Старое поместье Батлера (СИ)

- Вашего сына можно понять, лучше вас я ещё никого не встречала, - искренне улыбнулась мама.
- А теперь, юная леди, - мистер Смит присел на стул, стоявший рядом с кроватью, и размеренно заговорил: - Я буду спрашивать, а вы кивать или коротко отвечать. Сильно утруждаться не надо, вы всё ещё очень слабы. Знаете ли вы эту женщину? - кивок на мою новую родительницу.
- Нет...
- Совсем не помните? - уточнил врач, чуть нахмурив кустистые седые брови.
- Совсем.
Леди Лерой глухо всхлипнула, сжав ладони в кулаки до белых костяшек.
- Хмм, - мужчина потянулся к своему саквояжу и бережно извлёк из его недр какой-то предмет, завёрнутый в плотную ткань. Леди Лерой, будьте добры, распахните портьеры, так будет лучше видно.
Стоило шторам разойтись, как в помещение ворвался жидкий солнечный свет: небо было затянуто пеленой серых облаков, которые наверняка прольются противным мелким дождичком. Погода, равно настроение в моей душе.
- Посмотрите сюда, - позвал доктор и перед моим лицом возникло зеркало в дорогой медной оправе; стекло неплохого качества по краям было с пузырьками, но это обстоятельство нисколько не помешало мне рассмотреть новую себя.
Первое, на что обратила внимание - в этой жизни я блондинка, с красивым золотистым отливом. Правая часть лица припухла, на щеке внушительная ссадина. Глаза в данный момент были запавшими с тёмными кругами под ними, полные грусти и тоски, но красивые с миндалевидным разрезом и длинными густыми чёрными ресницами, и такие же голубые, как у мамы. Высокие скулы, аккуратный маленький носик, губки бантиком. Ангелочек семнадцати-восемнадцати лет. Право слово, не внешность - мечта! Как реагировать на себя же? В той жизни я была жгучая брюнетка, невысокого роста, поджарая, но не полная, очень подвижная. А сейчас девочка-клубничка. Фея из сказки. Тонкие ключицы, нежная, алебастровая кожа - истинная аристократка.
- Вы себя узнаёте? - пытливо вопросил доктор Смит.
- Нет, - вяло отмахнулась я, отворачиваясь от отражения.
Сложно, как же сложно принять себя такой, совсем другой...
- Ясно, - покивал мужчина, бережно убирая своё сокровище. - Леди Лерой, мне нужно поговорить с вами с глазу на глаз, - тут в дверь комнаты постучали, и в помещение вошла служанка, в руках она держала увесистый поднос, уставленный посудой.
- Пройдёмте в кабинет, доктор, - вздохнула мама. - Сара, покорми мисс Грейс. Грег ещё не вернулся?
- Нет, госпожа, его всё ещё нет. А мисс Грейс я подсоблю, не переживайте.
Глава 3 
Доктор Смит оказался деликатным человеком, не став озвучивать диагноз при мне. Но я всё равно узнала, что у меня за болезнь. Амнезия. Ожидаемо, я на это и рассчитывала. И добавил, что, возможно, память ко мне не вернётся никогда, поскольку я даже свою внешность не узнала. Обо всём этом мне вечером рассказала Сара, та самая горничная, что присматривала за мной.
Леди Мэделин заходила пару раз и грустно на меня глядела, вздыхала, гладила по волосам, шептала что-то успокаивающее и уходила. Понять её чувства было несложно, хоть мне и не выпало счастья познать материнство. Сожаление, бессилие, вина — всё это и их тонкие оттенки, ощущала бедная женщина.
Когда она ко мне зашла перед сном, пожелать доброй ночи, я не выдержала и просипела:
- Всё будет хо-ро-шо... Не грус-ти...
- Ох, милая моя! - улыбнулась Маэделин, в прекрасных голубых глазах показались слёзы. - Ты права, мы непременно со всем справимся...
Ей не дали договорить, в приоткрытую дверь спальни долетели странные звуки: кто-то громко возмущённо кричал, а потом что-то смачно, вдребезги разбилось. Я удивлённо посмотрела на леди. Узкие плечи моей новой мамы вдруг напряглись, и без того прямая спина стала ещё ровнее; её щёки покрылись некрасивыми алыми пятнами, а руки судорожно смяли ткань муслинового платья.
- Грейс, я отправлю к тебе Сару. Ни о чём не волнуйся. Ты сейчас ничего не помнишь и оттого не понимаешь, но твой отец, граф Джон, неплохой человек. Просто знай это, - и, подобрав подол, быстро прошла на выход, плотно притворив за собой дверную створку.
 
Я снова осталась одна и растерянно глядела прямо перед собой. Выходит, "батюшка" любит побуянить? И он неплохой? Шестерёнки со скрипом завертелись, анализируя услышанное, увиденное и сказанное. Напрашивался очевидный вывод: в данный момент некий граф Джон, биологический отец моего нового тела, пьян. Вопрос только, как часто он прикладывается к бутылке: время от времени или на постоянной основе?
В дверь тихо, дробно постучали и тут же, не дожидаясь позволения войти, внутрь скользнула Сара. Тёмные глаза девушки взволнованно блестели. В руках она держала небольшой таз.
- Что там... проис-ходит? - выдавила я.
- Господин пришёл, - служанка подошла и поставила свою ношу на прикроватную тумбочку. - Позвольте, я обработаю вашу рану на голове и перетяну повязку на рёбрах. Давайте, помогу вам лечь набок.
- Как... мама... - последнее слово вырвалось с трудом, давно я его не произносила.
- Госпожа справится. Только она одна может его успокоить, использовав всего несколько слов.
Принять другую позицию оказалось совсем непросто. Я охала, ахала от боли в рёбрах, даже перед глазами мушки заплясали от испытываемых неприятных ощущений.
- Я ею восхищаюсь, - вдруг добавила Сара. — Вот та-ак, хорошо. Как вы?
- Тер-пи-мо, - выдохнула сквозь зубы, плотно прикрыв веки.
Послышались звуки выжимаемой тряпицы, потом какое-то шуршание, и к моему затылку аккуратно прижали что-то влажное. Я тихо зашипела.
- Потерпите, мисс Грейс, - участливо проговорила горничная. - Нужно нанести микстуру, доктор Смит сказал, чтобы я так делала утром и вечером. А ещё вам её надо каждый час принимать внутрь.
Её слова заставили поморщиться - несъедобная вязкая жижа, называемая целебной микстурой, воняла и была горькой, просто отвратительной на вкус. Я даже боялась спросить, что входит в её состав.
- Всё, готово! - обрадовали меня, и я вернулась в исходную позицию.
- Теперь сменить повязки, - деловито суетилась Сара, а я заподозрила её в любви к подобного рода процедурам.
Пока девушка осторожно снимала бинты, непривычные и слишком широкие из серой плотной ткани, я старалась понять, что происходит в доме. Но было тихо. Мне стало чуточку спокойнее. Мэделин произвела на меня приятное впечатление, и, если бы ей кто-то посмел навредить, я бы по-настоящему встревожилась и расстроилась. Вот вроде и знаю человека всего ничего, а уже переживаю.
Тем временам Сара закончила менять повязки и вернула одеяло на место.
- Давайте подушку переложим, чтобы вам было удобнее спать. Вам не холодно? - заботливо уточнила она.
- Нет. Если можно, не могла бы ты открыть окно?
- Да, конечно. Но прошёл дождь, и вы замёрзнете, - засомневалась девушка.
- Не волнуйся, распахни хотя бы немного, мне жизненно необходим свежий воздух, - я вяло улыбнулась и прикрыла веки.
- Задуть свечи?
- Будь добра, - апатично пробормотала я.
День прошёл быстро и всё время в полусне, но я так устала, будто разгружала вагоны с углём.
- Доброй ночи! - напоследок пожелала помощница и я услышала, как она тихо притворила за собой дверь.
Сон лечит, в этом не было никаких сомнений. И я, с трудом выбросив лишние мысли из гудящей головы, в итоге всё же уплыла в объятия Морфея...
- Грейс! - кто-то потряс меня за плечо, сначала не сильно, а потом, видать, не дождавшись реакции, как тряхнул, мои зубы громко противно клацнули, и я резко распахнула глаза. Мне ещё раз крепко сжали плечо, впиваясь стальными пальцами в плоть, и боль волной прокатилась к и без того ноющему затылку и прострелила в рёбрах. Я тихо застонала, но быстро уняв дыхание, рявкнула:
- Руки убери! - и вышло вполне чётко. На адреналине даже села, стряхивая с себя ненавистную лапу.
И зло уставилась на сидевшего на моей кровати мужчину.
Это пробуждение было гораздо неприятнее предыдущего, самого первого в новом мире.