Тайный Санта. Любовь под знаком Мерседеса (СИ)

— Кому лучше?
Стас явно пытается сообразить, как ему ответить. Наконец, выдаёт:
— Вот умеешь ты. Придётся с тобой фильтровать, что и как говоришь. Нам обоим будет лучше. Так, что, красивая? Согласна?
— Дай мне немного времени… — надо ж всё-таки повыделываться. Я девушка порядочная… вроде бы.
Стас понимающе усмехается.
— Хорошо. Но ты в курсе, что Рождество у нас через день? Так что, на «подумать» у тебя только завтра.
Он везёт меня домой ночными улицами. Всё-таки, Мерседес – это космос… Эта разноцветная подсветка салона. Чувствуешь себя гостем на инопланетном корабле. Помимо воли улыбаюсь.
— Думаю, меня можно чмокнуть… хотя бы в щёку. – Стас паркуется и улыбается, поворачиваясь ко мне.
— Ага. Знаю я твои «невинные поцелуи». – возмущаюсь в шутку. — В щёчку ты не умеешь.
Стас закатывает глаза.
— Как хорошо ты меня узнала за столь короткий период времени. Тогда не будем тратить время на глупости. Подставляй губы, буду целовать.
— Ага, щас… Разбежалась, два раза упала и так и не добежала. – бурчу, сама выбираясь из машины.
Слышу, как Стас смеётся. Осторожно обхожу на своих красивеньких Мерседес. Стас опускает окно.
— Что, передумала? В машине было бы удобнее…
Наклоняюсь к нему и быстро касаюсь лёгким поцелуем его губ.
— Спасибо за вечер!
— М-м, судя по поцелую, так себе вечер…
Отступаю от Мерса.
— Отличный был вечер! Спасибо! Пока! – машу рукой и бегу к подъезду.
*******
Всю ночь, как юла, кручусь в постели. Предложение Стаса не даёт покоя. Рождество с незнакомцем вдали от цивилизации, в занесенном снегом доме, только он и я… Прямо, сюжет для зимнего триллера. С другой стороны, это так завлекательно и обещает нечто чудесное в самую волшебную ночь…
В итоге, встаю помятая и невыспавшаяся, а потому злая. Мама на кухне уже сварила кофе, оглянулась на меня.
— Трудная ночь?
Ага, у меня всё на лице написано крупными буквами.
— Стас предложил встретить с ним Рождество…
Вываливаю всё сразу на маму.
— Быстрый он у тебя. Хотя, судя по Новому году, Рождество тоже обещает быть весёлым.
— Мам… — бухчу, усаживаясь на стул и хватая чашку с кофе. – Что мне делать? Соглашаться?
— Круто ты на меня свои проблемы перекинула. – мама села напротив. — Нет, милая, сама решай. Папа его уже пробил. Нормальны мужик. Ну, а дальше — ты уже достаточно взрослая, чтобы самостоятельно принимать подобные решения.
Ну да… взрослая. На работу плетусь тоже без особого настроения. Стас не звонит, не надоедает. Вот в чём отличие взрослых мужчин от юных особ.
Вечером от Стаса приходит смс-ка с одним вопросительным знаком. Красноречиво… В голове всплывают мамины слова. Она часто их говорит. «Лучше сделать и жалеть, чем не сделать и жалеть»… Эх, была ни была! И я отправляю тоже красноречивую смс-ку с одним единственным восклицательным знаком.
Минут через пять, в очередном сообщении Стас написал, что заберёт меня из дома часов в двенадцать. Мне надо одеться тепло и взять с собой ещё чего-нибудь тёплого. Его дежурная приписка: «Целую, красивая» заставляет губы растянуться в улыбке. Внизу живота ожила щекотка. Похоже, меня ждёт приключение…
  
Глава 18
 
Я хотела выспаться в свой законный выходной, но, как назло, с раннего утра вылупила глаза. Надо же, переживаю.
Как сказал Стас натягиваю самый толстые колготки и тёплый свитер. В сумку бросаю пуховые носки и, немного подумав, отправляю ту же тёплый плед. Мало ли…
По запаху, проникающему под дверь спальни, понимаю, что мама напекла блинчиков… ммм… Выползаю на запах. Папа в зале смотрит телевизор. Окинув меня критическим взглядом, хмыкнул.
— На Северный полюс собралась?
— Даже не знаю… куда повезут.
— Не переживай, если что, я знаю, где тебя искать.
Ой, да кто бы сомневался.
— Спасибо, папочка! Премия «Отец года» твоя однозначно.
Обмен любезностями прерывает мама:
— Лиза, где ты там? Иди блинчики есть, пока тёплые.
У мамы в глазах тоже насмешка.
— Ты уверена, что не хочешь взять с собой бабушкин платок?
 
Есть у нас этот раритет. Как-то бабушка из очередного отпуска на Кавказе привезла пуховый платок отвратительного серого цвета. От него длинные шерстинки забивают нос и остаются просто на всём, чего касаются. Зато тёплый.
Тяжело вздыхаю:
— Издевайся. Тебе можно. – и тянусь за душистым, тончайшим, кружевным блинчиком.
Боже, благослови того, кто придумал блинчики! Я даже забываю о времени. Папа появляется на кухне и аккуратно кладёт на стол пиликающий телефон.
— Слушай, это же не порядочно – заставлять великовозрастного Ромео нервничать…
Поблагодарив папу взглядом, хватаю телефон.
— Привет, красивая. Вообще-то я тебя под подъездом уже минут пятнадцать жду. Ты, как там, не передумала-то ехать?
— Ой… прости. Я сейчас. Дай мне пять минут.
Мама улыбается и кричит мне вдогонку:
— Платок не забудь!
Быстро хватаю сумку и выбегаю к Стасу. Он стоит, оперевшись задом о капот и улыбается.
— Привет!
Он чуть наклоняется, и я касаюсь губами его гладко выбритой щеки.
— Прости!
Стас забирает мою сумку и прячет в багажник. Я забираюсь в машину. Всю дорогу я пытаюсь выяснить, куда он меня везёт. Но Стас упорно съезжает, ловко переводя тему разговора. Наконец, я сдалась и просто получала наслаждение от поездки.
В итоге, мы приехали в закрытый посёлок. Стас приложил электронный пропуск к считывающему устройству, махнул рукой охраннику, и мы оказались на территории, окружённой со всех сторон огромными заснеженными соснами. Красота неописуемая…
Стас припарковался у большой дачи с огромными панорамными окнами на втором этаже.
— Ну что, красивая, пойдём?
Я киваю, выбираюсь из Мерса и полной грудью вдыхаю обжигающий морозный воздух. Боже, как же здесь красиво! Губы расползаются в улыбке. Стас обнимает меня сзади.
— Нравится?
— Здесь неимоверно!
Чувствую, что Стас тоже улыбается.
— Пойдём внутрь… Холодно.
Я придирчиво осматриваю дачу. По всему коньку закреплены лампочки. Наверное, вечером, это выглядит сказочно. Посмотрим…
Внутри вся дача отделана деревом — таким уютным и тёплым. В большой гостиной зияет чернотой самый настоящий камин.
— Располагайся. Я заберу сумки из багажника.
Стас выходит, а я прохожу дальше. В углу гостиной – большая наряженная ель под потолок. На полке над камином и везде, где только можно, расставлены рождественские и новогодние фигурки. Здесь действительно живёт дух Рождества.
Сбрасываю пальто и с удивлением отмечаю, что внутри тепло. Касаюсь пальцами радиатора – горячий. Стас заходит с улицы, запуская внутрь морозный воздух, осматривает меня с ног до головы. Понимающе усмехнулся.
— Нормально ты подготовилась. Ну, как, красивая? Нравится?
— Ты приезжал сюда раньше? Я думала здесь дубарь, а здесь тепло… — зачем-то оправдываюсь.
— Конечно. Не мог же я привезти тебя в холодный дом, красивая. Это как-то не по-мужски. Пойдём, покажу тебе хозяйство.
— Коровы, куры, яйца? – не могу удержаться от шутки.
— Это в следующий раз. Нельзя же девушку так сразу пугать. Ещё сбежишь. – включается Стас.
Он переплетает наши пальцы и тянет меня за собой. Дача оказывается просто огромной. Он включает подборку рождественских песен, и по дому из огромной акустической системы разносятся чудесные мелодии. В гостиной он заставляет меня сказать: «Ёлочка, гори!» и по всей комнате зажигаются гирлянды. Это что-то нереальное…
— Пойдём на кухню, посмотрим, что я привёз.
А привёз он много. Стас вываливает на стол апельсины, судочки с салатами, тарелки с нарезкой, явно из ресторана, апельсины, лимоны, конфеты…
— Слушай, ты тут неделю жить собрался? – осматриваю гастрономическое богатство.
— Надо, будем жить. Глинтвейн варить умеешь?
— Могу.
— Отлично! Тогда сейчас мы с тобой идём гулять, аппетит нагнять, а потом ты варишь глинтвейн.