Не стать зверем (СИ)

Но средоточие цивилизации находилось здесь, в южных и западных краях. Люди существовали в стремящихся к небу городах-башнях, похожих на гигантские пирамиды. Жизнь их напоминала мне высокотехнологичные города Основы, только выстроенные ярусами. Мне было легко слиться с толпой в силу достаточно типичной внешности, Гевор же заметно отличался от местных, его пришлось гримировать и продуманно маскировать одеждой. Что касается меня, здесь существовало много черных больших и маленьких птиц, которые носились над террасами и гнездились в углублениях ярусов, и я в любой момент мог принять ипостась и слиться с местной живностью. Я неоднократно бывал на Старой земле, в самых разных местах, поэтому замкнутое пространство, толпы народа, стремительный хаотичный ритм городской жизни, обилие металла, пластиков и искусственного камня не удивляли меня, хотя и не вызывали восторга. Гевору же было бесконечно любопытно посмотреть, как тут все работает, но он выбивался из ритма и, что самое обидное, быстро начинал задыхаться и нервничать, особенно, когда попадал в узкие, с низким потолком и искусственным, но при этом тусклым светом, замкнутые пространства и помещения.
Мы уже второй раз выбирались в Анг Мирт вдвоем. Прошлый раз, раздобыв подходящую одежду, мы очень осторожно встретились с резидентами Гевора, которые обосновались во Фрейфене — самом крупном из городов-башен. Я, полетав по уровням и вокруг города, нашел удобное место для шеадра — в заброшенном городском туалете на окраине города, на одной из нижних террас. Отвратительное место, вонючее и заваленное городским мусором, но практически полностью безопасное, если игнорировать агрессивных городских крыс. Сегодня мы вернулись с нужным оборудованием, и я собственноручно воткнул тут одиночный шеадари, замаскировав плоскость перехода под разбитое зеркало в женском туалете. Решетку пришлось брать самую маленькую, встроить ее в бетонную сплошную стену оказалось делом весьма муторным. Такая проработает не больше пары-тойки лет, предупредил я Освина, слишком уж мала мощность, но он заверил меня, что рад и этому: шеадари вел прямиком в один из дальних замков Фьерхольма, на выходе Гевор пока что посадил охрану, а завтра собирался поставить своим сотрудникам, посвященным в Анг Миртовские дела, отдельное наблюдающее зеркало. Не забыть бы отправить ему специалиста… Наблюдающие зеркала были только нашей технологией, собственно, к зеркалам эти экраны слежения не имели никакого отношения, но название пришло откуда-то из тех же времен, что и сам Анг Мирт.
Опробовав шеадари, я ненадолго задержался во Фьерхольме — помыться и почистить одежду от грязи, и потом вернулся во Фрейфен, к Освину, Хельму и Гевору. Хорошо, что язык и письменность у нас с Анг Миртом оказались одни, за исключением некоторых понятий и бытовых названий. Ну и эффект Маара, конечно…тот самый, что давал всем нам возможность понимать языки тех миров, с которыми у нас существовала единая изнанка. Все, кто пересекал грань, понимал язык того места, в котором оказывался, Язык, но не письменность, увы, учиться читать приходилось с самого начала.
Техноас Освин за этот год сумел успешно устроиться в ремонтную контору, обслуживающую внутренние линии межъярусного движения, его напарник, прошедший в юности обучение у нагов, удачно внедрился в местные правоохранительные органы и быстро продвинулся по службе. Они снимали скромные апартаменты на 18й террасе, главным преимуществом которых был небольшой балкончик с видом на лежащие за городом пустоши. С него мы сейчас и смотрели на здешние унылые пейзажи. Техноасы, кстати, быстро освоили высокоточную подделку местных денег, так что в финансах парни нужды не испытывали.
— А на вас косо не смотрят, что вы тут… хм, вместе живете? — спросил я, возвращаясь в комнату. Хорошо еще, стены здесь старались красить в светлые тона.
— Тут гомосексуализм — норма, — усмехнулся напарник Освина, Хельм. — Женщин меньше, чем мужчин, и они труднодоступны. Кстати, вы заметили, что выжили только человеческие расы? Двуликих тут нет.
 
— Заметили, — кивнул Гевор. — Ты лучше повтори для Хэйгена, что от вояк слышал.
— Да в общем, не только от военных, — начал Хельм. — Это общедоступная информация. Здесь давно, уже не одно десятилетие, пропагандируется идея войны с Ар Соль. О наших землях известно многое, у них есть немало видеозаписей с приборов, похожих на наши визоры. Они о нас знают порядочно, если не все, а мы о них — ничего.
— Мы знаем, что нэрги успешно выполняли функцию не только разрушения или копирования материальных объектов, но и передачи информации, — пояснил я. — Псевдоплоть хорошо сохраняет воспоминания-образы, они нарастают на нее словно слои. Мы сейчас подозреваем, что в ранних атаках Анг Мирта, приблизительно двухсотлетней давности, в самом начале, уничтожались далеко не все нэрги, часть из них благополучно возвращалась обратно во время следующего прорыва. Они накапливались в определенном месте и проскакивали обратно в самом начале, еще до прибытия Пауков. Когда все начиналось, реакция Пауков не была такой отработанной, как сейчас, потребовались годы, чтобы научиться с ними бороться.
— Сейчас у них предположительно есть своя сеть, — хмыкнул Гевор. — Которую надо как-то выявить. Желательно — осторожно, чтобы не подставиться.
— Проще все-таки раскрутить, кто из своих за этим стоит, — вздохнул я.
— Есть пара ниточек от моих кэммон-арских подозреваемых, — сказал Гевор. — Только я очень боюсь их спугнуть.
— Второй шеадр, тот, что в Шеннон Аре, ставил Коллегиум, но тот, что у тебя в Кэммон Аре, по почерку наш, — буркнул я. — Решетка наша, огранка кристаллов очень характерная, это я тебе с закрытыми глазами скажу. Но кристаллы, по моим ощущениям, старые. Им лет как минимум полтораста, а может и побольше. Ариады искусственные, выращены в Кэммон Аре.
— Наши земли рисуются здешними властями красочными и богатыми, а история о бывшем рае, который намеренно уничтожили в результате войн за господство, печатается в школьных учебниках. Картины нашей жизни время от времени показывают по местным информационным сетям. Это у нас только частный просмотр видео контента, а здесь — публичные цифровые сети, — продолжил Освин.
— Причем технологии, явно ворованные с Основы, — добавил Гевор, кивнув на черный плоский экран на стене.
— Да, Грань с Основой у них есть, — кивнул я. — Не очень большая, но пройти можно, если владеть технологией пространственных перемещений.
— А они владеют, — заключил Освин. — Не знаю, откуда она взялась, может быть сохранилась с тех времен, когда Анг Мирт был частью Ар Соль. Почему нет… А может быть, ее с нашей стороны подкинули. Разговоры о завоевании Ар Соль здесь не первый год ведутся, идея очень популярна у местного населения. Думаю, они этим давно бы занялись, если бы не исключительная бедность ресурсов. Единственное, что у них имеется в изобилии, это нэрги. Их выращивают в красных зонах — так тут они называют невосстановившиеся территории. Нэрги — это чистильщики, их делали как пожирателей промышленного мусора и радиоактивных отходов, но очень уж удачно сделали.
Я кивнул. Действительно, живой наэр-некрос, способный запоминать информацию, понимать и исполнять команды, оказался действеннее летящей в цель стрелы. Или пули.
— Вояки говорят, что зоны атак планируется расширить, им под это нужны люди, специально обученные сухопутные войска, готовые к передвижению по территории Ар Соль. Их только недавно начали набирать.
— Значит, война еще не скоро, — предположил Хельм.
— Скоро или нет, раз набирают, значит планируют, — буркнул Гевор. — Города друг с другом воюют? Насколько я понял, они независимые, общего управления не имеют?
— Да, каждый город — сам себе хозяин, но общее управление у них есть, что-то вроде совета, Ассамблея 18 называется, по числу крупных анклавов. Крепости тоже имеют свой единый орган, но каждая крепость привязана к какому-нибудь городу, они не самостоятельны. Здешняя история знает множество попыток военных перехватить управление. И войн между городами было достаточно, у каждого анклава есть своя частная армия.