Слишком близкие люди (СИ)

Андерс напрягся. Слишком нехорошо и многообещающе это звучало.
— Что он сделал?
— Я бы немного иначе выразилась… — Лиза помолчала, но теперь заминка была, похоже, связана с тем, что она подбирала слова. Слишком не в ее стиле. И это еще больше напрягало. — Что с ним случилось. Наверное, так, да…
— И что же с ним приключилось?
— Крыша поехала. Причем конкретно. Он теперь всех женщин принимает за тетю Люду — Леркину маму. Радуется, обнимать хочет… Страшно смотреть… Еще и спился конкретно. В квартире алкашня тусила. Ее теперь нужно до самого основания вычищать от грязи и вони, и ремонтировать с нуля…
Андерсу сложно было представить, как все это выглядело на деле, но и представлять не нужно, чтобы понять, как тяжко сейчас приходится Лере.
— И как Лера сейчас?
— Хреново, если честно. — Веселья и иронии в голосе Лизаветы заметно убавилось. Она была сама серьезность. — Корит себя за то, что сразу не заметила, что с отцом что-то неладное.
— А как она могла заметить, если он там спивался, предварительно выгнав ее из дома?
— Врачи говорят, что проблемы с психикой могли начаться еще до этого. И все его выходки обусловлены болезнью жены. Слабенький оказался, не выдержал напряжения. Что-то перещелкнуло не так, а дальше по накатанной…
— И что теперь? Она будет сидеть с ним рядом, держать за ручку, пока не полегчает?
— Нет, конечно. На это ей ума не хватило, пока что. Бегает по больницам, выясняет, где врачи лучше, к кому сначала идти — к наркологам или к психиатрам…
— Да у вас там, наверное, и врачей нормальных нет. Пара поликлиник затрапезных.
— Узнаю гонор столичного жителя. — Лизе явно не понравился его тон. — Все у нас есть, и не так, между прочим, дорого и ненадежно, как в Питере. Но повозиться приходится. Да еще квартира внимания требует…
— Почему она мне не звонит и не просит о помощи?
— А что, обязана просить? Это где-то прописано, в каком-то договоре?
— Б..ть, Лиз, она выйти замуж за меня согласилась! И на следующий день усвистала в этот ваш Мухосранск!
— Ну-ну, я бы попросила…
— Извини. На вашу историческую родину. Но это никак не меняет ситуацию: она собирается быть моей женой, но даже не изволит позвонить и хотя бы рассказать, что происходит?
— Она всячески уходит от разговоров на эту тему, Энди. Я несколько раз начинала, но каждый раз — выстрел в молоко.
— А в чем причина? — Ему это все больше не нравилось. Становилось все больнее и тоскливее. Даже помыслить боялся, что Лера передумала насчет замужества. Спрашивать об это вслух — тем более.
— Не знаю… — тяжкий вздох на том конце провода подсказал, что Лиза переживает не меньше, просто виду старается не показывать. — Но есть ощущение, что ее что-то очень напрягает. Что именно — не говорит.
— И долго она прятаться планирует, интересно? Это мысли вслух, если что… Понимаю, что ты не ответишь.
— Мне кажется, Андрюх, что она хочет поговорить с тобой лично, глядя прямо в глаза. А вот о чем говорить будет — не знаю.
— Час от часу не легче! Хотя, отчего же? Сейчас оденусь и выеду, сразу же. Говори адрес, где вы остановились! — от понимания, что можно хоть как-то повлиять на ситуацию, сразу же стало легче. Тучи немного рассеялись, впереди забрезжил свет.
— Не надо, Андрюх. Только хуже сделаешь. Лучше подожди…
— Да сколько можно-то, Лиза?! Сколько можно просто сидеть и ждать?
— Ты занимаешься бизнесом? Вот и занимайся. Я за Лерой присмотрю, чтобы глупостей не наделала. И ты прав, кстати. Отца ее надо в Питер перемещать. Вот и будет повод поскорее вернуться.
— Завтра! Лиза, завтра же вы должны выехать сюда! Как хочешь, вытаскивай, но возвращай ее обратно! — Андерс уже знал, чем будет заниматься этой ночью: подыскивать хорошие клиники, в которые можно устроить Лериного родителя. Чтобы утром Елизавета могла уверенно доказывать подруге свою правоту. С козырями на руках, что называется.
— А если не получится?
— Тогда я сам приеду и всех вас в багажник запихну! Обмотаю скотчем и вывезу. А разговаривать будем уже здесь.
 
— Очень смешно, Андерс!
— А я не шучу. Ни в одной фразе. Даже мысли такой не было.
  
Глава 42
 
На следующий день он был крайне рад тому, что возникло много срочных и неотложных дел. Одни переговоры затянулись, плавно переросли в следующие. Потом несколько важных планерок, еще какие-то сложности по ходу пьесы…
Он просто физически не успевал думать и волноваться о том, что происходит у девчонок. Лиза не звонила и не писала, хоть и договорились утром, что отчитается о результатах, а от Леры он звонка и подавно не ждал.
Только ближе к восьми вечера он получил смс от Лизаветы:
«Все, мы дома!»
«Где это — дома?» — не понял совсем, пора уже радоваться или печалиться срочно…
«У нас. Лера сегодня у меня останется» — на полном серьезе. Ни одного так любимого Лизкой смайлика.
«Почему это? Я сейчас приеду и заберу ее» — Андерс даже притормозил, в поисках места, где бы удобнее развернуться. Дом Янкевичей был в противоположном направлении от его.
«Не нужно»
Он не выдержал больше этой переписки. Набрал номер Лизы.
— Алло… — тихим, не очень довольным тоном. — Мне сейчас не очень удобно, вообще-то.
— Почему?
— Пришлось выйти из комнаты, где я была с Лерой. Она быстро догадается, что я с тобой шифруюсь тут…
— Почему она у тебя? И почему я не могу за ней приехать?
— Дай человеку прийти в себя. Ей сегодня в клинике пришлось наслушаться много всего приятного. Да и дорога с невменяемым отцом, как понимаешь, не самое легкое, что можно перенести… — У Лизы тоже был усталый голос. Очень непривычный для нее.
— А с кем вы приехали? Вы что, вдвоем везли алкоголика и психа?! — Все-так, Андерс решил развернуться и ехать к Янкевичам. Чтобы надавать по заднице, как следует. Одной — за глупости, другой — за то, что позволяет их творить. И Кир не сможет ему помешать в этом благом начинании.
— Нашлись добрые люди, помогли.
— А мы с Кириллом зачем вам? Нас нельзя было попросить?
— Некогда было, Андрюш. Не злись. Вот реально, слишком быстро все надо решать было, поэтому на ходу все делала.
— Я вообще ничего не понимаю… — Андерс уже несколько минут стоял на обочине с включенной аварийкой, игнорируя возмущенные сигналы объезжающих… Он устало потер глаза, встряхнул головой, но ничего не помогало: разобраться в происходящем так и не смог.
— Ну, и не поймешь никогда! Вы с Кириллом всегда были друг у друга на подхвате, и мысли не возникало, что по-другому можно. А Лерка всю жизнь сама себе дорогу пробивала. Даже Макс был не лез в ее дела никогда. Ему любви ее хватало для полного счастья, а проблемы — это ее проблемы.
— И что?
— И ничего. Ей даже в голову не приходит, что мужчины нужны для того, чтобы помогать.
— Б…ть! За несколько месяцев так и не научилась?!
— Ну, как видишь… Тем более, что вы с ней расстались-то не особенно хорошо перед отъездом. Ей сложно иначе поступать.
— И что мне с этим делать?
— Завтра я ее на работу выгоню, чтобы в четырех стенах не сидела. Вот там лови ее и обсуждай. А я вам не советчик, если честно…
— Лиза… — позвал ее очень тихо. Вздохнул. Не зная, что еще сказать.
— Вся во внимании!
— Спасибо.
— Это еще за что? Ты, вроде бы, проклинать меня собирался… Или мне показалось?
— За все спасибо. — Не стал говорить, что девушка, по факту, сделала для Леры все то, что должен был бы он. И помогла, и поддержала, и наставила на путь истинный. Пусть не до конца наставила, но все же… — А проклинать тебя будет Кирилл, это его прерогатива.
 
— Ладно, все! Я побежала! Лерка и так подозревает, что я шпионю по-тихому…
— Сделай вид, что с Кирычем зажималась… Имеешь право: мужа несколько дней не видела.
— Угу. Вот как только домой вернется, так и начну. А в то, что я пошла к охранникам на въезде приставать, Лера наша не поверит… — Лиза даже хихикнула. Значит, начала приходить в себя.