Право на магию (СИ)

И вновь взгляды всех присутствующих скрестились на мне. Меня охватило волнение вперемешку с восторгом. У меня есть магия! Сейчас я увижу ее собственными глазами! Интересно, какая она будет? Красная, боевая, или белая, созидательная? А может магия стихий — зеленая, синяя, голубая… И каков мой природный дар?
Затаив дыхание я прошла под аркой и оглянулась. Белая дымка, окружавшая камни до этого, развеялась, а проход подернулся серо-бурым маревом. Еще через пару секунд на камнях неуверенно зажёгся магический символ. Один. Рука. А еще через несколько мгновений все погасло и арка застыла неживой каменюкой.
И… что? Мэтр Эрдис ведь так красочно описывал все основные цвета магии, и рассказывал про фразы из слов-символов… А у меня только один. И что это за цвет?
Я растерянно посмотрела на магов и сердце ухнуло куда-то вниз. Лицо ректора закаменело. Мэтр Норран скривился. Мэтр Эрдис смотрел с жалостью и разочарованием. А Сероглазый… Сероглазый будто полоснул ножом по горлу:
— Не стоило возиться.
И резко крутанувшись на каблуках, вышел прочь.
  
6.3. Новый дом
 
На выходе меня сдали на руки коменданту — неприятному долговязому мужчине с цепким взглядом. Тот моментально оценил мой скромный внешний вид, а также отсутствие всякого интереса со стороны ректора, и велел идти за ним. Когда мы вышли, солнце уже зашло и сумерки сгустились над Академией. Ректор велел с утра зайти за документами и расписанием в секретариат. Точно, документы. Я так поспешно покинула приют, что даже не задумалась о них. А ведь я, получается, уже совершеннолетняя. В каких же странных условиях это выяснилось. Я твердо решила, что когда-нибудь выберу самый счастливый день и назначу его своим новым днем рождения.
Думать о Вратах не хотелось. Никто так и не объяснил мне произошедшее, а спрашивать самой, судя по вытянувшимся лицам магов, было неуместно. Я робко спросила у коменданта насчет ужина, так как с утра кроме пустой каши так ничего и не ела. Тот буркнул, что кухню уже свернули, а столовая начнет работу только завтра. Мужчина спешил, явно торопясь отделаться от меня, и я за ним еле поспевала.
На пятом этаже общежития он остановился в хозяйственной подсобке, вытащил из кучи различных предметов раскладушку, достал с полки подушку, одеяло и запечатанный мешок, мешок всучил мне. Опять буркнул под нос:
— Все комнаты уже укомплектованы студентами, свободных мест нет.
И постучался, как мне показалось, в первую попавшуюся дверь. Пробормотав двум ошарашенным студенткам что-то про подселение и уплотнение, затолкал меня и раскладушку в комнату, и был таков.
— Это ты только сегодня приехала? — сощурилась одна из девушек, сложив руки на груди.
Мне не понравился ее тон, но отпираться не было смысла.
— Да. Не по своей вине. Ректор об этом знает.
Лица у обеих были напряженные. Та, что спрашивала, оказалась высокой стройной брюнеткой, довольно симпатичной, но сейчас ее сильно портили нахмуренные брови и плотно сжатые губы. Вторая девушка на фоне светло-зеленых обоев и сама отдавала какой-то зеленцой. Крепко сбитая, с грубоватыми чертами, взгляд настороженный и цепкий. Может, так и выглядят Лесные жители?
Брюнетка недоверчиво хмыкнула. Обе так и застыли каменными изваяниями на входе, удерживая меня на пороге. Я вздохнула. Что ж, в приюте тоже приходилось отвоевывать свое место под солнцем. Сказала спокойно и твердо:
— Мне жаль. Но спать в коридоре я не намерена. Решение коменданта можем оспорить завтра. Сейчас давайте просто отдохнем перед завтрашним днем.
Брюнетка все так же пристально вглядывалась в меня, а вторая, коротко кивнув, отошла вглубь комнаты. Да, знакомство не задалось. Судя по одеянию девушек, они собирались ложиться как раз перед мои вторжением. Я успела лишь разложить себе постель, обнаружив в мешке постельное бельё. Там же были полотенца, туалетные принадлежности и синий с золотистой оторочкой балахон — моя новая форма. Рассмотреть как следует не успела — мои новые соседки погасили свет. На ощупь переодевшись в сорочку, я тоже легла и тут же провалилась в глубокий сон.
 
  
Глава 7. Кушай на здоровье!
 
7.1. Самый лучший завтрак.
Проснулась я от жуткого голода. Пока умывалась в крошечной ванной комнате, благо проснулась я первой, голову вновь заполнили события вчерашнего дня, а желудок совсем скрутило. Нет, так не пойдет. Я тряхнула головой. Сначала завтрак, а потом все остальное. Снова надев свое синее платье, я отправилась на поиски столовой. Рассудив, что так рано студенты могут двигаться лишь в одном направлении, я пристроилась к ручейку таких же ранних пташек. Ну не в библиотеку же они с утра, право слово. И действительно, скоро я вошла в трапезный зал.
Повсюду стояли столики, и многие из них уже были заняты разношерстными компаниями. Покрутила головой в поисках линии раздачи и поваров, но тщетно. Так где же брать еду? Покосилась на занятые столики — за ними студенты уже что-то уплетали. Остальные вошедшие тоже просто занимали свои места. Хм, так может тут обслуживание? Но разносчиков тоже не видно. Пока я растерянно стояла на месте, на меня уже начали недобро коситься с ближайших столиков — узнали. По стеночке я проскользнула в дальний угол зала и устроилась за пустым столиком. Так, и что дальше? Кто-то подойдет или надо подзывать? От голода и непонятной ситуации я начала потихоньку злиться.
«Вах, слюш, еще одна» — прозвучал над ухом сварливый мужской голос.
«Э-ээ, панаэхали!.. Усэх кормить никаких дэнег не хватит, да?» — вторил ему такой же голос со странным выговором.
Я вздрогнула и огляделась. Голоса звучали совсем рядом со мной, но ближайший столик со стайкой манерных девиц был метрах в трех. Ну все, добегалась, слуховые галлюцинации.
«Нэрвическая какая. Уано, дорогой, ты подожди»
«Канеш, брат, пусть аппэтит нагуля… насидит, уопщем»
Это что, про меня говорят? Да что это же за место такое? Мало того, что все волками смотрят, так еще, похоже, не иллюзорен шанс вновь остаться голодной. Девицы, кстати, принюхивались к плошкам с кашей и демонстративно морщились. Да я бы за порцию каши сейчас все свои таланты отдала! От обиды и голода стали наворачиваться слезы.
«Э-э! Э-ээ, дэвушк, ты что там? Уано, дорогой, ну-ка пасматры» — голос со странным акцентом зазвучал как-то обеспокоенно.
«Ох ты ж… Лексо-о-о, брат, да она сейчас в обморок грохнется! Сутки не ела!».
Предательское урчание в моем животе громко подтвердило его слова. Ничейные голоса вдруг утратили свой странный акцент, засуетились.
«Так, давай, мечи… ага… и этого… и того тоже… и посыпь… и чайку, да…»
Восхитительный запах жареного мяса вдруг поплыл по залу, а прямо передо мной начали одна за одной возникать тарелки. Воздушный омлет с беконом и свежей зеленью, небольшая пиала с прозрачным бульоном, горячие золотистые лепешки, залитые расплавленным сыром, крохотные тарталетки с разнообразными начинками… И последней появилась огромная чашка ароматного чая. Я ошарашенно смотрела на все это, сглотнув слюну. Манерные девицы как одна повернулись в мою сторону.
«Вах, тэбе особое прыглашение нада?»
Уж дважды меня к столу еще никогда не звали! Я набросилась на все это великолепие, как дикий грорш на добычу, и управилась менее чем за десять минут. Жизнь определенно налаживалась. Мои невидимые благодетели больше никак себя не проявляли, но мне почудилось какое-то довольное побулькивание над ухом, когда я, сытая, отвалилась на спинку стула.
— Спасибо вам огромное! — вслух произнесла я.
«Спасыба на лаваш нэ намажэшь» — тут же откликнулся сварливый голос.
— Тогда давайте посуду помою. Или как я могу вас отблагодарить?
В воздухе повисло молчание.
«Эта… дэвушк… слюш… ты это нам говоришь, что-ли?»
— Ну да, вы ведь со мной говорите? — я понизила голос до шепота. На меня и мой пир до сих пор оглядывались с соседних столов.