Больше нуля (СИ)

— По-моему, когда я спросил, как ты отреагируешь на то, что мне, возможно, нравятся мужчины, ты ясно дал понять, что реакция будет адекватной, — нахмурился Том, хотя брата можно было понять. Ведь он сам до конца не верил в случившийся роман, но никто не знал их историю так, как они, поэтому людям со стороны могло показаться это неправильным.
— Я вас не осуждаю, нет! Просто расскажи мне, как оно есть? — попросил Гарри, потому что понимал, что и половины не знает о том, что происходило между его старшим братом и голливудским актёром.
  
— Ладно, — ответил Том, немного подумав, а после рассказал обо всём. О съёмках фильма, об обстоятельствах в семье Роберта, о том, что их чувства друг к другу оказались давно взаимны. Он не стал ничего утаивать, потому что знал, что Дауни позвонил именно Гарри не просто так.
Младший брат слушал внимательно и не перебивал, но тяжелее всего ему было сдерживаться, когда Том рассказал о съёмках: он и не думал, что актеры могут подвергаться такой психологической пытке. Когда рассказ был закончен, они какое-то время молчали, потому что Гарри нужно было переварить услышанное, а Тому — просто выдохнуть и почувствовать, как на сердце стало немного легче.
— Вы намерены держать отношения в тайне? — спросил младший, встав и помыв два яблока, после протянув одно из них Тому.
— Мы это ещё не обсуждали, не успели. Но я уверен, что да: ни ему, ни мне не нужно такое внимание общественности. Стоит людям об этом узнать, как начнут строить столько теорий о том, что Роберт — совратитель молодых парней, а я — разрушитель семей, и прочее.
— А родителям скажешь?
— Ни за что! Они, конечно, толерантны и лучшие предки на свете, но даже для них это будет слишком, если преподнести им всё сразу. Мама до сих пор думает, что наша дружба с Зендаей закончится и превратится в отношения. Папа, если и нормально отнесётся к тому, что я встречаюсь с мужчиной, то вряд ли будет рад, что этот мужчина старше него, — вздохнул Холланд, понимая, как всё это будет непросто, его отношениям с Робертом предстояло ещё через многое пройти.
— Значит, ты хочешь держать всё в тайне? Ото всех? — Гарри испугался, что ему придётся одному хранить секрет брата.
— Да, пока что я буду хранить всё в тайне, мы с Робертом вместе всего лишь один день, этого слишком мало, чтобы я побежал совершать перед семьёй каминг-аут! Ну, Сэму ещё расскажу…
— Эм, привет, — послышался голос второго близнеца из семьи Холланда, и парни резко обернулись к нему. — Простите, сестрёнки, я тут случайно услышал, как вы секретничаете о мужиках, — улыбнулся Сэм. Они ещё пару секунд переглядывались из-за неожиданности и абсурдности момента, а после просто рассмеялись.
***
Роберт уехал на съёмки рано утром, устроив настоящий разнос Аронофски. Несмотря на то, что тот — режиссёр, Дауни тоже был не актёром второй роли, а ещё он являлся одним из главных продюсеров этого фильма. Разговор был долгим и на повышенных тонах, но мужчины пришли к согласию после того, как было принято решение, что сегодня у Холланда будет выходной, а момент, когда парня вывернуло наизнанку, ни за что не будет включён в фильм.
В итоге Дауни отснял большинство своих сцен, в которых не было Тома, а на завтра уже была назначена съёмка изнасилования. Он думал лишь о том, что ему и Тому нужно пережить лишь завтрашний день, а дальше всё нормализуется и у них будет время подумать друг о друге.
Когда он возвращался домой к Холланду, на его лице играла улыбка, потому что всегда было приятно возвращаться в дом, в котором тебя ждут либо твои дети, либо твой любимый человек. Роберт планировал в ближайшее время поговорить со Сьюзан, например, на этих выходных. Потому что они обещали друг другу это, если у одного из них получится найти свою вторую половинку. Он знал, что женщина его поймёт и, более того, за него порадуется, наверняка даст пару дельных советов насчёт того, как им с Томом теперь быть.
Из размышлений Роберта выдернул телефонный звонок, однако, когда он увидел, кто ему звонил, настроение стало ещё лучше. Он активировал свой блютуз-наушник и нажал кнопку, чтобы принять вызов.
— Привет, сынок, в твоём гастрольном туре нашлась минутка, чтобы позвонить своему старику? — с улыбкой спросил мужчина.
— Привет, пап, — ответил Индио. — Да какой ещё гастрольный тур, так, выступаем понемногу-помаленьку, ты же знаешь, — бодро сказал он. — На выходных нас пригласили выступить на одном из рок-фестивалей в Лондоне. А у тебя ведь там сейчас съёмки, я хотел обрадовать тебя нашей скорой встречей.
— Что? Это отлично. Одна из лучших новостей за последние две недели. Когда ты прилетаешь? — спросил Роберт, лишь успев подумать о том, что на выходные ему придётся вернуться в свою квартиру: не везти же ему сына к своему молодому парню.
— В субботу утром, скинешь мне адрес в сообщении?
— Да, конечно.
— Пап, я бы ещё поболтал, но у нас сейчас будет совещание с менеджером, так что я завтра ещё позвоню вечером, ок?
— Я сам сейчас за рулем. Буду ждать твоего звонка завтра, пока, — улыбнулся Роберт, потому что знал, что Индио на самом деле просто не умел общаться по телефону, как и он сам. Просто не находилось слов, что сказать, а им всегда было комфортно говорить с глазу на глаз либо же просто молчать, что их абсолютно не угнетало в присутствии друг друга.
— Пока, пап, — с улыбкой ответил парень, а после отключился. Дауни уже подъезжал к дому Тома, заметив, что ни в одном из окон не горит свет. Актёр припарковал свою машину, а после позвонил в ворота, потому что ключа у него своего ещё пока не было.
— Привет, — улыбнулся Том, когда лично вышел к воротам, чтобы открыть, хоть и мог это сделать дистанционно. — Идём, — вдруг взял он Роберта за руку и потянул за собой вниз по улице. Уже достаточно стемнело, поэтому зажглись фонари, а у Холланда был уединённый спальный район, так что улицы были пусты.
— Та-а-ак, что-то мне подсказывает, что меня ждёт какой-то сюрприз, — улыбнулся Дауни, покорно следуя за Холландом.
— Именно, ты ведь устроил мне утром сюрприз, я хотел ответить чем-то не менее приятным, — пожал плечами парень, когда они уже подходили к дому его родителей, и Роберт неожиданно напрягся.
— Скажи мне, что это не официальное знакомство с родителями, — прошептал Роберт, затормозив и притянув Тома к себе.
— А что? Боишься?
— Не все такие смелые, как ты, судя по всему.
— Нет, моя семья сейчас в опере, дома никого нет, — поспешил успокоить мужчину Холланд. — И в сам дом мы заходить не будем, идём, — снова потянул он его за собой.
Они прошли на задний двор родительского дома, где в самом конце возвышалось огромное дерево, на котором, о да, был домик. Роберт прикрыл глаза, прикусив щёку изнутри, потому что серьёзно? Свидание в домике на дереве?
— Я знаю, ты сейчас думаешь: «О боже, зачем я вступил в отношения с ребёнком, как это глупо», но ты попробуй и не пожалеешь, — рассмеялся Холланд. Он сам поначалу считал идею такого первого свидания смешной, а потом послал все предубеждения к чёрту. Ведь они не могли выйти куда-то в общество, чтобы не быть узнанными, а ужинать дома — слишком банально для тех, кто решил съехаться.
Они взобрались наверх по верёвочной лестнице. Домик был достаточно большим и очень уютным, в нём даже электричество было проведено. Прямо на полу была куча подушек и пледов, а рядом — пикник на скатерти. Роберту уже не было смешно, ему просто было тепло, а щёки сводило от улыбки, которая не сходила с его лица.
— Ты — мечта всех своих поклонниц, настоящий романтик, — сказал Дауни, когда наконец-то полностью огляделся и притянул любимого в свои объятия. — Но ты не достанешься ни одной из них, потому что я никогда не позволю себе тебя потерять, — прошептал он и сделал то, о чём думал весь день — поцеловал своего парня.
  
Том размяк в объятиях и растворился в поцелуе. Весь этот вечер стал для них таким: мягким и просто волшебным. Они разговаривали, ужинали, целовались и не выпускали друг друга из объятий ни на секунду; наверно, именно так они готовились пережить предстоящие съёмки. Пропитать друг друга теплом и любовью, чтобы было легче отторгнуть от себя образы Макса и Дерека. Они понимали друг друга без слов, не став говорить о предстоящем дне, не став думать, каким испытаниям ещё предстоит подвергнуться их отношениям. Том и Роберт жили этим моментом, и это было правильно.