Королева для нищего (СИ)

— Проглотила? — он посмотрел на нее, а когда она коротко кивнула, наклонился к ней, заключая лицо в ладони, — Я не заставляю, если не хочешь, сплюнула бы. Но это было круто… — он не смог продолжить, а только прижался к ней губами.
Вера молчала, когда он подтянул ее к себе на диван, обнимая и прижимая к груди.
— Тебя наверно уже потеряли, — прошептала Вера, поднимая голову и заглядывая ему в глаза.
— Тихо, тихо Рыжая, дай дыхание перевести, — он похлопал ее по бедру, снова прикрывая глаза.
В дверь постучали, заставляя Веру подорваться с теплого дивана, и ошарашено уставиться на Артема.
— Вера, — послышалось из-за двери.
— Ответь, — велел Исаев, натягивая трусы и брюки.
— Кто там?
— Вер, там из больницы звонили, сказали, что твоей бабушке плохо стало, — послышался взволнованный голос Люси.
А потом тишина.
Артем уверенно, даже как-то напряженно вел машину, сжимая пальцами кожаную обшивку руля. Вера сидела рядом, на пассажирском сидении, обхватив себя руками. Впопыхах, выбегая из ресторана, забыла про пальто. И вот сейчас, сидя в одном платье, ежилась от мнимого холода — печка работала на всю.
— Перестань плакать, — Артем положил теплую ладонь на женскую коленку, легко сжимая.
— Это я виновата, это из-за меня она там, — прошептала Вера, чувствуя, как слезы капают на платье.
«Бабушка, миленькая, ты только держись»
— Не говори ерунды, в ее возрасте такое случается, от этого никто не застрахован.
— Мы поругались сегодня, — касаясь лбом холодного окна, ответила Вера. Грудь нестерпимо жгло огнем, страхом, стыдом, этой дурацкой неизвестностью. Она боялась ехать в больницу.
— Из-за чего? — Артем небрежно провел ладонью по голове, бросая взгляд в зеркало заднего вида.
— Из-за тебя.
Исаев удивленно вскинул брови, продолжая следить за дорогой.
— Интересно. И где я успел накосячить? — Вера помолчала, прокручивая в голове разговор с бабушкой.
— Она не хочет, чтобы я с тобой встречалась. Сказала что ты бандит и у тебя таких девок как я вагон и маленькая тележка.
Артем хмыкнул. И ничего не сказал в ответ.
— Почему ты молчишь? — слезы мгновенно высохли, и девушка недоуменно развернулась к мужчине.
— А что ты хочешь услышать? Нина Степановна обязательно поправится, мы приложим максимум усилий к ее выздоровлению. Хотя, кажется, я уже говорил это. — Артем был спокоен как никогда. В отличие от Веры. Ей захотелось как следует заехать ему по лицу.
— Ты меня за идиотку держишь?
— Ты сама себя так ведешь, — несмотря на холодный ветер на улице, Артем открыл окно, зажимая в зубах сигарету.
— Мне это все надоело. Если я такая идиотка, какого хера ты прицепился ко мне? Неужели мало телок, готовых тебя обслужить? Сунул пару зеленых в передник и они…
— Заткнись.
— Что? — Вера фыркнула, удивленно распахивая глаза.
— Не стоит говорить то, о чем потом пожалеешь. Мы не будем обсуждать мою жизнь, и моих телок. Думаю, я доходчиво объясняю? А тебе нужно начать фильтровать базар и думать, что и кому ты говоришь, — он был предельно спокоен, докуривая сигарету.
— А то что? Прикопаешь меня в лесочке? Мне все равно, ясно? Я тебя не боюсь, — Вера чувствовала, как вместе со злостью просыпается адреналин. Как в одной клетке с тигром. Кто знает, может и прикопает. Бабушка так и не придет в себя, а Гриша сопьется. И все, как будто и не было семьи.
— Ну, то что ты слегка ебнутая я понял, но зачем так откровенно нарываться на неприятности? Ведь на моем месте мог бы сидеть кто-то другой и не терпеть всю эту ересь, которую ты несешь. За шкварник тебя из машины вышвырнуть, на ходу. Чтобы твои мозги по асфальту разнесло. Я кстати видел, как это бывает, картинка так себе.
— Ты слышал, что я сказала? Я тебя не боюсь.
— Так и весь прикол в этом, что я делаю все для того, чтобы ты меня не боялась, а ты начинаешь дуру гнать. В моей жизни итак много еботни, от которой бошка пухнет, а чтоб еще и баба мозги ебала. Ты, Вер, не с тем тягаться взялась, только зубы пообломаешь.
— Вот именно, что тягаться. Маленькая девочка, которая дала тебе отпор, когда другие не могут, а ты пользуешься своей вседозволенностью. Пользуешься своей силой, наслаждаясь тем, что я не могу дать тебе в морду. Чувствуешь свое превосходство надо мной. А если бы на моем месте сидел такой же амбал как ты, ты бы с ним также разговаривал? — Вера не заметила, как они остановились перед центральным входом городской больницы. Артем разглядывал ее с откровенно скучающим видом, слушая ее гневную тираду, отмечая, как она покраснела от злости.
— Стало легче?
— Стало, придурок, — выплюнула она, выходя из машины, громко хлопая дверью. — Ну, блять! — в темноте она не видела, куда наступает, но поняла, когда в туфли хлынула вода.
— Эй, сапожник, не хочешь поторопиться? Не май месяц, — Артем стоял возле машины в распахнутом пальто, наблюдая как девушка небрежно подбирает подол платья, старательно перешагивая лужи, — Давай помогу?
— Не лезь, — зашипела Вера, плюнув, бросила платье, решительно направляясь к входу в здание. Артем лишь вздохнул, наблюдая, как ее маленькая фигурка скрывается за дверью. Дикарка.
Когда Артем вошел в теплое помещение, Вера уже висела на стойке регистратуры, размахивая руками.
— Девушка, ну пожалуйста. Это моя бабушка, мне нужно ее увидеть. У нее кроме меня нет никого, — умоляла Вера, нервно стуча ногтями по поверхности стойки.
— Девушка, она сейчас в реанимации, туда нельзя. Приходите утром, а лучше через пару дней, — молодая медсестра посмотрела на Исаева за Вериной спиной и тут же поправила волосы.
— Мне нужно ее увидеть. Хотя бы через окошко. Я не знаю даже, что с ней, — Вера была готова снова сорваться в истерику.
— Послушайте, уважаемая, — в разговор вмешался Артем, оттесняя Веру за спину и упираясь локтями, как можно ближе наклонился к медсестре. — Просто покажи нам, где реанимация, — неожиданно переходя на «ты», продолжил он, — Видишь, девочка плачет? А если вдруг с бабушкой что-то случится, а ты не дала им увидеться, представляешь, что будет? Я тебя лично пущу на фарш, Марина, — читая бэйджик на груди девушки.
— Я сейчас милицию вызову, — занервничала медсестра, в подтверждение хватая телефонную трубку.
— Каких-то глупых девочек Алексей Витальевич на работу берет, — при упоминании имени главврача, Марина напряглась, — Тебя же по-человечески просят, Марина. Мы никому не скажем, что ты нам помогла, даже шуметь не будем, — шептал Артем, вытаскивая мятые купюры из кармана брюк и протягивая их девушке. Обернулся к Вере, которая еще чуть-чуть и начала бы рвать на себе волосы.
— Второй этаж, по коридору направо. Только не входите, туда действительно нельзя, — девушка опасливо посмотрела по сторонам, и спрятала деньги в карман больничного халата.
— Спасибо, детка. Родина тебя не забудет, — он улыбнулся, подмигивая Марине, а потом подошел к Вере, протягивая руку. — Пойдем, у нас совсем немного времени. Она подняла на него заплаканные глаза, благодарно кивая и принимая протянутую ладонь.
Марина проводила странную парочку взглядом.
Бабушка одиноко лежала на больничной койке под капельницей. Рядом на мониторе — ее пульс, медленный, почти еле уловимый.
К горлу снова подступил комок.
— Как же так, бабушка? Ты обещала быть сильной, я ведь не справлюсь одна, — шептала Вера, касаясь дрожащими ладонями холодного окна реанимации. Слезы мешали, и она отчаянно вытирала их рукавом платья. Вдруг все стало таким неважным, таким бессмысленным, когда Вера вглядывалась в худое, бледное, покрытое морщинами лицо. Бабушка словно уменьшилась ростом, лежа на этой большой белой койке.
— Вера, тебе стоит отдохнуть, — ей на плечо легла мужская рука.
— Очень правильное предложение, — откуда-то сбоку раздался тихий мужской голос, — Привет, Тёмыч, — мужчина, одетый в медицинский халат, устало улыбнулся и пожал протянутую Артемом руку.
— Привет, Лёш, ночные смены высасывают жизнь? — Исаев, улыбнулся, хлопнув мужчину по плечу.