Орк-Сити (СИ)

— Бандиты что-ли напали на вас? — пихает в бок отец. Спрашивает негромко — чтобы мать не услышала.
— Хуже, — многозначительно отвечаю я оставляя его в ступоре — что еще может быть хуже бандитов.
После того, как Ингу отхиливают йодом накрывается стол. Плюсы от еды на даче — экологичность. Всё с огорода и даже мясо — из соседнего фермерского хозяйства. У Инги при виде аппетитно зажаренных кусков мяса на костях начинает течь слюна и капать на пол. Ну про пол я загнул, но…
И вроде бы ела недавно.
— Это я просто нервничаю, — оправдывается она заметив мой взгляд.
Пару минут мы просто молча жуём и я лихорадочно обдумываю с чего бы это начать важный разговор.
— В Москву когда собираетесь? — осторожно интересуюсь. Так и не решил — попытаться рассказать что происходит или промолчать и просто попросить быть более осторожными. Проблема в том, что человек будет более осторожным только если верит в то, что опасность реальна.
— Завтра хотели, — мать поглядывает на электронные часы над дверью. — Надо успеть медкомиссию до конца отпуска пройти.
Сердце у меня замирает. Она давно хотела сдать на права, но всё откладывала. И вот теперь собралась… так не вовремя.
Сказать или не сказать?
Здравый смысл одерживает вверх. Я хочу чтобы родители остались в живых? Да. Значит ради такого нужно постараться. Постараться убедить их.
— Всё плохо, — говорю я. — И в Москву вам пока нельзя возвращаться. Да и здесь нужно держать ушки на макушке и прятаться от любого шороха.
Правильные слова я говорю, но смотрят они на меня как на больного. И даже Инга так смотрит, понимая за какую сложную задачу я сейчас взялся.
— Что с тобой, Лёша? — с беспокойством интересуется мать.
Что со мной… что со мной… С Москвой задница… и возможно не только с Москвой, а со мной пока всё в порядке.
Фразу, которую я сейчас произнесу произнести очень трудно. Просто язык не поворачивается.
— Орки на Москву напали, мам.
— Кто-о? — её лицо вытягивается.
Инга своим лицом показывает что понимает как мне сейчас тяжело. Могла бы и помочь.
— Орки, — деревянным голосом повторяю я. — Зеленые такие, огромные. Всех убивают. Димку Дария убили — он у меня там в багажнике мерседеса лежит.
Димку они знают. Знали.
Лица у родителей вытягиваются. Я их понимаю — до сих пор их чадо в умственных отклонениях замечено не было.
— Стасик… — говорит мама и беспомощно смотрит на отца.
Стоило бы привезти с собой орка… хотя бы мёртвого. А лучше живого.
Лезу в инвентарь и достаю огромное, зеленое, всё в длинных отвратительных волосах ухо.
— Вот, — говорю. — Мы убили парочку. С Ингой. А это трофей. За такие трофеи руны могут дать… кузнецы магических кузниц.
Про кузнецов магических кузниц я зря сказал — теперь они точно решат что у сына на почве игры поехала кукушка.
— Ну вот потрогайте, — кладу ухо на стол. — Оно настоящее.
Я прямо вижу как Инга мысленно крутит пальцем у виска. Могла бы помочь, а вместо этого сидит как немая.
Родители смотрят на ухо с отвращением, а на меня с испугом.
— Новости видели? Посмотрите.
На самом деле я понятия не имею что там в новостях, я в телик последний раз ребёнком заглядывал. Нормальные люди давно уже эту фигню не смотрят.
Мама встаёт, на слабых ногах идёт в гостиную и включает телик.
Я слышу знакомый рёв, крики…
Потом всё стихает, потом снова рёв и крики, потом снова всё стихает, потом снова рёв и крики…
— Тут кино какое-то идёт, — говорит она. — По всем каналам.
Говорит не слишком уверенно — ну еще бы, разве возможно чтобы по всем каналам в наше время шло одно и то же кино. Да еще про орков. Ну это только если бы Близзард купили всю страну вместе с жителями и заставляли смотреть очередную серию своего древнего как мир Варкрафта.
Встаю из-за стола и захожу в зал вслед за ней. Я знаю что увижу — все каналы забиты любительскими видео об аде, который творится в Москве.
И пожары — судя по огню который, кажется, уже достаёт огромную чёрную тучу висящую над городом — горит весь центр.
— Это не кино, мам.
 
Мне хочется её обнять сейчас, но тогда она еще сильнее испугается.
— Он не врёт, — наконец вступает в разговор Инга. — Там кошмар что творится. Мы чудом выжили. А Димка — нет, не выжил. Он хотел Лёшу спасти, но не выжил.
Отец встаёт и идёт к выходу. Слышу удар, лязг метала… Когда выхожу вслед, вижу — он открыл багажник и теперь смотрит на Димку. На мёртвого Димку.
* * *
Если мир сходит с ума, то он сходит с ума совершенно во всём. Только мы успели привести в чувство моих предков, только успели похоронить Димку на холме за огородами, только решили заночевать здесь в мире спокойствия и тишины… как Инга замечает старое сообщение, которое пропустила. Сообщение которое пропустила когда в мире всё было хорошо, и не к месту нашла когда этому дурацкому миру наступил кирдык.
Короче, именно сегодня прилетают её родители. То есть самолёт с минуты на минуту должен сесть в аэропорту.
Это плохая новость, а хорошая — это то, что Шереметьево совсем близко от нас. Полчаса если поторопиться.
— Их нельзя вернуть обратно? — первый вопрос который я задаю уже после того как мы выезжаем на трассу.
— Нет. И даже не попросишь прыгнуть с парашютом где-нибудь по дороге…. Сейчас даже прыжок из самолёта безопаснее чем прилететь в Москву.
— Что им вообще нужно здесь в этой безумной стране, — я прибавляю газу обгоняя одинокие авто. — Сидели бы в своей прекрасной Америке, грели бы пятки и животы на солнце…
— Ну… как бы… у них здесь есть я, — говорит Инга. — Иногда они скучают.
— Не вовремя они заскучали, — я начинаю обгонять огромную фуру. Вот интересно — она же из Москвы едет? В Тверь наверное? Мужик за рулём — он в курсе про орков или пока нет? Катится себе и в ус не дует, не подозревая что конец света совсем близко.
— Если есть рейс сюда, то должен быть рейс и обратно, — не унимаюсь я. — Тебе нужно просто посадить их на обратный рейс… если ты конечно не хочешь чтобы их обжарили на костре орков.
— Я попробую, — тихо соглашается она.
Если прилетят, если не удастся отправить обратно — просто не представляю что с ними делать. Тут про себя ничего не знаешь, не знаешь как прожить завтрашний день. И даже сегодняшний.
Мимо, под двести, пролетает заляпанная кровью чёрная «хонда». Вот про этого типа точно можно сказать — он в курсе того, что творится в Москве.
— Может нам вместе с ними улететь? — спрашивает Инга.
— Ага. Нас там ждут. В Америку так просто не попасть.
— У меня виза, — не к месту хвалится она.
— Вот и катись, — неожиданно злюсь я. — И один справлюсь.
С чем я собираюсь тут справляться — пока не понятно.
Вообще, когда я злюсь — лучше думаю. Намного лучше. Злость это топливо для мозга… у меня. Вот и сейчас — меня вдруг осеняет.
Я знаю как достать сигилы.
Море сигилов… сколько душа пожелает.
— Ты что-то придумал? — спрашивает Инга.
Вот это да! Прочитала на моём лице?
— Я знаю где достать печати. И не только их.
— И где?
На самом деле я ничего не придумал, я всегда знал. Просто забыл. Та крохотная рунка в моём инвентаре. Рунка телепорта. Игрок обычно привязывает её к удобному месту чтобы сразу при входе в игру оказываться там. Так делают все игроки… на старте игры, но потом… потом они обживаются гильдиями, высокими уровнями… И эта крохотная золотая руна перестаёт быть нужна.
Совсем.
Если у гильдии есть замок (а он, конечно, есть) то любой может войти в игру сразу через него. Если в гильдии есть маги (а они всегда есть) то в любое нужное место тебе откроют портал кто-нибудь из магов-согильдийцев…. Тем более, что на высоких уровнях ты уже не делаешь квесты и не шляешься по локациям в городом одиночестве. На высоких уровнях весь твой день — это продрать глаза утром после бессонной ночи, влить в себя банку кофе и нырнуть в замок… где тебя уже ждёт твоя пати… недовольная тем, что ты дрыхнешь как соня. И дальше — портал который открывают маги и прыжок в очередное подземелье. И нет в этой жизни места для крохотной золотой руны пылящейся в дальнем уголке инвентаря.