Его сокровище (ЛП)

— Я не хочу, чтобы он рассердился.
Сиенна медленно положила телефон.
— Что-то произошло между вами?
— Что ты имеешь в виду?
Сиенна взглянула на Анджело, затем наклонилась ближе и понизила голос.
— Он не причинил тебе боль, правда? Потому что если да, то я его убью.
Она выглядела такой серьезной, такой напряженной. Неужели она действительно готова защитить меня от своего брата, главы Семьи?
— Нет, он ничего такого не делал.
Сиенна расслабилась, на ее губах появилась легкая улыбка.
— Хорошо. Он не такой, София. Он защищает тех, кто ему дорог, клянусь. Но мы можем отложить вопрос с кредитной картой, если это тебя беспокоит. Сегодня я все оплачу, — она уже подняла палец, чтобы остановить мои протесты. — Нет, я настаиваю. Я куплю тебе вещи, хочешь ты этого или нет, так что лучше выбери то, что тебе нравится.
Прежде чем я успела что-либо сказать, Сиенна позвала одну из продавщиц и поручила ей снять мерки для подшивки платья.
21
СОФИЯ
— Ты в порядке, принцесса? — тихо спросил Анджело, когда мы вошли в ресторан, где собирались пообедать.
Мы зашли в милое итальянское кафе с плющом на стенах и свежими цветами на каждом столике. Сиенна сказала, что им управляет кто-то из Семьи.
— Да, — мой голос был хриплым, и мне хотелось лечь.
Машина уже была забита пакетами — большинство из них были с моей одеждой, и я боялась реакции Маттео. Разозлится ли он на то, что Сиенна заплатила за них? Там были великолепные вечерние платья, а также повседневная одежда, включая два пакета нижнего белья, на котором Сиенна настаивала. Она отвергала мои доводы, что мне это ни к чему, говоря, что я заслуживаю чувствовать себя красивой.
Анджело положил руку мне на плечо.
— После обеда поедем домой, — он приподнял бровь, словно провоцируя меня на спор, но я слегка ему кивнула. Мне не хотелось расстраивать Сиенну, прерывая наш день, но я также не хотела ставить ее в неловкое положение, упав в обморок в дорогом бутике.
Я села напротив нее за столик в тихом уголке, отставив роллеры в сторону. Рядом было большое окно, и один из наших охранников стоял снаружи, в то время как Анджело оставался внутри, достаточно близко, чтобы защитить нас, но достаточно далеко, чтобы не подслушивать наш разговор.
— Я бы предложила выбрать что-то из меню, но шеф-повар Эдоардо просто принесет нам что захочет, — сказала Сиенна, улыбаясь и закатывая глаза. — Хотя его блюда всегда восхитительны.
— Звучит отлично.
В тот же момент к нашему столику подошел улыбающийся, седовласый мужчина в униформе шеф-повара и хлопнул в ладоши.
— Ах, carina5, — сказал он Сиенне. — Давно не виделись.
Затем он повернулся ко мне и слегка поклонился.
— Синьора Росси, для меня честь готовить для жены нашего Дона.
Он взял мою руку и поцеловал ее, и мои щеки залились румянцем, когда я поздоровалась с ним. Он напомнил мне доброго дедушку.
— У вас есть аллергия на какие-то продукты? — спросил он, и я покачала головой. — Прекрасно. Приготовьтесь к лучшему обеду в вашей жизни.
Он снова поцеловал мою руку и быстро удалился.
— Он всегда такой, — рассмеялась Сиенна. — Всегда жизнерадостный и энергичный.
— Совсем не то, что я ожидала от мужчины из Семьи, — сказала я.
— Эдоардо уникален, — Сиенна вздохнула. — Хотела бы я, чтобы все мафиози были такими, как он.
— И мужчины из Братвы тоже.
Официант принес фокаччу6 и оливковое масло, а также два оранжевых коктейля.
— Апероль Спритц7, — сказала Сиенна, поднимая свой бокал для тоста. — За женщин мафии, которые гораздо лучше мужчин.
Я чокнулась с ней и сделала глоток. Напиток был фруктовым и сладким.
— Сиенна, можно спросить, сколько тебе лет? — я надеялась, что это не грубый вопрос, но она казалась намного моложе Маттео.
— Мне двадцать шесть, — сказала она с улыбкой. — Еще не настолько стара, чтобы стесняться этого вопроса.
 
Я улыбнулась.
— Большая разница в возрасте.
Сиенна сделала еще глоток коктейля.
— Мама долго не могла забеременеть, поэтому у нас двенадцать лет разницы.
— Забавно. Мой брат на двенадцать лет старше меня.
Видя ее удивление, я добавила:
— Он мой сводный брат. Первая жена моего отца умерла. Дмитрий живет за границей, так что я редко его вижу, но очень люблю моменты, когда мы вместе. Похоже, ты близка с Маттео.
Сиенна смяла салфетку и пожала плечами.
— Не так близка, как раньше. Он… он изменился после того, как убили наших родителей.
— Мне жаль, что они погибли, — мягко сказала я.
— Спасибо, — ответила Сиенна, грустно улыбаясь. — Я очень по ним скучаю и по брату, которого знала раньше.
Мое сердце болело за нее и за то, что эта жизнь украла у всех нас.
— Какими они были?
— Они были замечательными. Они так обрадовались, что наконец-то у них появился еще один ребенок, что сильно меня баловали. Я очень любила маму. Она была такой яркой и жизнерадостной, всегда что-то мастерила по дому, занималась декором. Папа делал вид, что это его раздражает, но не мог ей ни в чем отказать. Он был таким нежным со мной. Иногда он даже приходил ко мне в комнату и устраивал со мной чаепитие. Можешь представить себе Дона, сидящего на полу с маленькой розовой чашечкой? — она всхлипнула и вытерла глаза салфеткой. Я протянула руку и сжала ее.
— Папа всегда был мягче со мной, чем с Маттео. Он говорил, что Маттео нужно быть готовым стать Доном. Но мы все любили друг друга. Папа очень любил маму. Я почти рада, что они умерли вместе, потому что не могу представить их жизнь друг без друга, — она сделала глоток воды и прочистила горло. — Это заставило меня понять, что я никогда не соглашусь на меньшее в браке. По мафиозным меркам я почти старая дева, но я не могу мириться с чем-то меньшим. Я заставила Маттео пообещать, что он никогда не заставит меня выйти замуж.
Я мечтала о такой жизни, об уверенности, что меня ждет любовь.
— Как он изменился после их смерти?
Сиенна посмотрела в окно, и я испугалась, что зашла слишком далеко. Прежде чем я успела извиниться, она заговорила.
— Он чувствует вину за то, что не спас их. Как будто мог их спасти. После их смерти мы прятались два года, пока он планировал свержение нашего дяди. Мы были вместе, но как будто его не было рядом. Он считает, что единственный способ быть хорошим Доном — отгородиться от своих чувств.
Я ненавидела ту боль, которую они испытали, и то, какими одинокими были. Не представляю, что было бы, если бы у меня не было Милы.
— В любом случае, хватит грустных разговоров, — Сиенна ярко улыбнулась. — Расскажи мне о своей семье.
— Ой… — я замялась, не зная, что рассказать.
Не была уверена, что кто-то в Братве имел счастливую семью.
— Особо нечего рассказывать. У нас маленькая семья — только мои родители, Мила и Дима. Я была близка с бабушкой, но она умерла, когда я была маленькой.
Я откусила кусок хлеба, чтобы выиграть немного времени.
— Я не близка с родителями, — наконец я сказала, содрогнувшись от преуменьшения века. — Но мы с Милой лучшие подруги.
— Мне это нравится. Сколько ей лет?
— Девятнадцать.
— Ааа, такая молоденькая. Она должна приехать в гости. В нашем здании слишком много мужской энергии. Нам нужно больше девушек, чтобы мы могли их одолеть.
Я рассмеялась ее недовольному выражению.
— Одолеть их?
— Нашей женской энергией, — подмигнула она.
— Я бы очень хотела, чтобы она приехала. Я сильно по ней скучаю.
Теперь настала моя очередь сдерживать слезы. Я сделала большой глоток воды.
— Ну, это одно из преимуществ владения частным самолетом. Нам нужно запланировать ее визит.
Я не была уверена, что Пахан разрешит ей приехать, но, возможно, союз с Маттео сделает его более сговорчивым. Если я смогу убедить Маттео попросить его.