Вертел я ваши кланы! Том 3 (СИ)

— Не знаю. У нас нет единого центра. Я вообще знаю только одного Ефимова, и то только потому, что его дочь встречалась с моим сыном. Он меня и привлёк. Устранить вас – это было моя проверка на лояльность.
— Повязать кровью, — кивнул дед. — Старый, как мир, способ. Ладно, отдыхай, приходи в себя, осваивайся. За тобой присмотрят. Можешь попробовать убиться, мешать тебе никто не будет, круг возрождения там, в холле. Но я бы на твоём месте всерьёз задумался, как с толком провести вечность. Поверь, я знаю, о чём говорю.
Тимофей вздрогнул, а мы один за другим вышли, не прощаясь.
— Ну как ваши впечатления, коллеги, — спросил дед чуть насмешливо, когда мы собрались в соседней комнате за закрытыми дверями.
— Мне показалось, — первой решила ответить Катя, — он понял, что у него нет другого выхода, и готов сотрудничать.
— А мне показалось, что он хитрит, и старается говорить только то, что мы или и так знаем, или несложно догадаться, — возразил я.
— Пётр Александрович, — обратилась к деду Аврора, — а что говорит твоё чувство правды?
— Что он нам врёт, как сивый мерин, перемежая с правдой, — хмыкнул дед. — Видать, не доводилось ещё с патриархами общаться.
— И что он соврал, а что сказал правду?
— Про то, что заговор против Совета – правда. То, что лично его волнует уровень жизни в Африке – бессовестное враньё, ему плевать. С идеей, что маги должны править планетой он в целом согласен, но есть сомнения. А вот что догмат силы устарел, и обучение в академиях должно быть безопасным – это он всей душой поддерживает. Что ещё... Про Сёмку Ефимова соврал, похоже, наоборот, это он Сёмку завербовал. То же касается «проверки на лояльность». Но вот что нет единого центра – правда. Во всяком случае, он про него не знает. Про Сергея тоже правда – Тимофей не в курсе, был ли он связан с заговорщиками.
— А кто их информатор, и откуда – он тоже не в курсе? — спросила Катя.
— Возможно, даже сам Семён не знает, кто это, — ответила ей Аврора. — Но не убивать же нам его, чтобы допросить? А без этого его клятвы убьют.
— Не понял, что мне мешает его казнить? — удивился дед. — Тут я в своём праве.
— Только чтобы не спугнуть остальных, деда, — развёл я руками, — а так-то конечно.
— А если он не будет знать, что нарушает клятву, она его не убьёт ведь? — спросила Катя.
— Нет, не убьёт, — дед склонил голову на бок, внимательно посмотрев на неё. — Ты что-то придумала, девочка?
— Не совсем, но может, вы додумаете? Я могу вот что...
Катя начала меняться. В первую очередь изменились цвет и длина волос, затем чуть-чуть поменялся цвет кожи, разрез глаз, форма носа... Через минуту перед нами сидела девушка, очень похожая на Настю, только скулы пошире.
— Хм... — дед поскрёб в бороде, — красотка. Сёмка Настю лично вряд ли знает, так что может и получиться... Но только ты забыла, что Настя воздушница. А главное – ну выдашь ты себя за неё, и что? Он тебе сразу все секреты расскажет?
— Но ведь как-то нам к нему попасть надо! Так, чтобы ничего не заподозрил! — Катя вернула свой облик.
— Надо. Ну-ка, кто из вас, таких умных, скажет, кого он меньше всего заподозрит в подвохе? — дед ухмыльнулся в бороду.
— Кого-то из своих, очевидно, — ответил я. — Но надо не просто попасть в дом, надо установить там прослушку.
— Более того, надо установить прослушку в его вирт-капсулу, — добавил Вадим. — Но вот как это сделать?
— Она ведь у него совершенно новая, да? — меня посетила гениальная идея. — На гарантии? Аврора, можешь сделать так, чтобы он никуда не мог зайти?
Воспользоваться вирт-капсулой Семён Ефимов решил уже наутро, по времени Новосибирска – после обеда. Только вот капсула не работала. На дисплее была только одна надпись: «Неизвестная ошибка. Обратитесь в сервисный центр».
В фирме, где он заказывал капсулу, долго и многословно извинялись, обещали разобраться, ведь для них важен каждый клиент. Пришлось Семёну на них гаркнуть, чтобы не разбирались, а устранили проблему, и что капсула ему нужна по работе, а не в игры играть, и нужна прямо сейчас. Оказалось, к ним как раз доставили капсулу для ещё одного клиента, но там установка только на следующей неделе, и они успеют разобраться. Так что всего через полчаса к дому подъехал грузовичок, из которого техник-монтажник напару с водителем выгрузили абсолютно новую капсулу в заводской упаковке. Её подключили, проверили и настроили на подключение к Авроре. Старую капсулу увезли. В итоге Семён немного опоздал на совещание, но оперативность сервиса его приятно удивила.
 
Разумеется, ни монтажнику, выполнявшему подключение капсулы, ни самому Семёну в голову не пришло проверить, установлена ли в капсуле аппаратная блокировка утечки сознания, и нет ли в конструкции изменений, в частности, дополнительных видеокамер...
Той ночью я проснулся от липкого страха. Странно... Тут я заметил, что Рики странно ощущается.
«Рики, случилось что-то?»
«Нет, ничего, просто сон страшный приснился, я испугалась. Бррр, мерзость!»
«Что за сон? Расскажи, мы вместе посмеёмся, и тебя отпустит».
«Так можно? Хм... Мне приснилось, что я лежу в гробу, глубоко под землёй. Я маленькая и у меня нет ни рук, ни ног, только голова. Темно, я ничего не вижу, только чувствую, как в покойнике, который в этом гробу похоронен, копошатся черви. Я хочу выбраться, ползаю по всему гробу, ищу выход, но у меня не получается».
«Ужас какой! Кажется, мы сегодня слишком много времени общались с покойником».
«Миша, технически, я сама давно мертва».
«И я о том же. Тимофей сегодня попал в ту же ситуацию, в которой была ты сама. Вот на тебя и навеяло».
«Может быть. Но сон был такой реальный...»
«Спи, милая, я с тобой».
[1] Аврора цитирует четверостишье из стихотворения моего земляка, Леонида Куликова, «Как ёжик стал колючим»
  
Глава 17. Скрытая угроза
 
— Проснись и пой! — жизнерадостный голос Авроры выдернул из сна, заставив мгновенно принять боевую стойку рядом с кроватью. — Ты чего такой пугливый, Миша?
— Да станешь тут... доброе утро! — я опустил руки, согнутые в локтях и сделал пару глубоких вдохов, успокаиваясь. — Что случилось? Не помню, чтобы ты нас хоть раз будила.
— Не было такого, ага, — с соседней кровати пробурчал Лёня. — Я уж думал, мы на пары проспали!
— Настя, судя по дыханию и сердцебиению, скоро проснётся, — Аврора перешла на деловой тон. — У неё на коммуникаторе двести три пропущенных от мамы. И пятнадцать сообщений. С ней надо что-то решать, вчера это не обсудили. Мы с Вадимом и твоими родителями посовещались и решили оставить Настю вам с Катей, в конце концов, она на вас покушалась. Пётр не против.
— Катя где? И вообще, который час?
— Пять утра, Катя умывается. Рекомендую поспешить.
— А соседка Насти?
— Она спит. Если поставите полог молчания – и не проснётся. Проход в комнату я вам обеспечу.
— А просто оставить Настю в покое нельзя? — я умылся холодной водой, и тут же сам себе ответил. — Нельзя. Её возьмут в оборот заговорщики и могут использовать снова как оружие. Или сама решит отомстить.
— Как-то так, да, — согласилась Аврора. — А ещё она сильная воздушница, а теперь ещё и небедная наследница, правда, род прервался, но активы-то никуда не делись. Правда, завещание ещё не оглашено, может, он жене всё завещал.
— Аврора, за всё время нашего с ним разговора он жену даже не вспомнил, всё только о Настеньке да о Настеньке. Сама-то как думаешь?
— Я ничего не думаю, мне до Насти дела нет, меня вы с Рики заботите. Долго собираться изволите, Михаил Кириллович.
Мы встретились с Катей у входа в коттедж Настиной группы. На улице было ещё темно, и Катя воспользовалась фонариком в коммуникаторе, а я зажёг магический огонёк.
— Привет, — заспанным голосом приветствовала меня Катя и от души зевнула.