С любовью, Майкл (СИ)
- Как это у тебя получается? – Не удержалась девушка, - я имею в виду… люди ведь столько гадостей делают, и тебе наверняка делали, - Лисс прикусила изнутри щеку и подумала: «А сколько еще сделают, они практически распнут тебя за твою доброту!» - и ты все еще веришь всем и любишь всех.
- Как иначе? – Просто спросил он, - дети обижаются несколько минут и сразу же тебя прощают. Глядишь, уже обнимают и целуют, шепчут, как сильно тебя любят. Господь говорит, будьте как дети, вот я и стараюсь.
Он улыбнулся и опустил глаза. Лисс спросила, относит ли он себя к свидетелям Иеговы, и Майкл покачала головой. Мужчина немного погрустнел и рассказал, что во время съемок Smooth criminal, они выгнали его и его сестру за оружие, которое нужно было держать в руках в клипе. Общество поставило его перед выбором: они или карьера артиста. Это был тяжелый выбор, но ему пришлось его сделать.
- Я все еще верю в Бога, в Христа. Но ни к какой конфессии себя не отношу.
- Значит, ты ходил по квартирам и проповедовал как все свидетели? – Майкл кивнул. – То есть, люди открывали дверь и теряли челюсти, потому что на пороге стоял Майкл Джексон с Библией и спрашивал: не хотите поговорить о Боге?
- Почему-то из твоих уст это звучит очень смешно! Я наряжался, чтобы меня нельзя было узнать. Хотя все равно узнавали, но в целом так и было. Хочешь мороженого? Давай, на перегонки!
Джексон резво спрыгнул с ветки, и Лисс пришлось уцепиться ему за рукав, чтобы не упасть. Майкл терпеливо помог ей твердо встать ногами на землю и только потом со всех ног понесся по хрустящей от инея траве к ближайшему ларьку с мороженым. Девушка почему-то всегда ловила себя на отвращении, когда видела ребячество со стороны взрослых. Она не любила, когда ее роняли в сугробы, шумели в общественных местах, заставляли бегать и играть в салочки. Ее всегда это напрягало. Во всех. Кроме Майкла. В его ситуации вся эта инфантильность смотрелась как нельзя более органично. Когда Лисс добралась до мороженицы, мужчина уже с упоением выбирал лакомство. Он повернулся к ней, капюшон слетел с головы, и спросил, какое она будет. Продавец, только с третьей попытки выслушал его заказ, лицо своего покупателя он видел четко. Майкл расплатился, и тут же вернул капюшон на место. Он вручил Лисс фисташковое мороженое, а сам распаковал и тут же облизал ванильное. У девушки ноги ослабели, и она никак не смогла бы объяснить это логически. Майкл вновь взял ее за руку, чтобы не потеряться и повел по парковой дорожке, рассказывая, какие деревья ему нравятся и почему. Лисс только диву давалась, как можно столько всего видеть в обычных голых ветках! Похоже, именно этого ей и не хватало, чувства радости просто так, от созерцания мира, своей собственной жизни. Она давно такого не чувствовала. Лисс прикрыла глаза, их защипало от подступавших слез. Наверное, у нее изменилось лицо, потому что Майкл остановился.
- Ты плачешь?
- Нет, - тут же солгала она, заставив его нахмуриться, ах да, искренность, - да. Я… я давно не чувствовала себя счастливой и живой. Спасибо тебе.
- Пожалуйста, - расплылся в улыбке Джексон. – Тебе спасибо, я бы не смог позволить себе такой прогулки. Видела, как на меня смотрел мороженщик? Будто я привидение. Лисс, - он впервые назвал ее по имени за прогулку, - если тебе станет грустно – просто улыбнись. Мне всегда казалось, будто улыбку придумали ангелы. Ты улыбаешься, и тебе становится лучше, словно что-то вновь включается, и начинаешь чувствовать себя хорошо.
- Хотелось бы мне, чтобы все было так просто.
- Думаешь, мне не понять взрослых проблем? У меня репетиции по восемь часов, и шоу в Сочельник, когда мне хотелось бы вести подарки детям, которых некому поздравить. Но эти деньги пойдут на хорошее дело, и я люблю петь… ох, что-то я много говорю.
Майкл покачал головой и смущенно замолк.
- Ты молодец, - Лисс сжала его пальцы. – Я… я просто запуталась, пытаюсь за все отвечать, и ничего не выходит. Родители постоянно говорят, что я никто…
- Ты доктор! – С совершенно непередаваемым восхищением произнес Джексон, - ты помогаешь людям! И никогда не повторяй, когда в тебя кидаются такими вещами. Знаешь, мой отец говорил… много неприятных вещей обо мне, но это не делает меня хуже. И тебя.
- Он тебя бил, - кивнула Лисс, вспоминая интервью и тут же прикусила язык.
Майкл замер, точно каменный, лицо у него даже под пудрой стало пепельно-серым. Девушка сглотнула. Как она могла такое брякнуть? Джексон не шевелился, даже сжал свободную руку в кулак и спрятал ее в карман.
- Да. Раз об этом прочитала, значит, и остальное знаешь. Книга Латои***? – Не дожидаясь ответа, он кивнул, - я это пережил и простил. Какими бы методами он ни пользовался, посмотри, какой вышел результат.
Он чуть обогнал ее и развел руки, словно демонстрируя себя.
- И ты не позволяй никому сомневаться в себе. И особенно себе самой! Ты такая интересная, такая красивая…
Майкл будто подавился воздухом и замолчал. Они продолжили прогулку в молчании. Лисс чувствовала, как у нее загорелись щеки, и застучало сердце. Похоже, Джексон не собирался заходить так далеко, совсем как она минуту назад.
- О чем ты мечтаешь, - вдруг спросил он. Они уже долго шли молча, думая о своем, и вдруг Майкл решил продолжить беседу, - скажи первое, что придет в голову!
- О счастье, а ты?
- Не быть одиноким.
Они ушли далеко от людей, и Майкл уже сам снял с себя капюшон. Он растянул губы в улыбке и смотрел на Лисс, с трудом старавшуюся не моргать.
- Знаешь, - он взял ее за ворую руку и теперь смотрел прямо себе под ноги, - если… если у тебя с друзьями не заладится, или… ты просто захочешь… получить мои поздравления с Рождеством, то… может…
Теперь Джексон смотрел в пасмурное небо, с которого на его лицо стали опускаться мелкие снежинки, тут же таявшие. Майкл прикрыл глаза от удовольствия. Казалось, он вообще забыл об их разговоре, и только напряженные губы выдавали в нем попытку на что-то решиться.
- Дашь мне свой номер телефона? – Очень тихо попросил певец.
- Конечно, - почти засмеялась девушка, совершенно не представляя, как Майкл будет звонить ей в 2021. – Пиши.
Мужчина достал из кармана просто доисторический по меркам Лисс мобильник и записал цифры. Он выглядел очень довольным и расслабленным. Вскоре в кармане девушки зазвонил телефон.
- Это я, чтобы у тебя мой тоже был. Какой интересный звонок…
Девушка достала телефон и сбросила вызов.
- Это Uptown Funk****, - небрежно ответила Лисс.
- Откуда у тебя такой странный телефон?
По спине пробежал мороз, и к окружающей температуре он не имел никакого отношения. Майкл с интересом и недоверием разглядывал в ее руках сенсорный Айфон 12. В голове Лисс звучала целая куча ругательств. Она поспешила спрятать телефон в карман.
- Я тут вспомнила… у меня есть очень срочные дела, неотложные. Мне нужно бежать. Огромное спасибо тебе за все, но мне правда пора.
Девушка развернулась и со всей мочи бросилась прочь, стараясь не слышать, как Майкл зовет ее по имени. Ей нужно срочно покинуть 1991.
Интервью с Опрой Уинфри конец 1993 г
- Он сразу вас очаровал?
- Будет нечестно, если я отвечу «нет». Майкл всех очаровывает, не в романтическом смысле, скорее, в человеческом. Он всегда искренний и тактичный, может понять человека, всегда говорит вам о себе, как будто вы его ближайший друг. И вы никогда не поймете, на каком почтительном расстоянии он вас держит, пока не сблизитесь с ним по-настоящему.
Комментарий к Часть 5. The way you make me feel*
*- песня американского музыканта Майкла Джексона. Третий сингл из седьмого студийного альбома певца Bad, выпущенный в ноябре 1987 года. Весь бэк-вокал в композиции состоит из большого количества дорожек вокала Джексона, которые затем были наложены друг на друга. «The Way You Make Me Feel» — одна из самых энергичных на альбоме Bad песен, отличающихся быстрым развитием. Она представляет собой композицию в сложном двенадцатидольном размере 12/8. В тексте певец рассказывает девушке о чувствах, которые он к ней испытывает. Первоначально песня называлась «Hot Fever» (с англ. — «Горячая лихорадка»).