Старое поместье Батлера (СИ)

Поверенный помолчал, а высокий и широкоплечий мужчина, лица которого я так и не рассмотрела (да, в общем-то, мне то было совсем неинтересно, меня заботила наша с мамой дальнейшая судьба. Надеюсь, не погонят на ночь глядя, дадут дождаться утра), медленно встал и с поклоном молвил:
– Старый плут! Интересно, что он хотел мне этим сказать? – но насмешливый тон, тем не менее, не смог скрыть глубокую печаль и уважение Харрисона к почившему.
– Время покажет и, возможно, вскорости вам станут ясны слова генерала, – устало вздохнул Райд, стоявший позади нас, будто пытался таким образом поддержать двух беззащитных женщин.
– Итак, продолжим, – прокашлявшись, заговорил вновь мистер Симмонс, – моему соратнику, самому лучшему человеку на земле, оставляю свой дом в Алоне. Пол, дружище, это теперь твоя собственность. Я успел, как ты и сам знаешь, распродать там всё вплоть до ковров. Но руки у тебя золотые, голова светлая, обставишь. Вот только не бросай моё дело, пока не явится истинный наследник. Коим назначаю…
В комнате стало тихо.
– Леди Грейс Лерой, мою внучатую племянницу. Милая моя девочка, я видел тебя всего один раз и не смог забыть… Грейс, ты как ангелочек, и так похожа на мою дочь, Эвелин, она погибла, так и не став взрослой… Поместье Батлеров, его обширные территории, конюшни и всех её обитателей, оставляю тебе. Это большая ответственность, понимаю, но интуиция никогда меня не подводила, и ты непременно справишься. Пол поможет, направит, даст совет, не бросит и всегда поддержит. У меня только одна просьба, не продавай эти земли никому и не трогай люстру в главном холле, её лично когда-то выбирала моя единственная любовь, моя Минерва…
До меня не сразу дошло услышанное, а точнее, только после криков мадам Хьюз: а как же она, согревавшая постель старика Батлера многие годы? Очнулась. Чтобы посмотреть в столь же растерянное лицо мамы:
– Мама, я не ослышалась?..
Глава 20 
Разоравшуюся и по-настоящему ударившуюся в слёзы мадам Хьюз вежливо, но настойчиво, силами двух людей в лице Пола и графа, выпроводили вон из кабинета.
Мы остались втроём: я, мама и поверенный.
– Вот это поворот, – неверяще глядя перед собой, одними губами выдохнула Мэделин. Эту фразу она услышала от меня; вообще графиня много нового узнала, пообщавшись со мной, и иногда позволяла себе что-то повторить, если слова соответствовали ситуации.
– Не то слово, – кивнула я, глядя на задумчивого мистера Симмонса.
– Вам нужно подписать кое-какие бумаги, – очнулся он, переведя свои карие умные глаза с двери, на нас.
– Да, конечно, – сняв перчатки, встала и подошла к столу.
– Вам семнадцать?
– Да, – кивнула, беря в руки перо.
– По закону, пока вам не исполнится двадцать один год, или вы не выйдете замуж, всем унаследованным будет распоряжаться ваш опекун.
– То есть, кто-то из моих родителей? – внутренне напряглась, памятуя о папеньке.
– Да, всё верно, мисс Грейс. Ваш дядя указал в качестве опекуна леди Мэделин, – пояснил юрист, подкладывая листы мне под руку. А я облегчённо выдохнула: мама не Джон, она не станет противиться моим решениям. – Леди Мэделин, вам также нужно будет подписать вот это, – кивнул он графине, чтобы она присоединилась ко мне, – и это.
– А мадам Хьюз, – между тем уточнила я: – жила всё это время здесь, в поместье?
– Нет, – тут же последовал ответ, – некогда она работала тут в должности экономки, периодически оказывая лорду Эдварду некоторые другие, хмм, услуги… И после того, как весь штат слуг сократили, Летиция частенько приезжала помочь по дому. В общем, вы ещё слишком молоды, вам пока этого не понять.
А я задумчиво кивнула, делая свои выводы.
– Вы сможете увезти её с собой?
– Летиция прибыла со мной, вместе и вернёмся в Алон, – понятливо улыбнулся поверенный. Он уже мне нравился: спокойная деловитость, каждое движение выверенное, без суетливости. Мистер Адам Симмонс оказался весьма приятным в общении человеком. А нам с мамой такие знакомые очень нужны.
 
– Если мне понадобится ваша помощь, не откажете в услуге? – прямо спросила я.
– Безусловно! В любое время дня и ночи! – юрист посмотрел на меня очень внимательно, даже оценивающе. И немудрено: я говорила уверенно, не как вчерашний подросток.
– Благодарю! И ещё вопрос, пока не вернулись другие, – переплетя пальцы рук в замок, перекатилась с пятки на носок и назад, – насколько большие долги дядя Эдвард нам оставил?
– А с чего вы взяли, что они есть? – вскинул кустистые брови к корням волос Адам.
Упс.
– Просто так подумалось, – пожала плечами, – дом почти пуст.
– Это не показатель, что генерал кому-то что-то задолжал. Он всё продал, чтобы кое-что купить, очень-очень дорогое, можно сказать почти бесценное. Не уверен, что именно я должен вам всё поведать, давайте оставлю эту часть Полу Райду, пусть он сам вам всё расскажет, – загадочно произнёс поверенный, заставив меня нахмуриться. – К тому же когда-то я дал обещание лорду Батлеру не распространяться об этой покупке. И намерен как можно дольше хранить его секрет. Вы всё узнаете, но не из моих уст.
Принципиальный, и это здорово! Человека уже нет в живых, а мистер Симмонс продолжает верой и правдой ему служить.
– Пусть будет по-вашему, – не стала давить я.
Тут послышались голоса за дверью и в кабинет вошли граф и Пол.
Как только все участники оставили свои "автографы" на положенных документах, поверенный засобирался и, вежливо попрощавшись, отбыл восвояси. Прихватив с собой мадам Хьюз. Женщина стреляла в нас с Мэделин злобными взглядами, не нужно обладать супер проницательностью, чтобы понять: именно нас двоих она считала виновными в том, что ей ничего не досталось, и генерал не оставил ей и серебряной булавки.
– Примите мои соболезнования! – прежде чем уйти, к нам подошёл граф Харрисон. Он был очень высок и массивен, не человек, гора мускулов! Мне даже пришлось запрокинуть голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Рядом с этой внушительной горой мускулов я почувствовала себя беззащитным ребёнком.
Бородатый медведь, вот как выглядел Дин. Иной ассоциации даже и не возникло. Длинные волосы мужчины касались плеч, борода лопатой, Харрисон больше напоминал лесника, нежели родовитого аристократа, целого графа! Но глаза у него были красивые – серые, со светло-голубыми прожилками, завораживающие, глубокие, добрые и очень проницательные.
– Спасибо, – устало ответила я, обхватив себя руками.
– Я живу в соседнем поместье. Если вам вдруг что-то понадобится, даже мелочь, обращайтесь, помогу чем смогу, – вежливо предложил он.
– Благодарю, граф Харрисон, – вместо меня ответила мама, стоявшая рядом.
– Можно просто по имени, раз уж мы с вами соседи, – криво усмехнулся мужчина, – доброй ночи, леди. Удачно устроиться. Думаю, это место вскорости вас удивит. Эдвард был отличным коннозаводчиком. Правда, он зачем-то продал большую часть своего имущества и даже хороших, породистых лошадей, для чего мне неведомо. Как я ни просил генерала всё мне рассказать, так и не получил ответа. Ха, ваш дядя был очень упрямым! Но, уверен, Пол в курсе и всё вам объяснит.
Мужчина в сопровождении мистера Райда наконец-то покинул наш новый дом. А мы стояли в центре холла под хрустальной шикарной люстрой Минервы, и задумчиво глядели прямо перед собой, лишь треск дров в камине нарушал безмолвие.
– Грейси… – прервала затянувшееся молчание Мэделин.
– Да? – в тон ответила я.
– Что будем делать?
– Для начала, может, примем ванну? Здесь она наверняка должна быть. А потом отправимся спать. И только утром допросим помощника дядюшки.
– Звучит угрожающе, – вдруг улыбнулась графиня, поднимая руки к шляпке и вынимая шпильки из волос, чтобы снять головной убор. По примеру матери я тоже решила избавиться от надоевших шпилек и шуте (прим. автора: разновидность дамского головного убора).
– Почему дядя так внезапно скончался? Жил-жил, а потом раз! И нет человека, – покачала головой я, делясь своими мыслями с родительницей. Тут входная дверь снова открылась, впуская внутрь сослуживца почившего генерала. – Мистер Райд, скажите, пожалуйста, были ли у дяди враги? Я слабо верю, что он мог взять и вот так в один миг скончаться.