Клинок и ножны (СИ)

Михаил
Три, два… вжих-вжих. Три, два… вжих. Все-таки промышленные вентиляторы — великая вещь. Три, два… вжих-вжих. Три, два… вжих. Особенно на больших заводах. Три, два … шаг-шаг. Три, два… шаг. Мне оставалось сделать всего три шага, и я не торопился.
Куда мне торопиться? К сексуальному маньяку, который затрахал меня до полного изнеможения дважды за последние двенадцать часов? Ха! К подопечному, который уехал один и подставился бандитам, как последний дебил? Обойдется! К любимому, за которого я вырву глотки всем, кто попадется мне на пути? Ну, может быть.
Чмок — хрусть. Нет, ну вы же несерьезно! На меня? С ножом? Вот и уносите свой нож в животе, мне эта ржавая железка нафиг не нужна, я ж не вор и не нищий. Бенг-бенг-бенг. Хм, автомат? Вот ведь дурачье, а? Кто ж из автомата длинными очередями в закрытом помещении стреляет? Да на складе готового листопроката. Тут же рикошетом может так приложить… Ага, приложило. Так, и кто тут у нас такой умный… хрусть… был? Ай, да не важно. Чмок. Ах ты, сука! Больно же! 32 калибр, да с трех метров, да в плечо! Ну все, вы меня достали.
Влад
Оказывается, быть непосредственным участником боевика вовсе не так интересно, как кажется, когда сидишь на диване и смотришь на все это в кино. Медведь, появившись передо мной из ниоткуда, напугал меня до икоты. Да чтоб я еще раз его медвежонком назвал? Никогда! Член в него посмел сунуть?! Где были мои мозги? Это же Терминатор!
— Вставай. Положи руку на мое левое плечо и все время держись у меня за спиной.
— Но у тебя там кровь… — ляпнул я и чуть не наложил в штаны от его ледяного взгляда.
— Я говорю — ты делаешь, понял? — провел острым ножом по моим нервам Медведь.
Я сглотнул слюну и кивнул.
— Не слышу!
— Да.
— Ни при каких обстоятельствах не убирай руку с моего плеча — и тогда у нас будет шанс выбраться отсюда живыми.
— Я все понял, — вцепился в рану пальцами я. — Идем?
— Да.
И мы пошли.
Невероятное хладнокровие и высочайший профессионализм Медведя не поддавались никакой классификации, но если бы я не знал его тело, как свое собственное, если бы позволил себе хоть на секунду запаниковать, если бы отпустил его окровавленное плечо — живыми бы мы с завода не ушли. А так… Синяки, царапины и ссадины по всему телу у меня, два сквозных пулевых ранения у Медведя и ужас, поселившийся в моей душе, явились итогом моей самостоятельной поездки в универ.
Михаил
Я рассеянно смотрел в стеклянный потолок над головой, раскинувшись морской звездой ровно посредине бассейна. Облажался. Как же я мог так облажаться!!! Дуболом безмозглый! Сто кило костей и мышц. Ноль граммов мозга. Пидор гребаный! Повелся на смазливую мордашку и деньги, расслабился, просрал все на свете, копыто лошадиное. Качок воздушный.
Я вспомнил ужас, поселившийся в серых глазах Влада, его недельное молчание, явное нежелание находиться со мной даже в одной комнате и едва не застонал вслух. Я не думал, что он увидит меня в бою. Узнает таким, каким я не хотел быть никогда, но Лис увидел и решил, что я монстр, который слишком хорошо притворялся. Это убивало меня, как ничто другое.
Легкие шаги подсказали мне, что я уже не один, но сил посмотреть работодателю в лицо не было.
— Михаил, по-моему, ты перегибаешь палку, — с улыбкой в голосе сказал Борис, и мне пришлось прервать сеанс психоанализа и самобичевания.
Я доплыл до магната и неловко выбрался на бортик. Плечо зажило за неделю, а вот бок еще побаливал. Месяц-то точно о себе напоминать будет.
— Не надо вежливости, ладно? Это унижает, а я и так облажался по самое не балуйся.
— Как гориллой безмозглой прикидываться — так ничего, а как благодарность за спасение жизни моего сына принимать — так тебя это унижает? — нахмурился Борис.
— В данном конкретном случае — да. Мало того, что я не отследил готовящееся покушение на жизнь Влада, так я с ним еще и переспал. Если первое понять и простить можно, то вот второе… Вы убрали всех, кто стоял за попыткой вас убить?
— Да, всех до единого, включая заказчика. Нет человека — нет проблем.
 
— Правильный подход, — сухо кивнул я. Какой у меня все-таки умный и решительный работодатель. Все делает правильно. — Вы нашли нового телохранителя?
— Да, — помрачнел Борис, — но я надеялся, что ты переду…
— Нет, — перебил его я. — Он здесь? Я хочу с ним переговорить.
— Да, конечно, но прежде чем ты уйдешь в закат, герой недоделанный, я хочу тебе кое-что сказать.
— Я слушаю.
— Не обижайся на Влада, пожалуйста! Дай ему немного времени — и он прибежит к тебе объясняться в любви. Серьезно! Он же совсем еще ребенок.
— Этот ребенок совратил половину города, виртуозно играет людьми и выбрался из серьезной передряги живым. Не стоит его недооценивать. Лис прекрасно понимает, что делает и зачем.
— Михаил, не надо включать тупого качка, — засверкал глазами Борис. — Ты прекрасно понимаешь, о чем я говорю. Влад никогда даже в драках не участвовал, а тут такое! Он просто испугался, вот и все. Это пройдет, поверь.
— Влад боится не бандитов или реальной жизни, — грустно усмехнулся я. — Он боится конкретного человека — меня. Я должен уехать.
— Упрямая горилла! — стиснул кулаки Борис. Закрыл глаза, глубоко вдохнул и успокоился. Вытащил из кармана пухлый конверт. — Это твоя зарплата и премия за спасение моего сына.
— Я не… — начал я, наткнулся на сталь в глазах хищной зверюги, живущей в глубинах души господина Лисовского, и благоразумно заткнулся.
— Я знаю, зачем тебе нужны деньги, и если ты их не возьмешь, я изнасилую тебя с особой жестокостью, а потом буду засовывать все эти бумажки в твою шикарную задницу по одной. Как ты думаешь, насколько тебя хватит?
— Я даже изнасилование не переживу, — рассмеялся я, забирая из его рук конверт.
Борис улыбнулся, обхватил меня за шею, расцеловал в обе щеки и напоследок как следует присосался к моим губам. Отстранился, провел по груди ладонью и тяжело вздохнул.
— Если бы не Влад, я бы сделал тебя своим любовником и не позволил уйти ни при каких раскладах.
Увидел, как меня передернуло, и грустно улыбнулся:
— Да знаю я, знаю. Ни один мужчина кроме Влада к тебе никогда не прикоснется.
— Да.
— Проваливай уже, соблазн ходячий, а то я еще что-нибудь этакое исполню. Я же гей, в конце-то концов! А у нас, как известно, слабые нервы.
Я улыбнулся, поцеловал хитро-мудрого мужичка в лоб и поспешил его покинуть. Мало ли, что ему в голову взбредет! Наткнулся на нового телохранителя по выходе из бассейна, перекинулся с ним парой слов, понял, что передо мной действительно спец, подхватил рюкзак и с чистой совестью отправился на выход.
Вовкин Крузак мамонтом застыл за воротами особняка, я открыл калитку… и, не оглядываясь, шагнул за порог. Железная дверь громко клацнула за моей спиной.
Прощай, любимый.
Влад
Семь дней я просидел в доме, переваривая все, что со мной произошло в Тот День, начиная с сумасшедшего секс-марафона на стоянке аэропорта и заканчивая больницей и лежащим на носилках окровавленным Медведем. Вся моя жизнь в одночасье перевернулась с ног на голову.
Двадцать лет я жил в теплице и играл деньгами, людьми, их сердцами и задницами так, как мне заблагорассудится, мнил себя бессмертным и думал, что жизнь — это сказка. Но Медведь изменил все. Я первый раз в жизни влюбился, ревновал, тосковал, беспокоился и занимался в постели не сексом, а любовью. А потом я попал в передрягу и увидел любимого человека совсем другим.
Я никогда в жизни, ни за какие деньги мира не посмел бы даже пальцем прикоснуться к тому монстру, что вытащил нас из абсолютно проигрышной ситуации. Как совместить добродушного и покладистого Мишаню с Медведем, который на моих глазах вырвал человеку кадык?! Семь дней я бродил по дому привидением и цепенел от ужаса, когда натыкался на его мощную и совершенно расслабленную фигуру. Но теперь меня не обмануть. Я видел его настоящим: сгусток стальных мышц, перед которым Терминатор — девчонка.