Даже Смерть знает мое имя 2 (СИ)

Оказалось, что охотник действительно уже храпел в моей чисто вымытой машине, лишившейся гербов. Их так хорошо закрасили, что новая краска только чуть-чуть отличалась от старой. Но скоро она выгорит на солнце и совсем перестанет отличаться.
— Подъём! — постучал я костяшками пальцев в водительское стекло.
— Кхам! — выдохнул Бульдог, раскрыв мутные глазёнки, из которых испуганно убегал сон. — Я выполнил всё, что вы приказывали, сударь. Зелья и прочие вещи — в багажнике. Только это… денег никаких не осталось. Хотя нет… осталось немного, но я машину заправил.
— Молодец, — похвалил я его и уселся на пассажирское сиденье. — А теперь поехали к тому зданию, где регистрируют отряды охотников. Надо юридически зафиксировать роспуск моей команды.
— А что же станет со мной и Рябым? — сглотнул Бульдог.
— Ничего. Будете так же служить мне.
— Хорошо, — обрадовался охотник и погнал автомобиль по слегка подсохшим дорогам.
Уже минут через десять машина остановилась перед знакомым мне зданием, после чего я буквально за полчаса осуществил роспуск своего отряда, а потом вернулся в автомобиль.
— Теперь поехали в поместье.
Бульдог кивнул и снова нажал на педаль газа.
Старый город с его брусчаткой мы проскочили быстро, а вот по утопающим в грязи окраинам пришлось буквально продираться. Да и за городом дорога всё так же пестрела глубокими лужами. Поэтому на дорогу к поместью мы потратили в два раза больше времени, чем обычно. Но хорошо хоть добрались без всяких поломок.
В поместье же я оккупировал старенькую кухню с выцветшими обоями и занялся приготовлением зелья, нужного для перехода в другой мир. Для его создания у меня всё было: ингредиенты, огонь и спирт. Однако я чувствовал совсем крошечную неуверенность. Прежде я в одиночку никогда его не варил. Мне всегда помогал Аким, а сейчас-то его нет. И нет времени на то, чтобы ждать его. По моим подсчётам Ищейка уже вот-вот должна нанести удар. Надо успеть сварить зелье и спрятать его. Оно ведь ещё должно настояться, прежде чем его можно будет использовать по назначению.
  
Глава 10
 
Первые сумерки уже закружились за окном, а я устало плюхнулся на колченогую табуретку. Она протестующе заскрипела и чуть не развалилась. Но мой вес всё-таки выдержала.
— Фух, — выдохнул я, смахнул с лица едкий пот и удовлетворённо посмотрел на небольшие сосуды с плотными крышками. В количестве трёх штук они выстроились на покрытом царапинами кухонном столе и отражали металлическими боками тусклый свет лампочки, сиротливо свисающей с потрескавшегося потолка.
В каждой из этих тар пряталось зелье перехода. Я потратил на варку несколько часов, но добился хорошего результата. Правда, кухня провоняла так, что в ней чуть ли не зелёный туман висел.
Я приоткрыл окно, чтобы помещение проветрилось, а затем взял все три сосуда, распихал их по карманам и вышел вон.
Но стоило мне сделать всего несколько шагов по полутёмному коридору, как мои уши полоснуло противное дребезжание, от которого аж зубы заболели. Телефон! И кто придумал такой адский звонок? Наверняка этот человек пропеллером вертится в гробу.
Покачав головой, я шустро взлетел на второй этаж по скрипучим ступеням и схватил трубку телефона.
— Ратников слушает. И если вы звоните из-за какой-то ерунды, то начинайте копать себе могилу.
— Это Жорка… — запнулся юный некромант, напуганный моим грозным тоном. — И я не из-за ерунды. Наверное, не из-за ерунды. Артур Григорьевич, до меня дошли слухи, будто бы вы распустили наш отряд.
— Ага. Распустил. В нём больше нет нужды, — проговорил я, попутно глянув на старинные настенные часы с кукушкой. Стрелки говорили, что уже можно вызывать фамильяра.
— Но как же? Как же так? — обескураженно пролепетал парень и следом жарко застрекотал, будто страстно хотел выговориться: — Может, вы передумаете⁈ Я ведь столько обрёл в вашей команде. Сознаюсь, меня до сих пор часто одолевает страх, но я научился перебарывать его, и идти вперёд, даже когда поджилки трясутся. Моя матушка заметила произошедшие во мне изменения и, представляете, похвалила меня! Впервые за много лет. Раньше-то она только ругала меня, а теперь позволяет делать всё, что я хочу.
 
— Ещё немного и ты будешь полноценным Георгием. А по поводу отряда не переживай. Впереди тебя ждут шикарные битвы. Ты ещё успеешь превратить свои хилые яйца в два стальных шарика, ну, если тебя не убьют.
— Никакие битвы не сравнятся с нашим отрядом!
— Смотри на это дело философски. Лучше синица в руках, чем журавль в жопе.
— Хм, что за мудрец это сказал? — задумчиво проронил Жорка.
— Какой-то мудрый мудрец. Ладно, всё, не отвлекай меня. Аривидерчи, — проговорил я и положил трубку. — Рябой!!!
— Бегу, сударь! — донесся до меня приглушённый расстоянием знакомый голос, донёсшийся откуда-то с третьего этажа.
Буквально через несколько секунд появился и сам охотник, что-то торопливо жующий на ходу.
— Излови для меня какую-нибудь крупную птицу. Лучше всего грача, — приказал я ему. — И побыстрее. Я буду ждать тебя в подвале. Понял?
— Понял, — кивнул тот, прогрохотал ботинками по ступеням и выскочил из особняка.
Мне же не составило труда быстро добраться до подвала и включить свет. Лампы с электрическим жужжанием нехотя разгорелись, прогнав мрак. А я принялся чертить сложную гексаграмму. В прошлый раз я потратил на неё целый час, весь вспотел и порядком устал. Интересно, за какое время мне удастся начертить её на сей раз?
Внутри меня вспыхнуло желание побить прошлый результат, посему я стал работать с удвоенной энергией. Стиснул зубы, наплевал на ноющее плечо и боль в левом колене. Ползал и ползал по полу, выводя магический рисунок.
И мне удалось-таки улучшить прошлый результат. Всего сорок пять минут — и всё готово.
А спустя ещё пять минут раздались шаги на лестнице и в подвал ворвался Рябой. Его щека оказалась окровавлена, на штанине зияла дыра, а грязные пальцы сжимали связанного грача, боевито сверкающего чёрными глазами-бусинками.
— Вот, — протянул мне птицу Рябой, тяжело дыша. — Ну и дьявол в перьях, доложу я вам! Чуть глаз мне не вышиб. Голубя-то легче было бы изловить, но я же помнил, что вы хотели грача. Вот и добыл его для вас.
— Молодец, — похвалил я Рябого и взял из его рук затрепыхавшуюся птицу. Она точно понравится Акиму, а вот голубь… Думаю, фамильяр тут же бы совершил суицид, если бы очнулся в таком теле. Вряд ли бы он согласился летать и курлыкать.
— Я могу идти? — спросил охотник, опасливо косясь на магический рисунок, красующийся на полу.
— Иди.
— Благодарю, — выдохнул он и торопливо ускакал прочь.
А я поместил грача в центр гексаграммы и направил на неё руку с перстнем. Из последнего вырвался серый туманный поток маны, ударивший в магический рисунок. Он налился призрачным светом и мигнул, после чего нечто расплывчатое буквально за пару миллисекунд проскочило в тело грача. А тот вполне осознанно уставился на меня и кивнул. Говорить-то он не мог. Охотник же завязал его клюв.
— Отлично, — выдохнул я и принялся развязывать грача.
— Хор-рошее тело, — сразу же заявил Аким, разглядывая свою новую тушку. — Хор-рошее, гар-р-р.
— Ага. Этот грач чуть Рябого глаза не лишил.
— Р-рассказывай, что ты успел учудить, пока меня не было, — прокаркал фамильяр и принялся скакать по подвалу, приноравливаясь к телу.
Я же уселся задницей на пол, облокотился спиной об шершавую стену и рассказал Акиму о своих приключениях: о договорённости с князем, Чернове, роспуске отряда, выступлении в универе и ученике.
Фамильяр выслушал меня и мрачно прокаркал:
— К сожалению, я не видел лица эмиссара, но успел заметить, что он был не высоким, и не низким, не толстым, и не худым…
— … Звучит, как начало загадки, — усмехнулся я краем рта и почесал небритую щеку крепкими ногтями.
— … В общем, как обычно, эмиссар выглядит как незаметный человек, легко могущий затеряться в толпе, — произнёс Аким и следом мстительно добавил: — Ой, что же я с ним сделаю, когда найду! Он у меня умоется собственной кровью!