Вырвавшийся (ЛП)

Он повернулся ко мне лицом, расположив колени по обе стороны от меня, и прошелся взглядом по моему телу: от кончиков волос, которые были спутаны спросонья, по линии ключиц к грудям, которые выглядывали в вырезе халата, до промежности, которую он мог разглядеть, поскольку мои колени не были плотно сведены, а стопы упирались о перекладину стула.
— И что теперь? — спросила я. — Чего тебе хочется? Ты, несомненно, всегда можешь остаться здесь столько, сколько пожелаешь.
Он передернул плечами, показывая, что не знал ответа на вопрос, как и то, что ему было наплевать на все остальное, кроме настоящего.
— Не знаю. У меня нет здесь вещей, даже зубной щетки или сменных трусов. Я же не могу просто прятаться здесь и не выходить на улицу. — Он расплылся в улыбке, заигрывая со мной. — Хотя мне может понравиться прятаться от людей вместе с тобой...
— Но у нас у обоих есть жизни, которыми нужно жить.
Он кивнул.
— Ты же знаешь, что теперь все будут знать. Все будут обсуждать. Они уже этим занимаются, поскольку, должно быть, миссис Хэндерсон видела, как я ехал в эту сторону и обратно не возвращался. После ее дома располагается всего один, и она быстро сообразит и придет к тем же выводам, что и папочка.
Я скривилась.
— Не называй его так. Знаю, это присуще южанам, но для меня это кажется странным — взрослый мужчина называет своего отца «папочкой».
Трэ опять пожал плечами.
— Хорошо. — Он положил ладонь мне на бедро и начал поглаживать его вверх и вниз. — Сейчас мне плевать, что скажут люди. Знаю, что они будут сплетничать. Но мне все равно.
— Это твой дом, Трэ... и я просто хотела сказать: мне так жаль, что ты попал в беду из-за меня.
Он подвинулся ближе, продолжая поглаживать рукой мое бедро, от чего полы халата разошлись в стороны.
— А мне нет. Ты сама это сказала: этого и следовало ожидать, так или иначе. Это просто немного ускорило процесс.
Я сидела неподвижно, позволяя ему прикасаться ко мне, исследовать меня глазами и руками. Когда его пальцы переместились на внутреннюю сторону бедра, я соскочила со стула и отошла от него подальше.
— Еще не время, — сказала я. — Для начала, нам нужно поесть. Знаешь, тебе нужны силы.
Он усмехнулся.
— Я голоден.
Потихоньку попивая кофе из своей кружки, я делала бутерброды, намазывая хлеб майонезом и накладывая кусочки сыра и ветчины, и заваривала ему кофе, пока он ждал. Затем мы насладились едой, заедая ее чипсами.
Казалось, он глубоко задумался, пока мы ели, и я толкнула его локтем.
— Что случилось, сосунок?
Он пожал плечами.
— Просто интересно. Почему ты не можешь иметь детей? Если ты не хочешь говорить об этом, я пойму. Просто интересуюсь.
Я сделала глубокий вдох и выдох.
— Это долгая история, Трэ. Она очень длинная, унылая и древняя. Когда-нибудь я поведаю тебе ее, обещаю. А сейчас, давай притворимся, что я болела, и некоторые мои органы перестали функционировать должным образом. Сейчас же я поправилась, и тебе не о чем беспокоиться.
Он кивнул.
— Ладно, расскажешь, когда будешь готова.
Мы поели, и я провела его наверх. В этот раз у меня было кое-что на уме. Я провела его в ванную комнату, сняла с себя халат и повесила его на вешалку. Включила душ, чтобы вода стала очень горячей, а сама помогала Трэ стянуть джинсы.
— Мне нужно в душ, — сказала я ему. — Леди необходимо привести себя в порядок после занятий любовью с ее мужчиной.
Трэ кивнул, пожирая глазами мое обнаженное тело, но держал руки при себе. Он уже был готов: его член стоял в полной боевой готовности, достигая пупка, пока он стоял передо мной в ожидании. Я заставила его ждать, получая наслаждение от отчетливо похотливого взгляда.
Он был чертовски сексуальным, когда стоял там с эрегированным членом в облаке пара, отчего его мускулы покрылись влагой и стали блестеть. В конечном итоге я зашла в душевую кабинку и жестом показала ему следовать за мной. Затем намочила волосы и отошла от лейки душа, поменявшись с Трэ местами, и стала наслаждаться тем, как его мускулы перекатывались, когда он намыливал волосы. Как только он закрыл глаза, чтобы смыть шампунь, я обхватила рукой его немного упавший член, и он вздрогнул от удивления, но затем расслабился. Его пенис сразу же стал твердым, и я засмеялась, взяла в руку немного мыла и начала намыливать его грудь.
 
— Мне нравится, что ты так быстро твердеешь, — проворковала я.
Я намыливала его всего и в то же время терлась о него мокрым от воды телом, он перехватил эту эстафету — забрал у меня мыло и стал намыливать ложбинку между грудей, затем круговыми движениями спустился к животу и с талии перешел на спину, затем склонился надо мной и, припав к моим губам, стал намыливать мои ягодицы: от центра к боковой части бедра.
Трэ терся бедрами о мой живот, желая поскорее войти в меня. Я же рукой стимулировала его член, чтобы еще сильнее возбудить. Он прислонился к стенке душевой кабинки, а я опустилась на колени. Трэ посмотрел на меня сверху вниз, при этом откидывая голову назад. Я улыбнулась ему в ответ и лизнула головку пениса. Он со свистом глубоко вдохнул и закрыл глаза, когда я круговыми движениями большого пальца стала поглаживать головку, пока не выделилась смазка. Тогда я взяла его полностью в рот, так глубоко, насколько могла, и его пенис от желания пульсировал в моем горле. Несмотря на то, что я вобрала его в рот по самое горло, длины его члена хватало, чтобы еще и поработать руками, поэтому я обвила пальцы вокруг него. Другой рукой взяла его яички и, делая минет, стала поглаживать промежность между анусом и мошонкой — я вбирала его глубоко в рот, а затем полностью выпускала. Затем обхватив головку губами, я стала массировать пенис обеими руками. Трэ выгнул спину и его колени подкосились, когда он кончил. Он погрузил руки в мои отяжелевшие мокрые волосы и стал массировать мою голову, а я продолжала нанизывать свои губы на его член, пока он не застонал, вонзая член глубоко мне в рот и изливая в наслаждении сперму.
Я помогла ему сесть на дно душевой кабинки, вода продолжала стекать по нашим телам. Когда его дыхание восстановилось, Трэ посмотрел на меня вопросительным взглядом.
— Шия? Меня кое-что интересует. Раньше, когда мы были вместе, ты постоянно говорила трахнуть тебя, — в этот раз он произнес это слово практически без запинки, и я могла с уверенностью сказать, что он гордился собой. — Но ты только что сказала, что мы занимались любовью. Поэтому вопрос состоит в том, есть ли разница в твоем выборе слов?
Я встала помыть волосы и нанести на них кондиционер и решилась ответить.
— Ну, это сложный вопрос и зависит от того, кому он адресован. Для меня обычно все зависит от обстоятельств. Раньше я просила меня трахать, чтобы задействовать непристойности. Я просто использовала... не знаю... думаю, чтобы вдохновить тебя. Чтобы ты понял: мне нравилось то, что ты делал. Но если говорить о наших взаимоотношениях в более широком смысле, то мне хотелось использовать другое слово. Я называю это занятием любовью или сексом, все просто. Если не в контексте секса, то мне не нравится называть это перепихоном, поскольку это звучит дешево или что-то в таком плане.
Трэ кивнул.
— Это имеет смысл. — Он опять замолчал, просто смотрел на меня с серьезным выражением лица. — Мы состоим в отношениях?
Я замерла. Я еще не была готова к такому разговору.
— Трэ, давай не будем пока что классифицировать наши отношения. Ладно? Я имею в виду, неужели так необходимо вместить все в аккуратные рамки? Ты мне нравишься, очень. Мне нравится проводить с тобой время, как только что или просто есть бутерброды, или заниматься с тобой любовью. Я хочу лучше узнать тебя, постичь неизведанное. Но... мне кажется, нам еще не нужны никакие ярлыки.
— Тогда это... свободные отношения? — Он пытался казаться беззаботным, светским.
Я обхватила ладонями его лицо и припала в долгом поцелуе.
— Нет, Трэ. Нет. «Свободные» значит, что мы можем встречаться с другими людьми, в смысле иметь отношения не только друг с другом. Я не этого хочу, и не это имела в виду.