Чужие степи 6 (СИ)

— Это он дымит? Но почему там?
— Перепрятали... чтоб её... — ругнулся Олег, — Они сначала пытались разбить старый ангар, но сразу не попали, а ночью мы все перевезли. — Не помогло. Всё равно выпасли как-то...
Новость оптимизма не добавляла, тем более что почти вся техника у нас дизельная, что трактора, что основной парк машин. Но в контексте происходящего, это известие я воспринял спокойно, вот отобьёмся, если отобьемся, тогда и буду печалиться. Поэтому пока просто констатация факта.
Наверх Олег поднимался с трудом, было видно что даже простое передвижение дается ему с трудом. А забравшись на второй этаж, прежде чем пойти дальше, долго отдыхивался.
— Здесь нехорошо, даже как запасная не годится. — выдал он свой вердикт, зайдя в комнатку с пулемётом.
— Почему? — мне позиция нравилась, обзор отличный, места достаточно, опять же потолок бетонный, стены толстые.
— Первое что бросается в глаза — это окно. И в первую очередь бить будут именно сюда, на всякий случай. — объяснил он, и замер, подняв указательный палец.
— Слышишь?
Я прислушался. К гулу самолета прибавилось ещё какое-то гудение.
— Машины? — предположил я. — Может наши?
— Нет, оттуда звук. На вот, посмотри. — Олег достал из-за пазухи потёртый прицел от мосинки, и протянул его мне.
Гудение нарастало, и прямо на глазах из-за бугра появились тёмные пятна машин.
Поймав в «прицел» одну из них, я прищурился. — Обычный пикап, грязный, местами проржавевший кузов. Закрытая металлом станина с пулеметом, человека практически не видно. 
— Далеко крутятся, метров триста не доедут, и обратно. Наши не выдерживают, палить начинают, суетиться, с самолёта засекают движ, и тут же прилетает. Минометы за холмом где-то стоят. 
— Это сколько же мин надо? Да и толку? Всё равно для прорыва пикапы не пойдут. Или у них посерьёзнее есть что-то? 
— Скорее всего. — сухо кивнул Олег, присаживаясь на подоконник.
— Ну не танки же у них, в конце концов? Как они периметр пробить думают?
— Не знаю. Но что-то тяжелое точно есть. Тут ведь главное проход пехоты обеспечить, а там уже зацепятся, и пиши пропало. Скорее всего тяжелой техники немного, но какой-то ударный кулак должен быть. Сейчас повыбивают всё до чего дотянутся, потом штурмовать начнут. Я бы сразу с трех сторон попробовал. Теми же пикапами, если с минометной поддержкой, вполне можно десант в окопы забросить. Человек тридцать, более чем достаточно чтобы до темноты продержаться, а ночью ещё накидают.
— То есть им нужно просто занять наши окопы?
— Ну да. Желательно там где проходы есть. Вот как здесь например.
Проход в периметре сделан так, что для того чтобы проехать внутрь, придётся сначала двигаться вдоль вала, а потом и рва. Естественно, пока едешь, подставляешь бока и тыл под спрятанные в бетонных дотах пулемёты, а в самом конце пути тебя вполне могут закидать зажигалками. Плюс к тому сам проход достаточно узкий, и любая подбитая техника просто закупорит его.
Тем временем пикапчики немного приблизились, и стали куда-то бить короткими очередями.
Наши молчали. 
Выстрелив патронов по тридцать, пулеметы умолкли, и лихо развернувшись, гости трусанули обратно. 
— Что-то они сегодня быстро закруглились... — забрав у меня прицел, пробормотал Олег. 
— Обычно не так? — только успел спросить я, как раздался знакомый свист, и тут же последовал взрыв. 
Поднялась пыль, запахло дымом, в горле запершило, и едва я успел толкнуть Олега за стену, как рвануло ещё дважды. 
Взрывы были такой силы, что всё затряслось, в ушах звенело, и какой-то момент мне показалось что дом не выдержит и рухнет. Даже жалко стало что пострелять не успел. 
— Про это я и говорил! — отмахиваясь от поднявшейся пыли, прокричал Олег. — Слишком очевидная позиция! 
Не дожидаясь когда по нам жахнут ещё раз, мы едва не кубарем скатились на первый этаж. Даже пулемёт бросили. 
— Чем это они лупят? 
— Мины сто двадцатые! Обычное дело! Надо уходить отсюда! Не дадут работать! — продолжал кричать Олег.
Уходить из каменного дома не хотелось. Здесь, если не подходить к окнам, было достаточно безопасно, чего не скажешь про открытые пространства. Тем более обстрел продолжался, хоть и рвалось правее, где-то в районе окопов. 
 
— Только за пулемётом надо подняться! Я не смогу! 
— А куда идти-то? Здесь даже спрятаться некуда! 
Вокруг дома, никаких укрытий, — кроме бугров и остатков забора, не было. Одна мина в радиусе двадцати метров, и всё, считай приехали. 
— Недалеко плита лежит, под неё можно залезть! — Громко, и как-то неправильно прокричал Олег, и не отводя от меня взгляда, похлопал себя по ушам. — Не слышу ничего! 
Я не был настроен уходить, но за пулемётом поднялся. 
Сначала собрал приготовленные ленты, вскрытый цинк, и засунул обратно в ящик. Пока копался, на то что происходит снаружи внимания не обращал. Но когда хотел снять с тумбы пулемет, невольно опешил. Со стороны холма, прямо к окопам, на полной скорости, поднимая столбы пыли, неслись машины. Только если в прошлый раз они проезжали вскользь и разворачивались, сейчас сворачивать они явно не хотели, очень быстро приближаясь к окопам, на которых сейчас во всю рвались мины.
Никто по машинам не стрелял, люди попрятались, и если ничего не предпринять, пара минут и вся эта братия окажется непосредственно на периметре. 
— Олег! Поднимайся! — что есть силы закричал я, заправляя ленту на сто патронов в пулемёт. Позиция у меня хоть и очевидная, но зато удобная. С боковой комнаты угол не тот, снизу обзора такого нет, а тут всего вдоволь. Ещё пол минуты, и машины окажутся в досягаемости для моего раритета. 
Пока прицеливался и готовился к стрельбе, не прекращал звать Олега, но всё было бестолку. Слух к нему ещё не вернулся. Оставалось надеяться что пулемёт не заклинит в самый неподходящий момент. 
Особенность "Максима", или нюанс, — забрасывание ленты наверх с последующим заклиниванием. И обязанность второго номера в основном и заключается в том чтобы не допустить клина, держа ленту в постоянно натянутом состоянии. 
Взвёл, продернул ленту, и теперь главное попасть куда следует. Машинка достаточно точная, но на предельном расстоянии — а это порядка километра, разброс будет серьёзный. 
Стрельбы из окопов так и не было слышно, мины рвались каждые пять-семь секунд, поэтому там сейчас не то что отстреливаться, там носу не высунуть.
Прицелившись, я взял чуть повыше, и уже приготовился стрелять, как появился Олег, и прокричал что-то матерное. 
— Ленту держи! — обернулся я. — И прицел достань, корректировать будешь! 
С корректировкой я наверное загнул, по движущейся мишени корректировать бесполезно, но от осознания того что пулемет теперь точно не заклинит, как-то похорошело даже.
Семь машин, все битком набиты людьми. Если такой десант прорвётся в окопы, — а на этом участке всего человек десять, ничего хорошего точно не будет.
Первая очередь ушла в молоко. Взял я чуть выше, но неподрасчитал. 
Поводив стволом, снова прицелился, и дал сначала короткую, а потом и две длинных очереди. Результатов стрельбы на таком расстоянии не видно, но одна из машин, резко теряя скорость, пошла влево. 
Мельком удивившись такой удаче, я вновь прицелился, но в этот раз безуспешно, обе очереди мимо.
— Ниже бери! — закричал Олег. — Целься по первой! 
Я ещё пошевелил стволом, и наведясь на головную машину, нажал на гашетку. 
— Есть! — радостно закричал Олег, когда машина пошла юзом, подпрыгнула, и перевернулась. 
Не дожидаясь развязки кувыркания, я выбрал новую цель, но только нажал, как тут же закончилась лента. 
Менять не долго, но когда всё решают секунды, каждое мгновение на счету. 
А машины подобрались совсем близко, и я уже стал различать лица пассажиров. 
Лента на месте, но не успел я нажать на гашетку, как в лицо полетела кирпичная крошка. Стреляли с машин, на ходу, поэтому неточно. Пока промаргивался, подключились минометы, за какие-то секунды оглушив и дезориентировав нас обоих. Олег что-то кричал, но я не понимал чего он хочет, и единственное на что хватило мозгов, сдёрнуть пулемёт с тумбы, и кубарем, едва не в обнимку, вывалиться в коридор.