Инимити.Игрушка с характером (СИ)
Амин с трудом приходил в себя, ощущая как пульсирует в висках тупая боль. Тихий стон сам собой сорвался с губ и молодой воин предпринял попытку пошевелить непослушными конечностями. Колючие ветви кустарника, окружающие его со всех сторон тут же оцарапали не прикрытые участки кожи, добавив неприятных ощущений. Повернув тяжелую голову, альвеец с ужасом обнаружил рядом с собой труп Нагима и тут же вспомнил что с ним случилось и как он оказался в таком плачевном состоянии.
Не смотря на то, что двигаться все еще было трудно, Амин ползком покинул заросли кустов и буквально вывалился на садовую дорожку, не обращая внимание на сбившееся дыхание. Самой первой мыслью было позвать на помощь, но разумное опасение по поводу того, что на зов может откликнуться вовсе не тот, кого он ожидает, заставило его отказаться от заманчивой идеи.
Страх перед той жуткой тенью, которая убила Нагима холодил душу, заставляя альвейца беспокойно озираться по сторонам и вздрагивать от каждого шороха.
Неожиданно, со стороны дворца показались три силуэта, которые быстро и бесшумно мчались в сторону Амина. Кто это? Свои? А если нет?
Решив не искушать судьбу, которая и так проявила к нему благосклонность и позволила остаться в живых, воин осторожно попятился обратно к кустам, надеясь остаться незамеченным. Но увы, маневр не удался.
В какой именно момент один из тех крадущихся в темноте незнакомцев переместился к нему за спину, Амин так и не понял. Холодная сталь прижатая к горлу вообще мало способствовала мыслительным процессам. Альвеец тихо охнул и сдавленно прошептал:
— Не убивайте… пожалуйста!
— Молчать! — от голоса раздавшегося над самым ухом, ноги Амина едва не подкосились. Пожалуй, такой ужас как в этот момент молодой воин не испытывал еще никогда. Словно сам посланник Мрака поднялся за ним из подземных чертогов и теперь стоит за спиной, готовый оборвать его жизнь в любую секунду.
Тем временем, двое других незнакомцев успели подойти достаточно близко чтобы Амин смог их разглядеть. Одной из них, оказалась альвейка — пленница повелителя Элихана, а вторым, был чужеземный мальчишка-наемник, который, насколько знал Амин, был притавлен к девушке в охрану.
— Ты что, собираешься его убить? — недовольным шепотом поинтересовалась альвейка, глядя куда-то за спину Амина.
— А что тебя не устраивает? — раздался в ответ пробирающий до дрожи, голос.
Сердце, и так казалось стучащее в груди на пределе, на мгновение замерло а затем забарабанило о грудную клетку с такой силой, что еще немного — и проломит ребра.
— Пощадите, прошу вас! — срывающимся голосом взмолился молодой воин, — Я никому ничего не расскажу, клянусь!
— Конечно не расскажешь! — почти ласково раздалось над ухом, — Мертвые вообще не слишком разговорчивы.
— Нет! — Амина начало мелко потряхивать, — Я могу помочь… я проведу вас за стены…
— В этом нет необходимости. — Заверил все тот же вкрадчивый голос, и неожиданно задумчиво добавил: — Хотя… у тебя есть Дар.
Хоть страшный незнакомец не спрашивал а утверждал, Амин одними губами прошептал:
— Да.
— Тогда ты действительно сможешь нам пригодиться. Иди вперед и не вздумай делать глупости.
На негнущихся ногах, молодой воин выполнил приказ, и чуть пошатываясь, двинулся в заданном направлении. Позади послышался голос альвейки:
— Зачем он тебе нужен?
— Лишняя энергия всегда пригодится. Тем более, ты вроде бы не хотела оставлять здесь своего друга.
— Что? — потрясенно и недоверчиво воскликнули, правда не очень громко, два голоса.
— У мальчишки есть Дар. Причем не слабый. Если использовать эту энергию, переход вполне сможет выдержать троих.
Со стороны наемника послышался громкий облегченный вздох, а девушка задала тот вопрос, который мучил и самого Амина:
— А этот воин… он выживет?
— Да. — Коротко отозвался все-тот же, леденящий душу голос. — Только Даром пользоваться уже вряд ли когда-нибудь сможет.
Амин позволил себе перевести дух. Главное — он останется жить. А что без Дара… неприятно конечно, но все лучше чем оказаться на месте Нагима.
Наконец их странная процессия окончатльно углубилась в дворцовый сад, и вышла к небольшой полянке, в центре которой тускло мерцала странного вида пентаграмма испещренная непонятными символами, которая вновь натолкнула Амина на мысли о нечеловеческом происхождении шедшего позади незнакомца. Молодому воину даже подумалось, что пентаграмма эта скорее всего открывает проход не куда-нибудь, а прямиком в подземные чертоги Мрака. Ох, главное не утащили бы за собой во тьму его бессмертную душу!
— Стой! — приказал страшный незнакомец, когда до светящегося контура оставалось менее пяти шагов.
Амин послушно остановился, не рискуя оборачиваться.
— Когда я дам сигнал, одновременно шагнете в центр пентаграммы. — Меж тем раздавал указания девушке и наемнику все тот же холодный властный голос.
И вот наконец, Амин смог увидеть того, кто наводил на него такой необъяснимый ужас. Высокий худощавый человек с волосами забранными в низкий хвост, ничего не выражающим лицом и пронзительным, тяжелым взглядом серо-стальных глаз. Вроде бы, ничего особо примечательного, но молодому альвейцу еще острее захотелось оказаться от этого опасного чужака как можно дальше.
Мужчина тем временем, дождавшись когда его товарищи встанут у мерцающей черты, простер руки на пентаграмме и сосредоточенно замер, забыв казалось, обо всем на свете.
"Это шанс!" — мелькнула в голове шальная мысль, но ноги словно приросли к земле, не давая альвейцу пошевелиться.
Вдруг, Амин почувствовал тянуще-сосущую боль в груди, и опустив голову вниз, широко раскрыл глаза, увидев как от того места, где у него находится сердце, к жуткому незнакомцу тянется тонкая, жемчужно-белая, мерцающая нить. Постепенно, пентаграмма начинала сиять все сильнее, в то время как сознание Амина неотвратимо заволакивала алая пелена тумана.
Последнее что услышал воин перед тем как впасть в небытие, был ставший ненавистным, голос:
— Пора!
Глава 21.
Лестьен.
— Плохо, Ваше Высочество, очень плохо! — недовольно заметил Релье, опуская дэкри-ко, — Вы изрядо подрастеряли былое умение за последние месяцы.
— Без тебя знаю! — хмуро отозвался Лестьен, потирая отбитое плечо. Эта тренировка отняла у него много сил, и принц с неудовольствием отметил что он уже далеко не так хорош как раньше. К тому же постоянное беспокойство за Дэнну не давало как следует сосредоточиться на бое, из-за чего он совершал довольно примитивные ошибки, словно новичок подставляясь под удар.
— Когда вернёмся в Грем-Ретт, придётся снова заняться Вашими тренировками. — Покачал головой Релье. — Наследный принц должен быть лучшим во всем, особенно в боевых искусствах.
— Для начала, нужно вернуться. — Усмехнувшись, напомнил Лестьен. — Даже если О-Гри удастся вернуть Дэнну и тем самым сорвать свадьбу, у Элихана ещё остаётся слишком много одаренных воинов которые могут противостоять войскам трёх держав. А если все, что говорил О-Гри правда, и альвейцы встанут на сторону самозванца, то нам придётся совсем туго.
— Большинство альвейцев до сих пор преданы Алишану. — Возразил Релье. — А если у отступника не останется козыря в лице принцессы Аиши, то его позиции заметно ослабнут. Так что, при толике удачи мы вполне сможем выйти из этого противостояния с минимальными потерями.
— Значит, нам остаётся только дожидаться новостей от О-Гри. — Вздохнул Лестьен, умолчав впрочем о том, что ждёт он возвращения имперца вовсе не потому, что это может как-то повлиять на исход борьбы с Элиханом. Он до дрожи боялся что что-то пойдёт не так и с Энн случится что-нибудь страшное.
Словно в ответ на его мысли, к месту тренировки быстрым шагом подошёл один из воинов:
— Ваше Высочество! Они прибыли!