Вера змеи (ЛП)

— Я отступил, когда увидел, что тебе не нужна помощь, но я не ушел.
Потому что я не мог. Точно так же, как я не могу сейчас.
— Ну… тот разговор с Фредом был единственным случаем, когда я не потеряла самообладания. Это не имеет большого значения после того, как я отреагировала сегодня или, что еще хуже, как я взбесилась, когда встретила тебя.
— Теперь ты не боишься меня, — говорю я, подходя ближе.
Это смелый шаг, но я ловлю ее за запястье, прежде чем Кора успевает потянуться за следующим предметом одежды. Когда она не сопротивляется и не вырывается, я задираю ее рукав, прикасаясь кожей к коже.
— Как ты себя чувствуешь, Кора?
Произнося ее имя, держа ее, даже так, я чувствую близость.
— Ты боишься меня?
— Нет, — шепчет она. — Вовсе нет.
— А теперь?
Я высовываю язык, наблюдая, как ее глаза расширяются при виде этого.
— Мой язык пугает или отталкивает тебя?
Я прижимаю его к небу, едва сдерживая стон, когда ощущаю ее запах.
Ее пульс учащенно бьется в горле, когда она качает головой.
— Я начинаю привыкать к этому, теперь это просто язык. Чем больше я смотрю на тебя, тем меньше вижу в тебе змею и… тем больше вижу мужчину.
— Хорошо, — говорю я, отпуская ее, прежде чем сделаю что-нибудь, что ей не понравится, например, засуну свой раздвоенный язык ей в рот. — Ты также привыкнешь к другим монстрам в городе. Тебе просто нужно увидеть, как они занимаются повседневными делами в ситуации, когда на тебя никто не давит.
— Ты предлагаешь мне преследовать их? Потому что ты достаточно на меня насмотрелся, чтобы понять, что это не увенчается успехом. Я не создана для хитрости или скрытности. Кроме того, я уже пропустила одно интервью, а следующее назначено на сегодня после обеда… если я вообще смогу собраться для него. У меня нет времени на предварительное «преследование монстров».
— Что, если я мог бы помочь с этим? Все по-честному, никаких неприятных ощущений? Ты бы доверилась мне и попробовала, прежде чем сдаваться?
— Я бы хотела, но, думаю, я слишком взвинчена, чтобы что-то сработало.
О, если бы только она позволила мне помочь ей по-настоящему расслабиться. Я мог бы заставить ее почувствовать, что каждая косточка в ее теле стала мягкой, как подушка. Она была бы так расслаблена, что не заметила бы, если бы мимо прошла стая снежных людей. Поскольку это невозможно, я выберу другой путь.
— Как насчет того, чтобы сделать так: я попрошу кого-нибудь присмотреть за офисом некоторое время, и мы отправимся на прогулку, чтобы проветрить тебе мозги. После этого, если ты решишь, что готова попробовать мою абсолютно нормальную идею, не вызывающую отвращения, сегодня вечером, я позвоню в «Счастливые зерна» и тому, с кем ты должна была провести интервью сегодня днем, чтобы перенести твои встречи.
— Ты сделаешь все это, чтобы статья была написана?
— К черту статью, — говорю я, отбрасывая профессионализм на ветер. — Я бы сделал все это и даже больше, чтобы заставить тебя остаться.
Кора прикусывает нижнюю губу и медленно отпускает ее, дразня меня, чтобы я встряхнул ее, даже не пытаясь.
— Хорошо, — тихо говорит она. — Я пойду с тобой на прогулку, может, это поможет мне прочистить мозги.
Победа звенит в моем сердце, как колокольчик, хотя, рассуждая логически, я понимаю, что она согласилась на эту возможность, а не на меня.
— Я вернусь в офис и договорюсь, чтобы кто-нибудь присмотрел на ресепшеном, а затем переоденусь для прогулки. У тебя есть джинсы и свитер или куртка?
— Эм, да.
Кора бросает взгляд на свою юбку.
— Я не могу просто быть в том, что на мне есть, чтобы отправиться на прогулку?
— Не для этой прогулки.
Улыбаться рискованно, потому что я не хочу, чтобы мои клыки отпугнули ее еще больше. Поскольку она, похоже, не возражает против моего языка, я позволяю ему высунуться.
— Ты когда-нибудь каталась на мотоцикле, Кора?
***
Кора
Очевидно, все, что связано с этой поездкой в Кричащий Лес, будет выходить за рамки моей зоны комфорта, даже занятие, которое должно меня расслабить.
  
То, что я сказала Лерою, что никогда не ездила на мотоцикле, его не разубедило. Он просто добавил к своим инструкциям:
— Убедись, что твои лодыжки защищены.
И ушел, чтобы переодеться.
Я знакома с правилами безопасности на мотоциклах. Я выросла в сельской местности с двумя братьями, которые катались на грунтовых велосипедах. Даже на таких маленьких велосипедах трубы нагревались настолько, что прожигали легкую ткань и кожу. Я знаю это по тому, как это происходило. Есть причина, по которой я никогда не ездила на мотоцикле, точно так же как есть причина, по которой я боюсь змей. И мои братья ответственны за оба страха.
Отказываться от искренней попытки Лероя помочь было бы дерьмово, поэтому я оделась, чтобы справиться с еще одним страхом… настолько, насколько может вместить мой гардероб. Кожаные брюки и защитная куртка на подкладке были бы великолепны. Придется обойтись обтягивающими джинсами и кожаными сапогами до колен, которые я носила ранее. Мой блейзер до бедер далек от идеала, но это самое близкое, что у меня есть, к пиджаку. В чем плюсы? Если я так умру, то буду хорошо выглядеть в нем. Одежда, которую я купила, основываясь на последней моей колонке о трендах, получилась такой же стильной и подчеркивающей фигуру, как я и обещала читателям.
Я расхаживаю по комнате достаточно быстро, чтобы оставить след на полу, когда стук в дверь заставляет меня вздрогнуть. Сердце подскакивает к горлу, и комната начинает кружиться. Я не могу этого сделать. Как бы сильно я ни хотела побороть свое безумие и выйти из этого путешествия, выбрав перед собой смелый, блестящий новый путь, реалистичная я знаю, что все, на что я способна, — это «уйти». Я поблагодарю Лероя за его доброту и старания, затем закончу собирать вещи и уберусь к черту из города, пока еще не отняла у него время.
Приняв решение, я делаю глубокий вдох и открываю дверь.
— Черт возьми, привет!
У меня отвисает челюсть. Не знаю, чего я ожидала, но только не этого. Я видела Лероя в костюме, и нельзя отрицать, что этот мужчина разбирается в деловой одежде.
Но это? Лерой в массивных мотоциклетных ботинках, идеально сидящих джинсах и черной кожаной куртке поверх белой рубашки с V-образным вырезом… Мужчина-змея сексуален. Да, я это сказала.
— Ты прекрасно выглядишь.
— Спасибо, — говорю я, используя этот ответ как способ оторвать нижнюю губу от пола.
Мое тело уже реагирует на его горячность, но жар усиливается, когда его желтые глаза внимательно изучают меня, а язык несколько раз выскальзывает изо рта. Вчера вечером я погуглила это физиологическое подергивание. Змеи используют свой язык для обоняния, а затем, в некотором смысле, для определения вкуса. У Лероя то же самое? Пробует ли он меня на вкус, когда высовывает язык?
— Это единственная куртка, которая у тебя есть?
Он наклоняет голову, когда я киваю.
— Сегодня теплый день, но на мотоцикле всегда прохладнее. Если тебе станет слишком холодно во время поездки, крикни мне, и я вернусь в мотель. Хорошо?
— Поняла.
Сейчас у меня есть повод прервать это приключение, не раня его чувств и не признавая, что я боюсь еще одной вещи.
— Ты можешь оставить свою сумочку и ключи здесь, чтобы тебе не пришлось брать их с собой. Мы можем воспользоваться ключом от главной комнаты в главном офисе, когда вернемся.
— У тебя нет седельных сумок на твоем мотоцикле?
— Нет, — говорит он, и его губы изгибаются в подобии улыбки, насколько это возможно при его чертах лица. — Когда я выезжаю на мотоцикле, то не для того, чтобы пройтись по магазинам.
— Тогда я оставлю свои вещи здесь.
Я вынимаю все из карманов и бросаю сумочку на кровать, затем собираю остатки разума и пожимаю плечами.
— Готова.
— Отлично.
Лерой открывает дверь и придерживает ее, пропуская меня вперед.