Вальс с медведем (СИ)
— Дагги-то ему точно применение найдёт, — усмехнулась Арнетти.
— У нас тоже генератор будет. И электрические лампы.
— Отлично. Как Ринда с Дагги поживают?
— Парой себя объявили, намерены уже этим летом обменяться брачными клятвами.
— Рада за них. Мои поздравления. А Бентон?
— С первым паромом отбыл на большую землю. Сказал, пора вернуться в мастерскую.
— Это было… ожидаемо.
— Знаю.
Минуту-другую молчали, только Берилл сопела под ногами, обнюхивая ботинки гостя, да шуршала обёртка под пальцами Арнетти.
— А что тебя привело на эту сторону? — нарушила Арнетти затягивающуюся паузу.
Приехал он на княжеском авто с водителем, адрес Арнетти ни для кого в Агатовой чайке не секрет. Другой вопрос, что могло вынудить Бернара внезапно сорваться на иную сторону, слишком чуждую для него, а Дэймитри — оказать ему посильную помощь.
— Ты.
Ответ простой, короткий.
И сложный.
В письмах они почти не касались ни того незаконченного разговора, ни вероятных выводов, сделанных зверем и людьми. Зверь способен унюхать многое, но его выбор — не магическая привязка, не знак полумифической истинности, обрекающий двоих на пожизненные отношения лишь друг с другом. Зверь избирал себе пару, однако человек мог с ним не согласиться, а даже среди оборотней решающее мнение оставалось за человеческой половиной. Идеальная пара — та, кто в равной степени привлекает и человека, и зверя, но коли нет…
— Арнетти, — Бернар шагнул к ней, забрал тюльпаны и отложил на банкетку. — Минул не один месяц, и я не раз уже думал, что тебя, возможно, утомила эта переписка…
Берилл немедля отвлеклась от обнюхивания и начала подкрадываться к банкетке. Высунувшийся из-за холодильника Минчик неодобрительно взирал на происходящее в коридоре.
— Вовсе нет! — воскликнула Арнетти с пылом, неожиданным для себя самой. — Но я подумала, что это тебе надоело бумагу марать и читать мои излияния, потому и писать перестал.
— Я хотел написать… и спросить… однако позднее решил, что лучше узнать самому, при личной встрече. Оттого и обратился к князю.
— О чём… спросить?
— Согласишься ли ты стать моей парой?
— Парой? Настоящей?
— Конечно, настоящей. Какой же ещё?
— Да.
— Да?
— Да! — и Арнетти без колебаний бросилась Бернару на шею. Он деликатно обнял её, привлёк к себе.
Между тем Берилл запрыгнула на банкетку, деловито понюхала букет и принялась самозабвенно жевать тюльпан. Минчик издал недовольный мяв и скрылся за холодильником. Ишь, удумали чего странные двуногие, целуются ещё…
* * *Три месяца спустя
Чат, созданный Юлиссой для четырёх подруг
Серая волчица: «Всем привет! Не знаю, когда мы соберёмся в ближайшее время вместе, чтобы я могла сказать лично… особенно теперь, когда почти каждая живёт на два мира. Да и онлайн одновременно бываем не так часто…»
Снежинка: «Али, что-то случилось?»
Юла: «Да, выкладывай уже, не томи».
Серая волчица: «Я беременна».
Ари: «Поздравляю!»
Снежинка: «Мои поздравления!»
Юла: «От пчёлки ле… пардон, от Ройса?»
Серая волчица: «От кого ещё, Юл?»
Юла: «Ну, мало ли…»
Снежинка: «Она шутит, Али, не обращай внимания. Тебе сейчас нежелательно волноваться».
Серая волчица: «Эжени, я и не обращаю. Пускай себе щебечет… покуда перья все на месте».
Ари: «Как ты себя чувствуешь?»
Серая волчица: «Нормально. У оборотней редко токсикоз бывает. Ройс доволен как не знаю кто, можно подумать, на дворе стародавние времена какие, когда рождение сына и наследника было делом первой важности».
Юла: «А родится кто, волчонок, ледяной демонёнок или гибрид?»
Ари: «Юл!»
Снежинка: «Юлисса!»
Юла: «А что сразу Юлисса-то?»
Серая волчица: «Ари, ты там как? Я тебя вижу и слышу реже остальных, совсем ты с радаров пропала».
Юла: «Это потому что ты в родной город уехала, а мы втроём по-прежнему тут. Да норм у Ари всё. Проды выкладывает регулярно».
Снежинка: «Неужели и до той стороны интернет добрался?»
Ари: «Нет. Но в Медвежьем углу теперь почти все удобства: горячая вода, ванна и электричество. Ящерку свою обратно перевезла, когда переезжала, всё же тамошний климат для когиан предпочтительнее нашего. Я сейчас даже ноут взад-вперёд не таскаю, оставляю на острове, а у родителей обычным компом пользуюсь. Вот, думаю стиралку прикупить, хотя бы миняшку какую. Правда, не уверена, не уволочёт ли её Ринда, когда в берлогу будущего мужа отправится. С Беном куда проще: мы его видим от силы раз в месяц, как прилетит, так и улетит на большую землю, и на улучшения на малой родине ему, в общем-то, чхать».
Снежинка: «И всё?»
Ари: «Портал на острове работает исправно. Два-три раза в неделю возвращаюсь в мир людей, маму с папой и Минчика проведать, проды на таймер поставить, посмотреть, что в инете происходит, дела разные поделать. Ничего страшного, кстати, в таком графике нет».
Серая волчица: «Плюсую. Я тоже так работала и порядок был».
Снежинка: «Али, ты работала, находясь во дворце Дэсмонда, а уж там полный набор удобств».
Юла: «На диване Ари больше не спит, если что».
Серая волчица: «Кто о чём, а птичка озабоченная о сексе».
Юла: «Я не о сексе, я об удобствах!»
Серая волчица: «Ну да, ну да… Ты через сколько дней Дэйма в койку потащила?»
Юла: «А ты Ройса?»
Снежинка: «Ну всё, понеслась…»
Ари: «Так, девоньки, мне пора в портал и на ту сторону. Всех люблю, целую, обнимаю».
Юла: «Властному моему привет, если увидишь. Я скоро к нему вернусь».
Снежинка: «А ты разве не напрямую на остров перемещаешься?»
Ари: «Зона действия островного портала только в пределах Тёмного княжества. Поэтому я переправляюсь с пересадкой: сначала в Агатовую чайку, а уже оттуда в Медвежий угол. Всем пока!»
Свет межмирового портала сменился белым сиянием перехода, открытого на остров, и Арнетти с сумкой через плечо ступила на дощатый настил павильона. Сияние за спиной погасло, под ноги бросилась и завертелась неугомонная Берилл. В следующее мгновение когиана была осторожно, но непреклонно отодвинута в сторону, сумка реквизирована и отложена, а сама Арнетти угодила в медвежьи объятия.
— Сильно Берилл скучала в моё отсутствие? — поинтересовалась Арнетти.
— Скучала, — с усмешкой подтвердил Бернар.
— А ты?
— И я. Немного. Пойдём домой? — медведь выпустил её из объятий, наклонился за сумкой.
— Пойдём, — согласилась Арнетти.
Берилл развернулась и первая побежала к выходу, на залитый солнцем берег.