исключительно в них. Раз в неделю он добавлял в кармашки немного песка, постоянно увеличивая вес, который очень быстро стал весьма ощутимым. Так что по вечерам, сняв обувь, все ученики чуть ли не подпрыгивали.
И ещё одно занятие, которое было у них ежедневно, это развитие их внимания и памяти. По несколько раз за день он вносил какие-нибудь изменения в привычный порядок вещей, а потом внезапно спрашивал, что нового они увидели. Новым могло быть что угодно. Новые серьги у Людмилы, новое блюдо за обедом, ветка, упавшая на тропу для пробежки. Память тренировал им по иному. Заставлял учить наизусть отрывки из писания, запоминать числовые последовательности и отдельные слова. Раскладывал перед ними совершенно обычные предметы, потом закрывал их от взора учеников, менял местами и приказывал им сделать как было. Со временем, промежуток между изучением задания и его выполнением всё возрастал и возрастал. Показать утром, а спросить в обед, или вечером спросить что было на завтрак и кто первым из детей Горыни пришёл на обед. И упаси Создатель им того не заметить или забыть, немедленно следовало наказание.
Единственное занятие, за неудачу в котором он их наказывал ударом лёгкой и гибкой палки. Вроде, чего там той палки, толщиной с большой палец, но боярин очень умело ей пользовался. Первый раз, когда он её перетянул по спине, Лада чуть не задохнулась, настолько было больно. Казалось рубашка, вместе с кожей на спине разошлись, обнажив кровоточащее мясо. Но нет, вечером посмотрела на себя в зеркало, ничего, и следа не осталось. Ещё сильней оказалось потрясение от самого факта, что спокойный и доброжелательный индиец ударил её. Нет, для неё не было секретом, как наставники обращаются со своими учениками. Не раз бывало и отец отхаживал её розгами за проказы, это нормально, но это почему-то не вязалось с индийцами.