Воспитательные часы (ЛП)

Но он достаточно близко, чтобы нервы в моем теле посылали электрические импульсы в места, которые я бы предпочла, чтобы они не делали, тем более очевидно, что этот парень не заинтересован. Я дура, что настаиваю на этом только потому, что мне любопытно.
Звоню ему. Пишу ему. Принесла ему чертово печенье, господи, о чем я только думала?
Эта маленькая детская влюбленность, которую я, кажется, развиваю, закончится тем, что мне будет больно — или хуже, буду выглядеть полной дурой. Теперь рисую картинки у себя в голове: бедный, невежественный Ретт избегает меня, как чумы, потому что я до смерти напугала его своей напористой натурой.
Может, поэтому я встречаюсь с парнями, которые эмоционально недоступны. Устроить его комфортно со мной оказалось непростой задачей, когда большинство парней были простыми — разрывы всегда простые и легкие. Никто не страдает, потому что никому на самом деле нет дела ни до чего, кроме физического удовлетворения.
Ретт поворачивает голову, когда я выдыхаю; вблизи вижу различные оттенки его радужки. Какие у него длинные ресницы. Шрам на левой брови. Маленькая, обесцвеченная кожа на переносице, где заживает синяк.
Взгляд Ретта скользит по моим губам.
Я же смотрю на деревянный пол под нами, захватывая квадратные метры.
— Знаешь что? Я думаю, здесь достаточно места, чтобы дать мне те советы по самообороне.
— Сейчас? — Похоже, он сомневается.
— У тебя есть идеи получше?
Например, целоваться, просто чтобы узнать, каково это? Может, валяться голышом на кровати?
Ретт кусает себя за щеку изнутри.
— Позволь мне придумать для тебя что-нибудь попроще. Большинство из приемов не сработает в качестве самозащиты.
В комнате тихо, пока он размышляет, и я наблюдаю, как меняется выражение его лица, как крутятся колесики его мозга.
— Хорошо, — говорит он, наконец. — Кажется, придумал. Нам обоим придется встать.
Одним плавным движением он поднимается на ноги.
Ретт наклоняется и протягивает мне обе руки, чтобы помочь мне подняться. Когда он протягивает их ладонями вверх, я медленно скольжу по его коже. Плоть к плоти.
От этого прикосновения мой пульс учащается.
Наши глаза встречаются; я знаю, он тоже это чувствует.
Должен, или я сойду с ума, пытаясь убедить себя, что, между нами, что-то есть, даже если он убежден, что это не так.
— Спасибо, — бормочу я, мое тело все еще гудит от его прикосновения.
— Ты готова?
Мои голубые глаза скользят по гладкой коже его ключицы, по твердой впадине между грудями.
Я готова? О, да, так готова.
— Да.
— Ладно, значит, э-э… — Он вытирает ладони о штаны. — Я думаю, мы сделаем двойной тейкдаун. Так что тебе придется раздвинуть ноги и присесть вот так.
Ретт раздвигает ноги, присаживается на корточки, ладони вверх и смотрит на меня, ожидая, что я скопирую его позу.
— Вот так? — Я нарочно выставляю вперед одну ногу, с выпирающим бедром.
— Нет, не так. — Он встает, нарушив позицию. — Вот, позволь мне показать тебе.
Ретт входит в мое личное пространство, большие руки сжимают мои бедра, перемещая мое тело вправо. Ладони скользят по моему бедру, постукивая по внутренней стороне чувствительной плоти, пока мои ноги не раздвигаются — как будто он постукивает по безжизненному куску мяса. Автоматически. Механически.
Ретт явно в своей стихии, когда дело доходит до борьбы.
— Теперь согни их еще немного и вытяни руки вот так. — Он тащит меня, пока я не оказываюсь в нужном ему положении. — Хорошо. Теперь, когда ты подойдешь ко мне, ты положи свои руки на мои бедра и перемести их на мой зад, голову вниз к животу. — Его гигантская рука гладит область под грудиной. — Попробуй прицелиться сюда.
— Что? — Моя голова качается. — Ни за что! Я этого не сделаю!
Он хмурится, вздыхает.
— Ладно. Я сделаю это с тобой, а потом ты сможешь испытать это на мне.
Я невинно улыбаюсь, мысль о его руках, скользящих вниз по моей заднице, волнующая перспектива. Бонусные очки, если он сожмет её.
— Ладно. Меня это вполне устраивает.
— Подними руки немного выше, вот так, — инструктирует он, демонстрируя.
Ретт выглядит погруженным в работу. Его глаза даже не скользят по моему телу, ни разу, даже когда я выставляю грудь, чтобы проверить его решимость.
— Когда моя голова ударится о твой живот, руки поднимутся и потянут тебя вниз, и ты упадешь на пол. — Он делает паузу. — Просто к сведению.
— Понятно.
— Я постараюсь осторожно опустить тебя.
О боже. Мои девчачьи части трепещут.
— Обычно это делается с разбега и…
— Просто сделай это! — я смеюсь. — Ожидание убивает меня.
— Прости. Я никогда раньше не делал этого с девушками.
— Ретт, просто… Боже мой! — Задыхаюсь, когда его голова ударяется о мой живот, и через несколько секунд меня переворачивают, я лежу на спине, воздух со свистом выходит из моих легких с возбужденным вздохами, дыхание перехватывает, когда его лицо появляется в поле моего зрения.
Нависает надо мной, лохматые волосы лезут в глаза.
— Ты в порядке?
Мои губы раскрываются в радостном возбуждении.
— Да. — Я более чем в порядке, особенно когда его лицо приближается, глаза блуждают по моему лицу. — Ты проверяешь меня на сотрясение мозга? Потому что я в порядке. — Моя голова даже не ударилась о землю.
Он держал меня все время, пока опускал на пол, быстро, ловко и полностью контролируя свои движения. Бесшумно. Устойчиво. Сильно.
Нежно.
— Не могу поверить, что ты только что это сделал, — бормочу я, наслаждаясь его близостью, его руки теперь обхватывают мои бицепсы.
— Черт, мне так жаль.
— Не стоит. Это не то, что я имела в виду.
— О. — Ретт вскидывает голову, отбрасывая волосы с карих глаз. — Что ты имела в виду?
— Это было потрясающе. — У меня перехватывает дыхание, взгляд скользит по его обнаженным плечам. — Это не потребовало усилий.
— Много практики, — говорят его губы.
— Практика делает все совершенным. — Мой ответ, ум блуждает к тому, что еще было бы совершенным с небольшой практикой, мысленно отмечая список: борьба… поцелуи… секс.
Я готова поспорить, что он мог бы дать мне оргазм или парочку поворотом этих мускулистых бедер. Мое тело жаждет выгнуться дугой, таз извивается под ним, в дюймах от того, что, как я знаю, находится внутри его темно-синих штанов.
— Знаешь… — начинаю я, — ты не можешь всерьез ожидать, что кто-то использует это для самозащиты, особенно девушка.
— Я запаниковал, — признается Ретт с милой кривой усмешкой, прикусывая нижнюю губу. Его низкий смех глубоко в груди. — Ты пришла без предупреждения, спрашивая о самообороне.
Мои пальцы пробираются к его волнистым волосам, откидывая выбившиеся пряди, чтобы они не лезли ему в глаза.
— Нет, я пришла принести тебе печенье.
Ретт, кажется, наслаждается моим прикосновением, на мгновение прижимаясь щекой к моей ладони. Большим пальцем провожу по его подбородку, по нижней губе.
— Лорел?
Его лицо приближается на дюйм.
Я делаю глубокий вдох.
Он собирается поцеловать меня.
— Мм?
— Est-ce que je peux t'embrasser?
— Я не знаю, что это значит, — говорю я хриплым шепотом.
— А что ты думаешь, это значит? — Наши рты разделены вздохом, воздух между нами щекочет мои губы. Его мощная грудь касается моей, и на этот раз он не отстраняет.
— Скажи это еще раз.
— Est-ce que je peux t'embrasser? (перев. с фран.: Могу я поцеловать тебя?) — Его рот горячий, около моего уха, теплое дыхание посылает искру вверх по моему животу, увлажняя нижнее белье. — Dis oui, s'Il te plait. (перев. с фран.: Скажи «да», пожалуйста)
Est-ce que je peux t'embrasse. Господи, надеюсь, это означает, что он хочет поцеловать меня. Надеюсь, это означает…
Дверь спальни Ретта распахивается, ударяясь о стену позади нее, как раз в тот момент, когда мягкие губы Ретта осторожно касаются моих.