Золотые мальчики (ЛП)

Это прозвучало очень напряженно, на что я разозлилась. Поэтому я натянула улыбку.
— Круто, не против, если мы сядем?
Я моргнула глазами на него и потрусила головой.
— Конечно, было бы здорово.
Я отвернулась, как только все трое упали на сидения рядом со мной. Когда я сделала это, я осознала, что все смотрят на нас. Даже при приглушенном свете, казалось, что все заметили, как эти трое меня нашли.
Супер.
Это не очень помогает мне оставаться незамеченной.
Когда я поворачиваюсь, я чувствую, что на меня смотрит сам КорольМидас, как говорила о нем Джулс. Это был он. Его пристальный взгляд медленно прошелся снизу-вверх, с моих туфель, прижатых к спинке сидения впереди, к коленям и бедрам, прижатым к груди. Осознав, что его внимание полностью сосредоточено на мне, я опустила ноги на пол. Внезапное движение заставило его посмотреть мне в глаза — идеальный оттенок, который мама называла «зеленый похититель сердец». Она придумала этот термин еще до того, как я начала понимать его смысл, но использовала его часто. Я знаю, что он описывает радужки такого глубокого зеленого цвета, что они выглядят как настоящие изумруды.
— Я Уэст. Это мои братья — Дэйн и Стерлинг, — сказал он.
— Привет.
— Как жизнь?
Я машу рукой после того, как оба брата коротко поздоровались, а затем решаю задать вопрос, на который, как мне кажется, я уже знаю ответ.
— Значит, вы тройняшки, да?
Уэст кивнул, и мой живот скрутило в узел, когда он улыбнулся.
— Что, настолько видно?
— Типа того, — я сказала это с многообещающей гнусной улыбкой, — то есть, очевидно, что есть какая-то связь, но так как вы все тут на собрании, то нетрудно догадаться.
Он снова кивнул, и я осознала, что еще не представилась.
— Оу, я Блу. Блу Райли, — сказала я. Он одарил меня тем же взглядом, что и все, когда я им представляюсь.
— Это сокращенно или никнейм?
Мои щеки вспыхнули, и я была благодарна, что было темно, потому что мое лицо стало полностью красным.
— Эм, нет, — призналась я, — моя мать считала, что было бы круто назвать детей согласно цветовой гамме. Она… немного эксцентрична. Поэтому она назвала нас Блу, Скарлетт и Хантер3.
Когда он снова кивнул, и его улыбка стала шире, я не совсем поняла как к этому относиться. Он, наверное, пытался удержаться от смеха или он думал, что моя мать неадекватная.
Что было бы недалеко от правды.
— Я ненавидела его больше всего, но я выросла с ним, — сказала я.
Он на секунду задумался, и в этот момент я действительно осознала, насколько сильная у него энергия. Он уверен в себе, что подтверждает то, что он не увел взгляд в сторону. Тем временем, я боролась с желанием снова заерзать на стуле.
— Блу, — казалось, будто этот звук засел у меня в голове, когда он сорвался с его губ. Тогда мой взгляд опустился на его губы, — мне нравится, — добавил он.
— Спасибо, — жар на моих щеках становился еще больше.
Зеленые похитители сердец задержались на мне еще на несколько секунд, затем уставились на сцену впереди. Мы провели в молчании все оставшееся собрание, но это было неловкое молчание. Такое, когда я была переполнена желанием повернуться в его сторону, чтобы удостовериться в реальности происходящего.
Освещение стало ярче, и я потянулась за своей сумкой, которая лежала на полу, между нами. Вытаскивая заявления, которые мне дали раньше, я встала, и мы встретились глазами друг с другом. Ну, можно и так сказать, учитывая то, что он был намного выше.
Чувствуя потребность как минимум в небольшом пространстве между нами, я отступила на шаг по проходу, и парни пошли следом. Еще больше жгучих взглядов незнакомцев пролетело по мне, и я полагаю, что некоторые эти девушки хотели бы оказаться на моем месте сейчас, но я не позволю этому затуманить свой разум.
Это всего лишь парни, Блу.
Бумага выскользнула с файлика, который я держала, и, прежде чем я присела поднять его, Уэст нагнулся и забрал его. Он выпрямился, читая название вслух.
— Спортивный медосмотр. Во что ты играешь? — после вопроса он отдал листок мне.
 
— Баскетбол. Я играла на протяжении трех лет в Южном Сайпрессе.
Его брови дернулись, и он не сразу ответил, но продолжил он с тем же тоном, о котором я предполагала.
— Ты с Южного Сайпресса?
Я не уверена было ли в его тоне осуждение или просто удивление.
— Эм, да. Родилась и выросла, — сказала я бодро, отказываясь смущаться. Я та, кто я есть, не важно примет он это или нет.
— Ты до сих пор там живешь?
— В том же доме, в котором и родилась, — кивнула я.
Сейчас сложно было прочитать лица их троих.
— Значит ты на стипендии.
Я почувствовала, как вздернулись мои брови в ответ на слова Дэйна. «На стипендии» ощущалось будто клеймо. Будто одно из незначительных оскорблений, которые бросали богатенькие детишки, натянув самодовольные улыбки.
— Не совсем, — соглала я, — мое обучение уже оплачено.
Взгляд Уэста ставал все любопытнее, и я никогда не желала читать чьи-то мысли так, как сейчас. Может он знает, что я говорю неправду, но это никого не касается, что я на стипендии. Каждый год выдается лишь несколько таких пособий, согласно осуществлению программы Совета по работе с населением. Даже сейчас их дают только тем, у кого высокий показатель по успеваемости с серьезными рекомендациями. Например, их и без того строгая политика для абитуриентов даже строже для тех, кто с Южной части города.
Поэтому я благодарю звезды, что меня приняли несмотря на драку, в которую попала в конце учебного года.
Если кратко, то я буду ходить тут по очень тонкому льду, и мой консультант Доктор Прайор позаботится об этом.
Уэст на секунду замолчал, а затем кивнул в сторону выхода.
— Поскольку ты новенькая, почему бы мне не показать тебе все вокруг?
— Да, хорошо, — я прерывисто вдохнула воздух и кивнула, — в любом случае мне бы не помешала помощь в поиске моего шкафчика. Спасибо.
— Без проблем, — легкая улыбка растянулась на его губах.
Все, кто были на собрании, уже ушли, остались только несколько человек. Мы вчетвером направились в коридор — Уэст справа от меня, Стерлинг и Дэйн слева. Я чувствую себя маленькой, зажатой между ними, но это не плохое чувство. Взгляды восхищения от парней, мимо которых мы проходим, и откровенное восхищение от женского населения просто ошеломляют.
Более чем очевидно, что моя оценка того, что эти трое управляют школой, на сто процентов верна.
Пара поворотов — и мы на месте. Я сказала Уэсту номер моего шкафчика, поэтому он точно знал куда идти. Согласно расписанию и маленькой карте, которые висели у меня на шкафчике, было недалеко идти на моё первое занятие, что радовало.
— У нас есть пять минут, чтобы перейти между аудиториями, поэтому неплохая идея положить в рюкзак как можно больше, — предложил Стерлинг, — преподаватели здесь скорее всего не такие снисходительные, как там, откуда ты родом. Одно опоздание и можешь ожидать выговор.
На первый взгляд, было достаточно любезно с его стороны, но эта часть «откуда ты родом» насторожила меня.
Что, черт возьми, он знает о том, какие требования были в моей предыдущей школе? Наверное, они думают, что, если ты живешь по ту сторону города, значит ты вор или преступник. Как типично. У него, наверное, крыша поедет, если узнает, что несколько учеников из моей школы стипендиаты в некоторых достаточно престижных университетах.
Короче, я чувствовала осуждение.
Я выдавила улыбку, но ничего не сказала.
— Нам нужно пойти в столовую, — предположил Уэст, ведя нас по коридору с окнами по обе стороны.
Мы резко повернули налево, и я увидела обеденный зал в конце коридора.
Через двойные двери мы смогли заглянуть внутрь. Все было довольно стандартно, судя по тому, что я увидела.
— Если разрешает погода, большинство из нас обедают во дворе, — сказал Уэст.
Я не уверена, было ли это приглашением присоединиться к ним, но, когда он не сказал об этом, я запуталась еще больше. Мы снова двинулись дальше, и я не поняла куда мы направились, но мои спутники внезапно замолчали, что, мягко говоря, меня нервировало.