Нежное создание (СИ)

— Вы непослушная дочь, госпожа Руз. Ваша мать будет вами недовольна, — сказал он серьёзно, с лёгкой тенью разочарования.
«Всё-таки слышал», — беспокойно застучало сердце Ники. Слышал, как мать уговаривает дочь заболтать гостя, отвлечь, возможно, увлечь. Бесчестно и бессовестно.
Она взглянула на хозяйку дома, которая притихла. Не поворачивая голову в их сторону, прислушивалась к разговору.
«Пусть слушает!» — мстительно подумала Ника. Её оплошность. Говорила бы тише, не пришлось бы сейчас краснеть от неудобства. Она вздёрнула подбородок, посмотрела на гостя в упор и с вызовом спросила:
— Вам нравится, когда вам лгут в глаза? Вы ведь не настолько слепы, чтобы не замечать неискренности и лести.
— Увы, дорогая госпожа Руз, вижу и неискренность, и низкопоклонство распознать могу, — кивнул понимающе. — Скажу вам больше — угодливое восхваление люблю. В моём преклонном возрасте любого рода внимание со стороны молоденькой прелестной девицы крайне приятно.
Господин Ван Ромпей положил нож около тарелки:
— К моему великому сожалению, мне нечем увлечь столь юное создание, как вы, чтобы почувствовать себя увереннее и выглядеть в ваших глазах выгоднее.
Ника с повышенным вниманием прислушивалась к витиеватой речи банкира и ощущала себя странно. Прелестное юное создание? Это о ней он говорит?
Господин Геррит ван Ромпей с терпеливым ожиданием заглядывал в её лицо, а она не понимала, к кому он обращается.
Она всё ещё не могла сориентироваться в новой жизни, не могла найти в ней своего места. Ощущала себя прежней Никой: смотрела на окружающее глазами Ники, думала как Ника, поступала как Ника. От Руз ей достались привлекательная внешность и мать с братом в нагрузку. Они ждут от неё поступков прежней дочери и сестры.
Банкир присматривался к собеседнице с особым интересом. Она его не чуралась. Задумчивым взглядом скользила по его морщинистому лицу, крупному носу, тонким губам, редким спутанным волосам. Ему пришлись по душе её бесхитростность и прямота, и это было заметно.
Не привыкшая к мужскому вниманию, Ника никогда не испытывала ничего подобного. Пусть сидевший напротив неё мужчина годился ей в деды, но его желание понравиться ей оказалось приятным. Его слова падали на душу целебным бальзамом; кружилась голова.
Молчание затягивалось.
Стало слышно тяжёлое, прерывистое дыхание господина губернатора.
Госпожа Маргрит надавила ногой на носок туфли дочери и Ника очнулась:
— У вас богатый жизненный опыт, господин Ван Ромпей. Вы много видели в жизни и испытали. Общение с вами должно быть не только интересным, но и полезным. У вас есть ответы на все вопросы. Это неоценимо.
— Ответы на все вопросы? Невозможно знать всё, госпожа Руз, — он улыбнулся плотно сжатыми губами. — Мне показалось или вы мне льстите?
Ника неопределённо пожала плечами:
— Если только чуть-чуть.
Банкир подался к ней, упёрся ладонями в столешницу и сказал:
— Удивите меня, госпожа Руз, и я сделаю то, о чём вы попросите.
— Не поняла, — вырвалось у Ники. Она свела брови над переносицей.
— Если вы готовите столь же вкусно, как и красивы, то я призна́ю, что вам есть чем меня сразить.
Мама снова наступила Нике на носок туфли и еле слышно прошептала:
— Пирог.
Банкир усмехнулся:
— Госпожа Руз, предложите мне блюдо, приготовленное вашими ручками.
Запрокинув голову, Ника тихо рассмеялась:
— Мне нечем вас удивить, господин Ван Ромпей. На этом столе нет ничего, приготовленного моими руками. Но я не безнадёжна. Уверена, что торт Медовик в моём исполнении пришёлся бы по вкусу не одному сладкоежке. Но вы, как я понимаю, сладкого не любите.
— Почему вы так решили? — вскинул он мохнатые брови и уставился на её улыбающийся рот.
— В моём представлении мужчины, которые любят сладкое, выглядят иначе, — охотно ответила она. — У них есть избыточный вес, со временем они теряют физическую форму, становятся женоподобными. Также они подвержены различного рода заболеваниям и излишне чувствительны. У них замечена повышенная склонность к потреблению алкоголя.
  
В напряжённой тишине со стороны Якоба послышался звон.
Все дружно посмотрели в его сторону.
Собираясь налить в бокал вина, Якоб резко передумал. Вздёрнул брови и положил на свою тарелку утиную грудку, запечённую в медовом соусе, добавил янтарной рассыпчатой рисовой каши.
Губернатор достал клетчатый платок и вытер вспотевший лоб.
Мама снова наступила Нике на носок туфли — больно и неприятно. Конечно, не на такого рода развлекательную беседу она рассчитывала, но… сама виновата.
Ника посмотрела на неё с недовольством и госпожа Ма вымучено улыбнулась:
— Ешь, дорогая, ешь, — положила ей на тарелку кусок фруктового пирога, оказавшегося с начинкой из слив и орехов. Затыкала рот непослушной дочери, недобро глядя в её глаза.
— Спасибо, — слащаво ответила Ника и поспешила исправить положение. — Нельзя осуждать наших мужчин за тягу к сладкому. Оно вызывает прилив сил и улучшает настроение. Наши мужчины должны быть сильными и не сдаваться. Они трудятся, не зная отдыха. Ведь на них возложена большая ответственность за содержание и обеспечение семьи. Согласитесь, нет ничего лучше, чем ранним утром выпить чашечку горячего сладкого шоколада.
«Исправила положение, называется. Не беседа, а реклама горячего шоколада», — Ника улыбнулась банкиру той улыбкой, какая очень шла Руз. Она, что, флиртует с ним?!
— Вот да! — воскликнул господин губернатор. — Пора улучшить настроение, выпить можжевеловки и закусить сладким пирогом, — он громко рассмеялся, звеня хрустальным графином, наливая себе, госпоже Маргрит, соседу-банкиру и красноречивой находчивой девице.
Ника посмотрела на Якоба. Он ел, запивая мясо пивом. Перехватив взгляд сестры, подмигнул и кивнул: так, сестрёнка, всё так, давай, заговаривай зубы старцу дальше. Вон, как он внимательно тебя слушает.
Банкир осмотрел ближайшие к нему блюда, что не осталось незамеченным мамой:
— Смею предложить вам утку, томлёную в сливочном масле с сыром или вы желаете отведать утиную грудку в медовом соусе?
Ника сочла нужным продолжить:
— Что примечательно, господин Ван Ромпей, так это то, что стоит мужчине отказаться от потребления сладкого, его организм возвращается к нормальным показаниям. Так что… — она замолчала и принялась есть фруктовый пирог — ложкой с помощью ножа.
Кроме бесед об искусстве, она без конца могла говорить о способах похудения. Подбирая для себя диету, читала научные статьи о связи количества и частоты потребляемых сладких продуктов с показателями психического состояния.
Банкир поблагодарил госпожу Маргрит и обратил внимание, как ест его собеседница — аккуратно, не спеша:
— Вы правы, госпожа Руз, я не ем сладости, но не потому, что не люблю. От них у меня колики. Мы с вами отклонились от главной темы разговора, — замолчал. Перехватив настороженный девичий взор, спросил: — Зачем я здесь?
Фраза прозвучала громко и строго.
Воцарилось молчание.
Первым его нарушила госпожа Маргрит — послышался её вздох-всхлип.
Эстафету принял господин губернатор: приглушённо кашлянул и засопел.
Со стороны Якоба не раздавалось ни звука.
Продолжая есть, Ника спокойно ответила:
— Чтобы дать Якубусу кредит под возможно низкие проценты.
* * *
Считая мероприятие провальным, она не боялась ни гнева Якоба, ни недовольства мамы. Жаль было денег, потраченных на дорогие продукты. Стол ломился от угощений в то время как семья нуждалась в деньгах. Сколько можно было прожить на них дней, недель, месяцев?
Не хотелось думать, что продукты куплены за деньги, которыми рассчитался с Якобом заимодавец-мерзавец. Значит, куплены, благодаря искусно подделанной подписи на договоре займа. Подделанной её рукой.
Банкир расслаблено откинулся на спинку стула:
— Признаюсь, ваш ответ несколько меня озадачил.
— Не лукавьте, господин Ван Ромпей. Разве вы не этого ждали? — Ника вскинула на него дерзкие глаза. — На прямой вопрос я дала прямой ответ.