Самые жестокие преступники. Психологические профили нацистов, диктаторов, сектантов и серийных убийц

Убийство в День святого Валентина стало переломным моментом в созданном Капоне образе щедрого благодетеля, который он поддерживал своими пожертвованиями и благотворительностью в пользу беднейших слоев Чикаго. С этого момента общество начало воспринимать его как угрозу для себя.
Однако Капоне чувствовал себя неуязвимым, по крайней мере со стороны властей, так как мэр, начальник полиции и более половины сотрудников чикагской полиции получали от него значительные суммы, чтобы игнорировать его криминальные дела и преступления. Другое дело – члены других банд, которые не раз пытались его устранить.
Но того, что его предаст один из доверенных людей – Джозеф Джиунта, – Капоне не ожидал. Джиунта и два других члена банды, Джон Скалисе и Альберт Ансельми, готовили в заговор с целью занять его место. 7 мая 1929 года Капоне пригласил их всех на ужин в свой особняк, и когда подали десерт, приказал связать их. Он сам взял бейсбольную биту и начал их избивать, в конце концов застрелив. И вновь никто не предъявил ему обвинений.
Однако судьба Капоне была уже решена. И все благодаря закону, требующему уплаты налогов даже с незаконно полученных доходов. Именно здесь группа из 11 федеральных агентов под руководством Эллиота Несса, известная как «Неприкасаемые» за свою неподкупность, нашла юридическую лазейку, через которую удалось подобраться к Капоне. С помощью Министерства финансов и Министерства юстиции США им удалось найти чеки, которые доказывали, что мафиози заработал крупные суммы на незаконных азартных играх, но не уплатил соответствующие налоги.
В 1931 году Лицо со шрамом был арестован, предан суду и приговорен к 11 годам тюрьмы. Он начал отбывать срок в Атланте, но так как даже оттуда продолжал управлять своим бизнесом, в 1934 году было принято решение перевести его в тюрьму на острове Алькатрас. Отмена годом ранее сухого закона, на котором он так обогатился, ознаменовала начало упадка его империи. Его здоровье, особенно психическое, начало ухудшаться из-за сифилиса, которым он страдал с молодости, обострившимся в тюрьме. Деградация была настолько значительной, что 16 ноября 1939 года его освободили условно-досрочно.
25 января 1947 года Аль Капоне умер от сердечного приступа в своем имении в Майами-Бич, Флорида. Его останки покоятся на кладбище Маунт Кармел под надгробием, на котором высечены его имя и простая фраза: «Милосердие, Иисус мой». То самое, которого он никогда не проявлял к своим жертвам.
Враг государства номер один
Психологический профиль Аль Капоне
Был ли Аль Капоне (1899–1947) чудовищем? Нет, его нельзя сравнивать с другими садистскими тиранами или серийными убийцами, о которых читатель узнает в этой книге. Тем не менее очевидно, что он был человеком, который применял насилие как лично, так и, прежде всего, руководя улицами Чикаго. Некоторые биографы утверждают: вполне возможно, что сам Капоне лично никого не убивал, однако последняя историография склоняется к мнению, что именно он был исполнителем знаменитого эпизода с «преступлениями с бейсбольной битой», описанного в фильме Брайана Де Пальмы «Неприкасаемые» (1987).
Идея убить Альберта Ансельми и Джона Скалисе – двух сицилийских иммигрантов, которые без колебаний совершали убийства и были известны в криминальном мире как «близнецы» за свою неразлучность, – а также Джозефа Джиунту, которому Капоне доверил руководство сицилийским союзом (Union Siciliana), обеспечивающим защиту его дел, принадлежала любимому лейтенанту Капоне, Фрэнку Нитти (на самом деле его фамилия писалась Нитто). И хотя не удалось доказать, что Капоне лично исполнил эти убийства, известно, что сначала им проломили головы бейсбольной битой, а затем застрелили, и приказ об этом исходил непосредственно от Капоне. Недаром трое мужчин, которых мафиози считал предателями (и именно поэтому их казнили), были приглашены на ужин в штаб-квартиру Капоне в качестве почетных гостей – это был блестящий ход, чтобы они расслабились и не подозревали, какая судьба их ждет. Вскоре после этого Капоне заявил в интервью журналу Liberty: «Те, кто работает на меня, лояльны, и не столько из-за того, что я им плачу, сколько потому, что они хорошо знают, что с ними случится, если они меня предадут» [72].
  
На мой взгляд, эти преступления были совершены Капоне лично по нескольким причинам. Во-первых, король мафии крайне болезненно воспринимал предательства и, хотя со временем он научился контролировать свой нрав, всегда оставался человеком, склонным к вспышкам ярости, как, например, в том случае, когда его выгнали из школы за то, что он ударил учительницу, или когда ему располосовали лицо. Во-вторых, нет сомнений, что на своем пути к вершине криминальной карьеры Лицо со шрамом шаг за шагом завоевывал репутацию и больше всего ему помогало именно прямое применение насилия для устрашения или расправы. Мне кажется немыслимым, что ему не пришлось никого убить за все те годы, когда он стремился стать кем-то значимым и необходимость выбора между убийством или смертью была ежедневной. Наконец, для Капоне эта возможность убить своими руками стала отличным предупреждением будущим противникам, которое, несомненно, сработало и значительно укрепило его позиции.
Но, как я уже говорил, самый знаменитый преступник XX века не был чудовищем, а являл собой яркий пример социопатии. В отличие от психопата, социопат формируется под влиянием жестокого окружения; в нем нет генетической предрасположенности, которая могла бы раскрыть разрушительные черты психопатической личности в подходящих условиях. Нет, социопат учится вести себя как психопат, потому что его социализировали в среде, где правила – это насилие и вымогательство, а деперсонализация жертв происходит через усвоение норм, принятых в организации. Вспомните фильм Копполы «Крестный отец» (1972): молодые наблюдают за старшими… и учатся уважать кодекс своей семьи и той организации, в которую они входят.
Социопат способен развивать подлинные эмоциональные связи с близкими ему людьми, что недоступно психопату. Вне криминального мира он может любить свою семью и строить прочные отношения, основанные на лояльности.
В сознании Аль Капоне
Когда в 1930 году Чикагская комиссия по борьбе с преступностью опубликовала список из 28 самых опасных преступников, «врагов общества» Города ветров, а в более широком смысле – Соединенных Штатов, Аль Капоне занимал первое место [73]. Убийство в День святого Валентина стало последней каплей, переполнившей чашу терпения, и мало кто сомневался, что именно Капоне был ответственен за это. Никто, кроме него, не получил бы выгоды от уничтожения единственной серьезной оппозиции в Чикаго, представленной бандой Багса Морана. Хотя с исторической точки зрения этот удар, несмотря на свою смелость и краткосрочный успех (эта кровавая демонстрация укрепила его власть и усилила страх среди недовольных), в долгосрочной перспективе стал началом конца для Капоне. Он вызвал возмущение по всей стране и вынудил тогдашнего президента США вмешаться. Комиссия по борьбе с преступностью стала первым шагом на пути к прекращению его господства, что вылилось в создание двух специальных подразделений, единственной целью которых было свергнуть Капоне: одно занималось сбором доказательств его уклонения от уплаты налогов, а другое – подрывом его доходов от контрабанды пива, атакуя каналы его распространения, которыми ведали знаменитые «Неприкасаемые» Элиота Несса.
Как глава организованной преступности Капоне сделал все возможное, чтобы не быть осужденным и лишенным своего впечатляющего положения фактического правителя города Чикаго (долгое время мэр был его марионеткой), но в итоге его планы рухнули. Он наделал слишком много шума и стал настолько известной и значимой фигурой, что было стыдно, что такой человек может существовать в стране развитой демократии. Кроме того, когда приходится ежедневно следить за бизнесом, неизбежно происходит эрозия эмоционального здоровья; в конце концов, всегда находятся те, кто готов убить его при малейшей оплошности. Реакция замедляется, а роль гран капо (пер. с итальянского – великого босса) изматывает. Пока его семья находится во Флориде, его единственными спутниками остаются доверенные головорезы и ласковые девушки из борделей, которые обращаются с ним как с богом.