Где-то рядом (СИ)

— Тогда ждем, — Майя кивнула. — Ветра или крыс, я же правильно понимаю?
— Верно, — кивнул я. — Ветра или крыс…
И, похоже, нам досталось именно второе — откуда-то из темноты между нами и городом донесся еле слышный плеск. Крысы — так называли бедных жителей местного побережья, тех, кто лишился чего-то важного ближе к Кладбищу, и теперь у них не было другого выбора, кроме как работать на Морской клан. Брать в аренду лодки с еле слышным мотором на аккумуляторах, а потом плавать вдоль берега по ночам, рискуя жизнями, в поисках новичков. Тех, кого можно будет продать клану и получить призрачный шанс вырваться из этой бессмысленной гонки со смертью.
И вот лодка с парочкой крыс показалась из темноты. Две фигуры, седой старик с длинной всклокоченной шевелюрой и довольно молодой парень — кажется, новичок из недавнего улова, который позволил взять себя в оборот. Скорее всего, старый передает ему дела и уже скоро сможет уехать подальше от этого вечно вонючего берега. Я даже на расстоянии чувствовал его мысли и желания, хотя и не использовал никакие способности.
— Добро пожаловать в Арах, — свистящим шепотом поприветствовал нас старик. — Судя по тому, что вы не шумите и ждете помощи, вы знаете, что это за место.
— Знаем, — я спесиво поджал губу. Ведь кто я сейчас? Наглый самоуверенный новичок, вот и вести себя нужно соответственно! — Как тебя зовут, седой?
— А вы умеете читать суть людей, — старик тут же вежливо поклонился. — Меня действительно называют Седой, а вот это мой молодой помощник, Пигмалион.
— Новенький. Еще не отказался от своего старого имени, держится за связи с прошлым и богами. Ничего, это лечится — временем и хорошими оплеухами, — я хохотнул, и Седой радостно присоединился. А вот парень сначала замер, а потом яростно сверкнул глазами.
— Я ненавижу богов! Каждый из них достоин только смерти! — и столько искренности было в его словах, что я всмотрелся в лицо новенького получше.
Сначала я принял его за обычного неудачника, который в поисках свободы ее и лишился, но нет… В этом было что-то еще. Какая-то история, кровь и боль, похожая на ту, через которую пришлось пройти когда-то и мне самому. Потеря родного, самого близкого человека… Невольно захотелось узнать побольше о Пигмалионе, воспользоваться своей силой хозяина отдельной части мироздания, но я не дал воли этому порыву. Не для того мы пришли сюда, чтобы разгадывать чужие тайны.
— Не желай богам смерти, — Майя тоже что-то почувствовала и ответила новичку вместо меня. По-настоящему, как сделала бы это для друга или боевого товарища. — Смерть — это тоже стихия, часть богов и их мощи. Чтобы уничтожить их, надо уничтожить вообще все мироздание, но стоит ли тратить на это время? Ведь гораздо проще исправить то, что они сделали! Исправить и вернуть свое. Смерть — это не конец, чаще всего с нее все только начинается.
— Уничтожить все мироздание? — Пигмалион услышал в словах Майи совсем не самое главное.
Впрочем, мы дали ему совет, а пользоваться им или нет — его выбор. Наш же выбор — двигаться дальше. Майя закрепила на носу лодки конец брошенного Седым каната, и тот медленно потянул нас к берегу, заодно рассказывая о важности надежного клана за спиной. Почему-то это мерная беседа над тенями скользящих в глубине хищников напомнила дни, проведенные в Колыбели. Там тоже было не самое приятное и безопасное место, люди тоже объединялись в группы и кланы, а где-то в сердце мира лежала спящая сущность древнего бога. Только в отличие от Карика Хашам все-таки на самом деле мертв, да и выход их Араха вроде бы есть… В отличие от Колыбели людей тут держат цепи посерьезнее, чем древнее заклинание. Вера и наивные идеалы порой дадут фору даже цепям стихийных башен.
За час мы добрались до берега, и тут Седой перешел к сути: вытащил бумагу и предложил нам стать частью Морского клана. Пока за скромную долю в добыче, нас даже не собирались сдерживать в желании первым делом лично прогуляться до Кладбища, но вот потом… Не сумевшие заработать хотя бы на жизнь рано или поздно превращались в настоящих рабов якобы поддерживающей их организации.
 
— А если мы откажемся? — я смерил Седого взглядом.
По докладам черных я знал, что в таком случае крысы активировали сигнал вызова, и группа боевиков устраивала новичкам сладкую жизнь, загоняя в долговую яму за спасенную в море жизнь. Вот только наш спутник что-то не спешил повышать ставки.
— То я вас просто отпущу, — старик смог меня удивить. — Есть в вас что-то опасное, и лучше я не получу награду за новичков, чем рискну всем за неделю до окончания контракта.
Седой хрипло захохотал. Теперь на берегу он больше уже не сдерживался и не шептал, каждым своим жестом и звуком напоминая, почему такие, как он, получили прозвище крысы.
— Что ж, тогда мы подпишем бумаги, — я решил сделать ответный жест. Услуга за искренность, почему бы и нет.
— Завтра, — остановила меня Майя. — Сейчас мы прогуляемся до Кладбища, а завтра на закате будем ждать вас на этом месте.
— Хорошо, — Седой не стал спорить. — Тогда вам туда, — он указал на узкую дорожку, начинающуюся на краю бухты. — Чтобы не идти через весь город, те, кто живет у Моря, часто срезают путь именно тут.
Мы попрощались. Седой с Пигмалионом остались приводить в порядок свою лодку, а мы с Майей, прихватив немного вещей из своей, отправились к указанной дороге. Ее упоминали и черные в отчетах, так что в этом наши друзья-крысы точно не соврали.
— Почему остановила меня и не дала подписать договор? Они же люди, бумаги со смертными не имеют значения, — спросил я у жены, когда рядом больше никого уже не было. — Спесь и самомнение — это вполне вписывалось в наш характер. А вот для звериной осторожности надо было подобрать другой образ. Теперь о нас точно доложат.
— Понимаю, но подписывать бумаги тут было бы неправильно, — Майя смогла меня удивить своим ответом. — Это просто чувства, интуиция, но уж слишком они были яркими.
— Возможно, ты и права, — согласился я. — Этот мир слишком живой, сила мертвого демиурга влияет на многое даже сейчас, так что лучше оказать уважение им, чем осторожности крысы.
Дорожка, по которой мы шли, сменилась узкой тропкой, которая забиралась все выше. Вот перед нами, как на ладони, раскинулся Нокс — это действительно был уже огромный город, а не мелкое поселение, с которого все когда-то началось… Я пару мгновений думал о том, как обычные люди смогли развить это место и во что превратили краешек мироздания, от которого отказались все остальные. Но тут мы добрались до вершины, и все посторонние мысли вылетели из головы.
— Кладбище, — тихо сказала Майя, глядя на бесконечные ряды обелисков, начинающиеся от границы города и забирающиеся куда-то в бесконечную туманную даль.
Это место действительно называлось так, с большой буквы. Кладбище, где хоронили всех, кто когда-либо приходил в этот мир. Людей, богов. Сотни тысяч и миллионы тел, украшенных неприметными кусками гранита, вытащенными из подземелья Хашама. Когда-то это была случайность, небольшой отряд, похоронивший друзей именно между собой и подземельем. А потом люди заметили, что именно смерть лучше всего защищает от того ужаса, что порой накатывал с места гибели проклятого демиурга. А работа работой, но жить большинство местных хотело все же по-человечески, и так Кладбище стало расти, занимая теперь территорию в разы большую, чем сам город живых.
— Забавно, — неожиданно сказала Майя. — Раньше людям, чтобы добраться до добычи в проклятом подземелье, надо было просто побороть свой страх. А теперь на их пути лежит еще и Кладбище, которое они создали сами и которое каждый день забирает чьи-то жизни.
— Одни умирают, чтобы другие жили спокойно и даже не думая о первых. Мне кажется, это слишком привычная схема, чтобы кто-то обращал на нее внимание, — ответил я чуть тише, чем раньше.
Мое внимание привлек еле заметный красный огонек, и действительно это оказался небольшой отряд искателей приключений. Четверо мужчин со стальными канистрами на спинах медленно продвигались вперед, освещая себе дорогу самыми обычными факелами. Мелькнула мысль, почему не фонарики, учитывая, что тут можно использовать технику… И в этот момент из одного могильника на их пути поднялось несколько полупрозрачных фигур.