Наследница империи

– Это магичка, как ты выразился, твоя младшая сестра и моя тётка, – произнесла резче, чем следовало. – Она наша семья…
– Но это не мешало ей идти против меня все эти годы, сеять смуту, затевать интриги и пакости, – сорвался он, но быстро взял себя в руки. – Впрочем, я не за тем пришёл, чтобы ругаться. Через час состоится церемония в храме, поэтому хочу предупредить, что никаких истерик и слёз я не потерплю, всё должно пройти чётко по плану.
– Постараюсь, – глухо пробормотала я.
– Я в этом даже не сомневаюсь, – холодно улыбнулся он. – А чтобы не сомневалась и ты, хочу сказать, что твоя кобылка, подаренная разлюбезной тётушкой на десятилетие, к которой ты бегаешь каждое утро, побудет в моей личной конюшне. Если пройдёт всё гладко, она вернётся обратно в стойло, если нет – придётся пустить её на колбасу.
– Ты не можешь так поступить, – прошептала, не в силах поверить в происходящее.
– Я всё могу, пора тебе это понять. Так что не сопротивляйся. Помолвка с драконом – дело решённое. Кстати, чтобы не возникло сюрпризов, я наложу на тебя заклятье подчинения, это поможет нам избежать твоих глупостей, если таковые планировала совершить. Ведь ты же что-то планировала? По глазам вижу. Не хочу, чтобы мы опозорились перед гостями.
Мысль о том, что с отцом явно что-то не так, уже не казалась такой бессмысленной. А что если тот маг в плаще всё-таки сильнее его и на самом деле как-то воздействует? Что если мой родитель стал приверженцем тёмной магии, которая лишала разума? Потому что весь тот план, о котором я услышала, находясь в тайном переходе, ничто иное как чистое безумие.
Подобные размышления всё чаще посещали мою голову, и это навевало неконтролируемый ужас. Если отцом действительно управляет тот маг, мне несдобровать. Все озвученные мною доводы разбивались о ледяное безразличие Его Величества, словно передо мной был не родной отец, а совершенно посторонний человек. Но я узнаю правду, чего бы мне это ни стоило.
 
Глава 5
 
Резко выбросив руку вперёд, отец выпустил магию, и в тот же миг голову сжало, словно в тисках, причиняя сильную боль. Хотелось кричать, но короткий хлёсткий приказ заставил замолчать.
– Будь умницей, веди себя подобающе и обещаю, что сделаю всё возможное и невозможное, чтобы этот брак не продлился долго, и ты мне в этом поможешь, – хищно оскалился отец, а меня, несмотря на подчиняющее заклятье, пробила нервная дрожь. – Пойми, Мири, в жизни не всегда приходится делать только то, что нам хочется, иногда нужно идти на жертвы ради всеобщего блага. Этот союз нам очень нужен. Ты мне ещё спасибо за это скажешь.
– Вот это вряд ли, – сквозь стиснутые зубы прошипела я, превозмогая боль и странную апатию.
– Надо же, какая у меня сильная дочь, – задумчиво протянул отец, и в эту секунду его взгляд заволокло тьмой, подтверждая мои самые худшие опасения. – Значит, нужно усилить воздействие.
Резкая боль накрыла внезапно, пронзая голову. Казалось, ещё немного и она взорвётся. Из носа потекло что-то горячее, а к горлу подкатила тошнота.
– Кровь, – спокойно констатировал отец, будто дело касалось чего-то незначительного, а не жизни родной дочери. – Кажется, я слегка перестарался.
Впрочем, теперь, когда я знала причину, прекрасно понимала, что происходящие с отцом изменения – это всего лишь последствия использования тёмной магии. Учитель рассказывал мне, насколько это опасно. Она манит огромными перспективами и неубывающей силой, но плата за эти дары непомерно велика. Тьма поглощает душу, вытесняя из неё светлые эмоции. Всё человеческое её приверженцам становится чуждо. Исчезают такие понятия, как жалость и сострадание, любовь и сопереживание. И чем чаще маг прибегает к тёмной магии, тем необратимее процессы.
Судя по рассказам Сирин отец и раньше не отличался особым состраданием к близким, если уж родной сестре запретил выходить замуж. Правда, до недавних пор меня это не касалось. Сейчас же он постепенно превращался в монстра. И я боялась даже представить, чем это для нас может обернуться. Знать бы ещё, как там мама. Всё ли с ней в порядке или тьма коснулась и её.
  
И всё тот колдун. Уверена, причина в нём. И почему я раньше обходила заседания стороной, не интересуясь происходящим вокруг? Тогда бы для меня не стал неожиданностью весь этот кошмар.
Что ж, если я и раздумывала над тем, стоит ли идти сегодня ночью на Горюн-гору, то теперь сомнений нет. Вот только желание моё изменилось. Теперь было важнее всего уберечь отца от воздействия тьмы, иначе беды не миновать. А академия может подождать, позанимаюсь пока как и раньше с лордом Стенвелом. Главное вырвать из цепких лап колдуна своих родителей.
Пока я стояла столбом посреди комнаты, мысли жили своей жизнью, проносясь в голове со скоростью ветра. За это время отец успел позвать нянюшку, приказав ей привести меня в порядок.
– Вернусь через сорок минут, к этому времени она должна быть готова, – отдал он приказ, направляясь к двери. – И, кстати, накинь ей на голову фату, чтобы никто не видел её отсутствующего взгляда.
– Это ведь не свадьба, – едва слышно возразила кормилица, – традиции придётся соблюсти.
– Плевать мне на традиции, – рявкнул он, – выполняй приказ, иначе я решу, что ты занимаешь не своё место.
Хлопнула дверь, но я продолжала стоять, глядя в пустоту. Привычные желания отступили, не чувствовалась ни усталость, ни боль, лишь пустота, которую скрашивали невесёлые мысли.
– Что же он с тобой сделал, деточка? – всхлипнула нянька, пытаясь усадить меня в кресло, но тело словно закаменело.
– Сядь ты уже, – тихо произнесла она, и я подчинилась. – Не может быть, – выдохнула леди. – Встань, – скомандовала она и я встала. – Повернись, – и я подчинилась. Тело двигалось само, не зависимо от сознания. – О, Боги, – слёзы хлынули из глаз женщины. – Вот же ирод проклятый, – бормотала она себе под нос. – Что же он делает? Как так можно, с родной-то кровиночкой? Может, и хорошо, что ты отправишься с драконами, подальше отсюда. Ведь чувствовала, что в замке нечисто, что происходит что-то неладное, но чтобы с самим императором…
Качая головой, она стирала кровь с моего лица. Платье же уберегло заклятье портнихи.
Происходящее казалось сном, жутким кошмаром, жаль только выбраться из этого «сновидения» так просто не получится. Может, и правда, драконы моё спасение? Если, конечно, удастся убедить кронпринца мне помочь. Одна я точно не справлюсь с колдуном, а вот он…
***
Белое платье шелестело дорогими шелками, голову украшала бриллиантовая диадема, от которой на глаза спускалась крохотная магическая вуаль, лёгкая словно дымка, но отводящая взгляды окружающих. Няня нашла выход, справившись с заданием отца, при этом не нарушая традиций, и монарх был доволен, ведя меня под локоток к широкой храмовой лестнице.
Дорога к замковому святилищу, где приняли решение провести обряд, была усыпана белыми лепестками роз, ступая по которым я думала вовсе не о том, что где-то там меня ждёт жених, а как бы ослабить подчиняющее заклинание. Шаг за шагом приближаясь к широким мраморным ступеням и распахнутой настежь двери, я пыталась призвать магию, чтобы разрушить плетения, видимые лишь магическим зрением. Но пока безрезультатно.
– Будь умницей, – уже в который раз повторял отец, видимо чувствуя мои попытки сбросить его волю, – помни о том, что подаренный Сирин жеребец находится в моей власти. Не подведи, и всё будет хорошо.
Услышав последнее выражение, я лишь тихо усмехнулась.
Очень хотелось, чтобы всё было хорошо, но сомнения терзали с новой силой. Казалось, над моей головой собираются грозовые тучи, готовые с минуту на минуту разразиться самой настоящей бурей. И я должна быть к ней готова, несмотря ни на что.
Ноги двигались сами собой, подчиняясь ментальному приказу родителя. На губах застыла улыбка, от которой сводило скулы, но мысли были ясными, как никогда. И это давало надежду на то, что задуманное получится, и я смогу поговорить с драконом, когда выпадет такая возможность.