«Гарем» Лорда (СИ)
…Хотя, может именно эта разномастность собранного здесь контингента и к лучшему. Не для всех, а только лично для самого Лорда, разумеется.
«Пожалуй только лишь ты сам и имеешь какие-то шансы выжить» — резюмировал он, более менее оглядевшись, — «Остальные послужат кормовой базой для хищников. Двуногих, а возможно, что и четвероногих. Кто знает, какие представители фауны ждут всех присутствующих в новом мире или куда они там выпихивают нас из-под своего долбанного купола? Эти умники, обнаружившие проход в иную действительность и сами ничего толком не понимают. Что это за реальность? В каком измерении перемещается содержимое контейнера — во времени или в пространстве?
Уж ему-то рыжий Вильм рассказал бы, если не все, что знал сам, то по крайней мере хоть что-то. Если же Вильм не знал почти ничего — значит этого не знал никто, включая самих ученых, обнаруживших возможность перемещения. Так или иначе: рыжий лично заинтересован в успехе миссии Лорда по выживанию и освоению неизвестных далей. Ему самому в любой момент может выпасть подобное путешествие в неизвестность с билетом в один конец и в таком случае будет весьма комфортнее знать, что там уже до тебя сумел зацепиться старый приятель с которым вас очень много связывает».
Виктор усмехнулся: самому ему очень хотелось бы, чтобы их с рыжим Вильмом связывало гораздо меньше. Но прошлого не переиграешь. Что ж ладно — он в очередной раз постарается выжить. Но только ради себя.
Ради себя же — он решил, что весьма неплохо было бы подобрать напарника, пусть и не слишком боевитого, лишь бы надежного, чтобы спину прикрывал. Но это было бы слишком идеально. Ну а с первым встречным связываться не стоит — толку от такого выбора немного. Ладно: оглядимся — разберемся. Посмотрим, как пойдет.
В конце-концов у выживания в одиночку тоже достаточно своих плюсов.
Арестант № А 1796-12 уже очень давно перестал быть командным игроком и последние несколько лет действовал исключительно только в своих собственных интересах. Даже в тюремном заключении он держался наособицу, так и не примкнув окончательно ни к одной группировке заключенных. Кто бы не уговаривал и чем бы не зазывал. А уговаривали многие. И «вербовщиками» являлись весьма статусные персонажи в арестантской иерархии. Иные к нему даже не подкатывали. Он был серьезной фигурой. Фигурой, присутствие которой в рядах той или иной группировки могло серьезно повлиять на многие тюремные расклады нижних уровней. Но все проведенные там годы он так и оставался одиночкой…
Пока до старта в неизвестность еще оставалось время, Лорд постарался отстраниться от невольно влезающих в голову мыслей об участи сидящих напротив девушек и всего происходящего вокруг и принялся анализировать, размышлять и прогнозировать наиболее возможные дальнейшие варианты развития ситуации.
Хлыщеватым гвардейцам вмиг прищемят их крысиные хвосты. Они не бойцы, а каратели. Всего лишь пафосные клоуны. Слишком привыкли к полному подчинению и страху окружающих. Задача гвардии — не насмерть драться с реальными врагами империи, а вселять ужас в недостаточно лояльных обывателей, да многочисленными отрядами арестовывать единичных недовольных и несогласных, имевших глупость с кем-нибудь поделится своими крамольными мыслями. Гиены с бантиками на шее. Как только на горизонте проявятся по настоящему серьезные голодные хищники — они моментально выгнут спины, подожмут уши и старательно заметут хвостами по пыли.
А серьезно настроенных мужчин тут хватает с достатком. Даже с перебором. Тирийцы и заключенные, хотя по сути и не очень далеки в средствах достижения своих целей — все же слишком уж разные. Если сразу по прибытию тотальное взаимоистребление и не начнут, то быстро в одно сообщество точно не сольются. Пока притрутся… если вообще притрутся. Пока определят обоюдно приемлемую форму сосуществования двух хищных стай. Выработают какие-то правила взаимодействия, застолбят границы сфер влияния… И все равно: в конце концов им скорее всего не избежать взаимной резни. С непредсказуемым итогом. И только тогда уцелевшие остатки проигравшей стороны вольются в состав банды недавнего противника.
Так что рулить всеми этими хищниками в конечном итоге будет, скорее всего или Гриф — он поглядел на сидевшего на корточках среди своих товарищей горбоносого мужчину среднего возраста, уже приближающегося к пожилому. — Или вон тот мощный, очень массивный плосконосый тириец, со шрамом через всю свою необьятно-широкую рожу…
Ну, или кто-то иной, если один из вышеупомянутых или даже оба падут, в скорее всего неизбежно предстоящей «войне племен».
Виктор не фантазировал и не выдавал желаемое за действительное, малодушно притягивая удобные ему самому факты, а на самом деле знал о чем рассуждал. За годы он очень неплохо изучил как тех, так и других. С тирийцами он несколько лет подряд с разной степенью успеха немало повоевал. Как против мятежных варваров, так и на одной стороне с ними, используя как наемников и союзников отряды, а точнее сказать — банды, лояльных к империи тирийских племенных вождей, удельных князьков и разнообразных полевых командиров.
Ну а рядом со вторыми он провел в заключении несколько последних лет.
«Главное — не вздумай ввязываться в предстоящую карусель, дружище, — сказал он сам себе, — даже не приближайся к ней на расстояние броска. Дни твоих боев уже позади. Радуйся, что хоть так все закончилось и постарайся с максимальным комфортом для себя выжить на новом месте».
— А что закончилось? — внутренне скривившись как от осточертевшей зубной боли, возразил он сам себе, — И как ты предполагаешь выживать? В одиночку?
— А что тебе до всех остальных? Ладно: раз уж они так тебе приглянулись — можешь попробовать вытащить из-под пресса этих двух смазливых девиц, — разрешил он сам себе, — Без женщин действительно тяжеловато придется. И не только в плане удовлетворения инстинктов и физиологических потребностей. Судя по всему, в предложенных обстоятельствах найдется огромное количество повседневной, рутинной и нудной работы, которую кто-то должен будет выполнять. Хотя лучше бы тебе выбрать для этого что-то иное — менее «воздушное» и больше пригодное именно к тяжелому и ежедневному, выматывающему физическому труду. И не настолько манкое и броское. За этих двух юных красоток, тебе придется быть готовым — биться едва ли не со всеми вот этими самцами. Многие из которых весьма опасны. Тебе ли не знать? Хотя схлестнуться с ними, скорее всего, придется и без этого соблазнительно-притягивающего повода. И произойдет это скорее рано, чем поздно… Ну а все-таки: зачем же еще и самому приближать столкновение, даже если оно практически неизбежно?
— Да какая тогда разница — если драка почти неизбежна?
Внезапно что-то заставило его отвлечься от внутреннего диалога. Лорд насторожился. Прислушался. По-волчьи оскалился. Похоже — начинается! Ну что — как советовал Вильм надо постараться впустить в легкие как можно меньше газа. Фора во времени ему не помешает. Лучше быть первым очнувшимся в новых реалиях. Будет время оглядеться и хоть как-то приготовиться. К чему? Да, кто же может это знать? Видимо — ко всему!
В самые последние мгновения Виктор почувствовал скользнувший по его лицу взгляд пронзительно-голубых глаз юной шатенки. Коротко, скупо и быстро взмахнув рукой перед собой — он демонстративно прикрыл ладонью нос и рот и максимально доброжелательно улыбнувшись, одними глазами сказал девчонке: «Делайте как я, юная красивая леди». И убедившись, что она мгновенье поколебавшись, после переброшенных с сестрой пары фраз, именно так и поступила — прикрыл тяжелеющие веки.
И хотя Виктор старался дышать ровно и совсем неглубоко, однако вовсе избежать убаюкивающего воздействия газа ему не удалось. Его накрыло, как и всех находящихся здесь. Но все же, гораздо позже всех остальных окружающих его «собратьев по несчастью». Мир плавно закачался и поплыл, унося Лорда в бесцветность искусственного сна…
Глава 3. Ева
Сначала по её распахнувшимся глазам ударил свет. Тревожно и неуютно. Как внезапно включённая на полную мощность среди ночи осветительная панель. Быстро зажмурившись, Ева поспешно прикрыла лицо ладонями и под их защитой, как следует проморгалась.