Рецепты Апиция - I (СИ)
Пришла мысль, что надо срочно «изобретать» и вводить в моду эскимосские очки от солнца. Точнее, они наоборот, называются снежными. Не слыхали? Да просто щелочки проделанные в непрозрачной маске из кости или дерева. Ещё и сажей мажут, чтобы уменьшить блики. От снежной слепоты спасают.
Здесь климат тоже солнечный. Может, и аборигенам пригодятся?
- Знакомься, дочка. Это Маркус Габий, приёмный сын, Примуса Габия Феликса. Младшенький.
- Любимец Вулкана?! Так вот он какой! - девочка даже забыла, что ещё недавно возмущалась вонищей и говнищей вокруг.
Взяла отца за руку и потянула в мою сторону - мы с Анной соблюдали дистанцию от психа. Тот и сам намеревался подойти, судя по всему. Проходя мимо первого поверженного, он мгновенно оценил состояние и спалил труп. Меньше секунды - и от тела и вещей остались только пятнышко на грязной улице, да серое облачко, поднимающееся вверх и постепенно развеивающееся. Кинжал и тот пропал! А я так хотел его прибрать. Да и монетки, наверное, у него были, пусть и немного.
- Мне нужен этот тип! - довольный демонстрацией, префект опять вернулся к повелительному тону.
- И ты ещё не хотел, чтобы я называл тебя неблагодарным? Отбираешь игрушки у ребёнка? - я старался возмущаться как можно искреннее. После разговора с отцом, я начал понимать, что определять ложь и правду - это довольно сложное искусство. Чтение признаков и в самом деле производится по ауре, но только перечень того, что может вывести её из спокойного состояния, очень велик. Например, недавний стресс. А у меня он был ещё тот! Я, между прочим, впервые в двух жизнях, человека убил. Защищаясь. Мерзавца. Но ведь его больше нет! А, напомню, боги в этом мире рядышком живут!
Если быть откровенным, то вот такие моменты меня напрягают очень: мне трудно назвать себя человеком. Я же рассказывал вам, что тело отвечает за эмоции, а разум - за рассудочную деятельность? Так вот, у меня нынешнего практически не бывает среднего состояния. Детское тело полностью на эмоциях, а мне, взрослому уму из технического мира, их очень не хватает. По правде говоря, я не переживаю убийство. Нет, у меня есть некоторые опасения связанные с этим, но блевать от нервозности, или чего-то такого желания не имеется.
Если я позволю ребёнку взять верх, то, конечно, начнётся истерика. Только вот не собираюсь я этого делать. А "он" скоро забудет. Дети пластичны.
Сейчас-то ещё только срастаемся, так сказать. Думаю, что годам к двадцати, соберусь в одно целое и, наконец-то, почувствую себя полноценным. А пока этого не случилось, буду выжимать всё что можно из такой двойственности. Как видно, есть и плюсы: не запаниковал, не психанул, хотя был на грани срыва. Честно говоря, даже не понял, почему в этот раз ребёнок не вылез вперёд.
- Назови цену! Он мне нужен! - зарычал префект.
- Мне тоже, - упирался я.
- Ой! - пискнула девочка. Отец забыл, что держит её за ручку и слишком сильно сжал. Сам испугался, что переломал ей все косточки, но нет, обошлось. Не совсем потерял разум от ярости. Точно псих, как и его стихия: вспыльчивый.
- Зачем он тебе? - спросили мы хором, как только поняли, что девочка в порядке.
- Вы смешные, - прокомментировала она и звонко засмеялась.
- А ты сам не догадываешься? Допрошу. С пристрастием, - префект ответил на вопрос первым.
- Приглашение Морса, - вместо ответа я назвал яд, который парализовал бандюка. Морс - это Смерть, бог такой. В честь его названо. Но яд не убивает, а только ещё приглашение. Отравленный и не жив, и не мёртв.
- Мда... - префект посмотрел на мужчину с сожалением. Скорее даже не о том, что не сможет допросить, а потому, что догадался, какая его ждёт судьба: - Я так понимаю, это для неё? - мужчина ткнул в Анну.
- Да. Нам скоро надо будет поучаствовать в каком-то задании магистрата. Не твоё?
- С разбойниками? Знаю. И отец отправил тебя? Интересно. Спрошу у него вечером, за что он тебя так наказывает. А тебе скажу по секрету: уже трижды его провалили. Причины неизвестны.
Префект покрутил головой, что-то прикинул и сделал вывод:
- Ничего из семейного арсенала тебе не дал и отправил к кузнецу?
Я кивнул.
- Тогда, мы прощаемся, - префект взял дочку на руки и развернулся, чтобы уйти.
- Постой! - я остановил его.
- Что? У тебя есть противоядие от Приглашения Морса? - префект обернулся, вскинув бровь.
- Нет. У меня есть кое-что получше, - знал бы ты с каким трудом я пробрался в хранилище, чтобы обмакнуть в пузырёк свою иголочку, не спрашивал бы про противоядие.
- Да?
- Сразу скажу, что денег мне отец дал мало...
- Заплачу, если предложишь дельный совет! - на лице мужчины промелькнуло омерзение такой мелочностью.
- Да я не о плате. Содержимого кошеля бандита мне должно хватить на все нынешние хотелки, но, боюсь, мне придётся его передать тебе.
- Зачем? Я уже осмотрел тело. Ни на нём, ни на кошеле, ни на монетах нет следов ауры возможного нанимателя.
- Посмотри на мои руки, - я вытянул перед ним маленькие, но мозолистые ладошки.
- И что?
- Сравни со своими.
- Мальчишка! Если ты почему-то понравился Вулкану, это не значит, что можешь дерзить мне! Спроси вон мою девочку, чем отличаются руки ребёнка и мужчины!
- Одни боооольшие, - девочка показала насколько.
- Хм... Я думал у людей... у патрициев вашей силы зрение более острое. Смотрите на кончики пальцев. На узор. Не бывает двух одинаковых. А руки всегда жирные.
- Всё. Заткнись, - мужчина вскинул руку. - Я понял. А ты, деточка?
- Ничего не поняла, папочка, - девочка помотала головой. - Он же ничего не сказал, только губами шлёпал.
Я и в самом деле не хотел, чтобы обитатели трущоб узнали о папиллярном узоре.
- Кошелёк я забираю. У кузнеца заказывай всё, что хочешь, просто назови моё имя. Нет! Стой! Не ходи к тому, куда тебя отправил отец. Предчувствую, что ты опять что-то выкинешь. Пойдём к моему человеку, - после разговора с отцом я сделал вывод, что они все меня кем-то вроде пифии считают. Что я "подслушиваю" божественные секреты и передаю им. Ну, типа вот как с отпечатками пальцев. Не мог же сопляк такое знать? А боги знают. Подслушал и пересказал. Опасается префект, что для чужих (ему) людей тоже какое-нибудь "пророчество" выдам.
Мы шагали по узким вонючим улицам в сопровождении самого сильного человека в этом регионе. Пару раз на нас выливали дерьмо из окна инсулы. Мир прахом этим неряхам. Настоящим прахом. Префект превратил в него за такую наглость без суда, следствия и шанса на выплату штрафа. Кстати, довольно высокого для такого проступка.
- Вот ещё что. С завтрашнего дня становишься учителем моей дочки. Ах! Ты же в этот поход отправляешься. Поговорю вечером с твоим отцом. Пусть Луцика отправит.
- Прошу тебя не делать этого, достойнейший Игнифер, - прервал я благородный порыв, и поспешил сменить тему, чтобы не объясняться: - А нам ещё далеко? А то Анне тяжеловато волочь эту тушу.
- Почти пришли. У меня здесь повозка, - префект указал на упряжку. - Пусть тащит. Для себя же старается. Стоп! А зачем нам это дерьмо в моей прекрасной повозке?
Префект начал барабанить в первую попавшуюся дверь, а когда открыли, сунул в руку хозяина горсть монет:
- Организуй доставку этого, - он ткнул пальцем в трофей, - на виллу уважаемого Примуса Габия Феликса. Скажи, я помогаю его младшему сыну. В благодарность за помощь.
Префект многозначительно посмотрел на меня, как бы говоря: «Ну, кто тут неблагодарный?»
А если бы я был посмелей и не такой соплёй, то сказал бы, что за секрет отпечатков пальцев - это вообще ничтожная плата!
Только не состоится такого диалога. Эх... Когда гормоны отхлынули, я уже не такой дерзкий. Я цивилизованный попаданец. Остаётся только надеяться, что он и в самом деле не неблагодарный.
Повозка оказалась не одна. Тут военного народу толкалось столько, что на маленькую войну хватило бы! И чего они за господином не пошли? Стоят такие все не при делах за городской чертой. Может, закон какой есть на этот счёт? Правда, префект клал на все законы. Его слова и есть закон во всём регионе.