Слишком близкие люди (СИ)

— Ну, что, поехали? Мне ж еще надо успеть в офис попасть, пока этот бездельник глазами хлопает… — Андерс подмигнул Кириллу, по-дружески хлопнул его по плечу и поскорее смылся. Чтобы никто не успел среагировать. Леру за собой утащил.
Очень долго они ехали в тишине. Андерс успел обдумать несколько важных моментов для сегодняшних совещаний, составил в уме список необходимых звонков и писем, решил, что Кира лучше пока не пускать в офис и работой не нагружать — пусть сначала с женой разберется, а потом к делам возвращается. В общем, обдумал очень много полезных и серьезных вещей. Плюс успел многократно проклясть утренние пробки.
— Странно это все, конечно… — Голос девушки, сидящей рядом, вывел его из сосредоточенного состояния. В которое, между прочим, он себя насильственно загнал. Чтобы не страдать от желания что-нибудь этакое ей сказать, а потом жалеть, что наговорил лишнего.
— Смотря о чем ты… По мне, так нормальная ситуация. Янкевичи цапаются чаще, чем мы зубы чистим или умываемся. Они по-другому не умеют. Даже на ровном месте умудряются пособачиться. Вернее, Кир провоцирует, а Лиза ведется. Или наоборот, смотря у кого какое настроение.
— И это тоже странно. Мне кажется, в семье все должно быть по-другому…
— Мне тоже так кажется, Лер. Но эти двое нашего мнения не спрашивали. И вряд ли когда-нибудь спросят.
— Я плохо себе представляю, как жить в твоей квартире… Это как-то совсем ненормально…
— Ну, представь, что это гостиница! Только в ней нужно самой готовить и мыть посуду. Даже убираться не придется — у меня для служба клининга нанята, все надраивают раз в неделю.
— Ничего себе! Да ты хитер! — неожиданная улыбка на лице Леры словно сделала мир светлее. Она слишком редко улыбалась. Только сейчас это до Андерса дошло.
— Ну, я слишком молод и слишком занят, чтобы тратить бесценные выходные на уборку. Тем более, что выходные бывают не так и часто…
— А тут еще я тебе мешать стану…
— Лер, прекрати, пожалуйста. Я никогда не принимаю необдуманных решений. — Забыл сказать, что это правило не работает, когда решения касаются Леры. — Если позвал пожить у себя — значит, уж как-нибудь справлюсь. Тем более, что ты такие классные блинчики жаришь! Ради них я готов терпеть даже целый цыганский табор! У тебя, кстати, нет цыган в родне?
Он, отчего-то, развеселился. Захотелось хохмить и балагурить. Неужели, только от того, что женщина в пассажирском кресле просто нечаянно улыбнулась? Похоже было на то, что скоро придется идти за консультацией к Кириллу… Тот ведь давно уже погряз в зависимости… Только его зависимость Лизой зовут, а эту — Валерией. Андерсу было немного не по себе от того, с какой скоростью он проваливается в неизведанную глубину. Но глубина была такой манящей и сладкой, что останавливаться вовсе не хотелось.
— А разве по мне не заметно? Я же всей статью вышла — цыганка, породистая, племенная! — Лера подхватила шутку, снова улыбнулась — открыто, смело, до одури обаятельно. Андерс до того засмотрелся, что пропустил момент, когда пробка начала рассасываться. В себя пришел, только когда загудели клаксоны сзади стоящих автомобилей. Помотал головой, стряхивая наваждение, тронулся с места.
— Не переживай, Андерс. Не приведу я с собой никакого табора. Родни практически нет. Вся, что есть — очень дальняя. И не цыгане мы, кочевать не привыкли. — Лера, после долгой паузы, снова продолжила тему. На этот раз — вполне серьезно.
— Странно… А чем же ты околдовала меня? — пробормотал чуть слышно…
— Что? — девушка, тем не менее, что-то разобрала.
— Не обращай внимания. На дураков и дороги ругаюсь. — Не похоже, что Лера поверила, но больше вопросов не задавала.
Ей, видимо, тоже хватало тем для размышлений. Ну, и болтливостью Лера никогда еще не отличалась.
— Вот твоя комната. Вроде бы, вся необходимая мебель имеется. Зеркало встроено в шкаф. Белье сама себе выбери, какое понравится. Сейчас покажу, где лежит. — Андерс водил девушку по квартире, стараясь учесть все мелочи. Так, чтобы ей было комфортно в его доме. Отчего-то, был уверен, что ни о чем не попросит, даже если будет нуждаться.
 
— А ты точно один здесь живешь? — Лера рассматривала огромные апартаменты, удивленно разглядывала ящики, забитые постельным бельем, подушками и прочими принадлежностями. Она явно стеснялась открывать все двери, но их количество, похоже, очень ее впечатлило. — Зачем столько места и вещей? Я бы, наверное, устала блуждать по комнатам одна…
— А я и не блуждаю. Почти все стоят закрытые. Просто по статусу, вроде, положена большая квартира. Вот и купил. А шмотками уже мать и тетушка забивали, я им тут разрешил развлекаться по полной программе. Вроде бы, неплохо получилось…
— Удивительно. Все выглядит очень по-мужски…
— Ну, я бы даже матери не разрешил повесить здесь рюшечки и кружева с цветочками. Всему есть предел, сама понимаешь. Ну, и она сама, в общем-то, прекрасно знает мой вкус, и никакую ерунду не навязывала.
— Это хорошо, когда такая мама…
— Да, мне с ней повезло. Так, Валерия, ты тут осваивайся, а я пойду переоденусь и в офис погоню. Там уже наши кони бьют копытом, наверное, сразу без двух начальников. Хотя, не удивлюсь, если Кир не выдержал и уже приехал.
— Хорошо… что-нибудь хочешь на ужин? Говори, не стесняйся. Я многое умею готовить…
Андерс опять задумался. Как-то не мог привыкнуть, что кто-то о нем заботится. Это было странно.
— Все, что тебе самой захочется. У меня сейчас даже идей никаких нет, правда. И… ты сильно-то не заморачивайся. Я не сноб, изысков не требую никаких.
— Хорошо, я что-нибудь сочиню сама.
— Держи ключи от квартиры.
— Эммм… Зачем?
— А ты здесь как планируешь, сидеть взаперти и не выходить никуда? Я ж на работе зависаю допоздна. А если в магазин понадобится, или еще за каким-то важным делом?
— Андерс, спасибо тебе! Это … я не знаю, как тебя благодарить!
— За что, Лера? За то, что испортил тебе нормальные две недели в доме подруги? Или за то, что Янкевичей нужно помирить? Даже не придумывай. Я просто делаю самое необходимое.
Он бы поверил своим словам с огромным удовольствием. Если бы… Если бы просто не хотел, чтобы в его доме находилась Лера. Пусть даже в том положении, как сейчас — вынужденной гостьей. Но ему это нравилось, до чертиков. Просто не хотелось признаваться.
Чтобы не плодить неловкие паузы и не стеснять Леру еще больше, Андерс очень быстро сбежал. Из собственной квартиры. Кому сказать — не поверит. Ну, может быть, только Кир…
Друг, естественно, в офис приперся. Только пользы от него было — что от коня молока. Радовало только, что Янкевич был больше занят своими проблемами и переживаниями, и в душу к Андерсу не лез. Ему, отчего-то, совсем не хотелось делиться с другом подробностями их отношений с Лерой. Тем более, что подробностей почти и не было. Разве что, спасибо сказать было можно Елизавете: своим неожиданным финтом она заставила подругу к Андерсу переехать. Хоть сама и не знала об этом.
Стало немного проще общаться с Кириллом, когда тот выяснил номер рейса, который должен был доставить домой Лизу. Янкевич пришел в себя, сосредоточился и с головой окунулся в бизнес. Настолько глубоко, что половина сотрудников мысленно прокляли день и час, когда шеф решил прекратить свой отпуск. Андерсу тоже досталось внимания. И кипучей энергии. Такой, что он вспомнил о возвращении домой и ожидающей там Лере только ближе к полуночи.
В квартире его встретила тишина и темнота. Правда, обувь и куртка Леры были на том же месте, куда их определили утром. Значит, девушка никуда не сбежала.
 
Андерс почти на цыпочках добрался до ее комнаты, приоткрыл дверь: девушка спала, свернувшись калачиком, уличное освещение, пробиваясь сквозь неплотные шторы, позволяло разглядеть лишь ее очертания. Но и этого было достаточно, чтобы он закрыл дверь со спокойной душой.
Нисколько не удивился, обнаружив на столе ужин, прикрытый полотенцем, и клочок бумаги с летящим женским почерком: «не забудь разогреть, приятного аппетита». Это было приятно. Ожидаемо, в принципе, но все равно приятно. Словно стало теплее и уютнее в квартире, к которой он и раньше никаких претензий не имел.