Непокорная (СИ)

— Святые угодники, что случилось! И-и… почему ты без защиты?
Я перестала жать на звонок и грохотать по старым деревянным дверям кафетерия с декоративным стеклом в боковых фрамугах и в самом дверном каркасе, как только увидела в нём размытый силуэт приближающейся фигуры хозяйки данного заведения.
До открытия бара оставалось где-то не меньше полутора часа. Естественно, Кэсси не успела так рано спуститься в него из своей верхней квартиры, как и запустить работающий у неё персонал из нескольких человек (в число которых входила и я). И её искреннее удивление тоже было вполне обоснованным. Поскольку моя квартира, которую она же мне и сдавала, располагалась в мансарде этого же здания и вход в неё находился с другой стороны.
— П-потому что я в полной жопе, Кэсс! И мне срочно нужна помощь!
Не успела она выйти полностью на порог, как я тут же схватила её за предплечья и буквально затолкала обратно в короткий коридорчик чёрного входа кафетерия.
— Я понятия не имею куда идти. Лучше было бы, конечно, позвонить тебе по телефону. Но, опять же, я совершенно не представляю, насколько плохи мои дела на данный момент. Поэтому и боюсь подниматься к себе. А вдруг там уже сидит засада из дюжины Ловчих?
Кэсси вытаращила на меня свои и без того большие зелёные глазища, явно не до конца понимая, что именно я пытаюсь ей сказать. Когда тебя так агрессивно будят с утра пораньше, а ты вроде как ещё не успела до конца проснуться, думаю, многое будет выглядеть, подобно нелепым фрагментам из бредового сна.
— Так! Стоп! — она перебила мой панический словесный поток и перехватила меня за локти, чтобы остановить.
Мы так и замерли в двух шагах от проёма служебного выхода в кафетерий рядом с длинной барной стойкой в плохо освещённом из-за наружных рольставней на окнах большом помещении. Я даже, не пойми за каким хреном, интуитивно огляделась и приподняла лицо к потолку, вслушиваясь в возможные звуки с верхних этажей.
Да, что-то я как-то погорячилась, когда решила сюда припереться. Наверное, сработал один из сильно запылённых блоков памяти с почти забытыми советами от моей всезнающей бабушки “Если хочешь что-то спрятать, сделай это на видном месте”. Но разве подозреваемых не ищут в первую очередь там, где они обычно живут, включая местообитания всех его друзей и знакомых?
— А теперь медленно, хотя бы слегка успокоившись, по порядку, с лёгкими паузами на вдох-выход, расскажи, что случилось и откуда у тебя такая паническая горячка.
— Это, между прочим, твоя вина, Кэсс! — этого я тоже от себя не ожидала, когда в сердцах выпалила своё обвинение в лицо лучшей подруги и даже ткнула в него указательным пальцем. После чего резко её отпустила и сделала несколько поспешных шагов к парадным дверям кафетерия. Почти крадущихся, выглядывая попутно в стеклянных окошечках фигуры возможных шпиков или Ловчих из инквизиционной охранки со стороны улицы. И, заодно, осматривая совершенно пустой зал кафешки, который знала наизусть, как свои пять пальцев — каждый столик, кабинку с кожаными диванчиками и деревянными панелями тёмно-шоколадного цвета, как и все удобные для тайного укрытия места.
Кэсси опустила руки, вернее ничего непонимающим жестом вначале всплеснув ими, а потом хлопнув себя по бёдрам и закатывая временно глаза к потолку.
— Ну, конечно! Кто же ещё, как не я! Осталось только узнать, в чём именно я перед тобой так непростительно провинилась.
Кстати, Кассанда Блейк — самая обыкновенная смертная, несмотря на имя и внешность, которые можно было смело принять за ведьмовские, причём стопроцентные. Красивая, высокая, фигуристая, а, главная рыжеволосая и зеленоглазая! Ей бы тоже не помешал амулет с визуальной защитой. Разве что на простых людях он не работает в полную силу, лишь слегка улучшает общий вид, очищает кожу и придаёт чертам лица более миловидные линии. Зато сколько раз ей приходилось доказывать особо бдительным патрулям, что она человек, а не ведьма. Геморрой, надо сказать, тот ещё.
— Это ты меня отправила на эту чёртову вечеринку. — так никого подозрительного и не разглядев за дверьми, как и прячущихся по углам кофейни агентов Священного Магистрата, я тут же вернулась к подруге с новым списком безапелляционных обвинений. И снова ткнула в неё указательным пальцем.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Чем ты вообще думала, Кэсс? Ты хоть знала, кто там был? Это же… это всё равно что кинуть молочного поросёнка в вольер с голодными волками! И ты это сделала! Собственными руками!
— Ещё раз! Глубоко вздохни и выдохни. И перестань смотреть на меня такими пугающими глазами, как на убийцу младенцев или Дракайну. Потому что я ни черта не понимаю из того, что ты мне предъявляешь.
Пока Кэсс пыталась меня хоть как-то успокоить на словах, а может и отвлечь, успела за это время опустить на пол с ближайшего столика все четыре стула и насильно усадить меня на один, напротив себя.
— Ты реально выглядишь хреново, и это ещё слабо сказано. Дать воды, сварить крепкого кофе или поискать успокоительного? — она так и продолжала обеспокоенно заглядывать в мои глаза, удерживая при этом крепким захватом ладоней за предплечья. Может пыталась найти доказательства присутствия в моей крови каких-то сильных психотропных веществ от сводящих с ума зелий и заклятий?
— А водку или коньяк можно?
— С утра пораньше? Учитывая твоё нестабильное состояние? Всё равно что сыпануть порох на раскалённую сковороду. К тому же, я до сих пор не могу понять твоих ко мне претензий. Ты сама искала подработку. Попасть на такую вечеринку даже в качестве официанта без хорошей протекции, так же сложно, как и на исповедь к самому Папе.
— Спасибо, конечно, тебе и Агнес, за такую неоценимую услугу, но уж лучше бы я попалась на глаза Папе Клементию, а не его правой руке Эйлдару Бошану! Видимо, столкнуться со вторым нос к носу куда проще, чем добиться аудиенции у Святейшего Отца!
— Ты-ы… пересеклась там с самим Бошаном? — похоже, для Кэсси мои признания оказались чем-то из рода невероятно невозможное. Она даже посмотрела на меня с лёгким сомнением, видимо, всё ещё сомневаясь в здравости моего рассудка.
— Угу, даже сбилась за эту ночь со счёту, сколько раз мы с ним “пересекались”.
— В смысле?
— В самом прямом! Он меня заметил, мать его перетак! Выцепил “из толпы” и содрал с моей шеи амулет! А потом и всю одежду. Правда, я сама разделась, но уже после того, как он, раздери его Гарпия, накачал меня приворотным зельем!
— Великий Разум! — Кэсс чуть было не отпрянула от меня, как от прокажённой, всё ещё силясь поверить услышанному, и даже прижав в чувствах ладонь к груди. — Хочешь сказать… он это сделал у всех на глазах?
— Нет, конечно! Ты меня совершенно не слушаешь! — я чуть было сама не закричала в сердцах, пока ещё каким-то чудом сдерживаясь от резко подступивших к горлу рыданий. — Он послал за мной одного из своих Церберов, а тот привёл меня к нему в номер. И там он меня… обработал. По полной.
Чем дальше я продолжала рассказывать, путаясь иногда в хронологии произошедшего, в местах действия с их участниками и смешивая пережитое с преследующими меня страхами, тем больше у Кэсс становились глаза, а её и без того бледная кожа — всё белее и белее.
— А потом… бац! И она уже в моей руке! Я моргнуть не успела, как он отлетел от меня на пять шагов и грохнулся бездыханно на диван. Ты хоть можешь себе представить моё состояние? Откуда? Как?!
К завершению своего сбивчивого рассказа, я уже почти что кричала, дико жестикулируя и порываясь то и дело подскочить со стула, чтобы куда-нибудь снова побежать.
— Ты шарахнула самого Верховного настольной лампой?
— Да, бешеного Вендиго на мою голову! О чём я тебе всё это время тут рассказывала? Но только не лампой! Одной лишь лампой нельзя вырубить ни Ловчего, ни самого Верховного! Это были магические силы! У меня, Кэсси! У той, кто даже муху своими феромонами не способна задушить!