Безрассудный (СИ)

— Мия, – шепчет он. — Я знаю, это нелегко слышать. Я умираю. Отрицание этого не поможет. Я принял это. Это то, что есть.
— Это нечестно! — плачу я. — Тебе всего двадцать шесть.
В его глазах покорное выражение, и это пугает меня больше всего.
— Не сдавайся, Маркус. У тебя есть столько всего, ради чего стоит жить. – Он обнимает меня, а я повторяю эти слова снова и снова.
Маркус не может умереть. Я не позволю ему умереть. Джекс сказал, что позаботится об этом. Я поговорю с Джексом, и вместе мы найдем сердце для Маркуса. Мы не сдадимся.
— Я люблю тебя всем сердцем, Мия.
Я возвращаю эти слова, желая отдать ему свое сердце.
~
После занятий танцами на шесте, которые состояли в основном из падений на задницу, я иду к Маркусу. Я не могу думать ни о чем другом с тех пор, как вышла из его офиса сегодня днем. Я не могу продолжать жить так, как будто он не умирает. Если наше время ограничено, то я хочу провести его с ним как можно больше.
Я стучусь в его дверь и жду некоторое время, пока он откроет. Я потрясена тем, что вижу. Он выглядит так, как будто не спал много лет.
— Маркус, – вздыхаю я, проходя за ним внутрь. Его плечи сгорблены от тяжести смерти.
Я закрываю дверь и бросаюсь к нему. — Садись. Есть что–нибудь, что я могу тебе принести?
— Я только что принял лекарства. Что ты здесь делаешь? — Он откидывается назад, и только сейчас я замечаю, как он похудел. Он ловит мой взгляд и смеется. — Костюм с подкладкой, чтобы скрыть потерю веса. Мне их шьют на заказ, чтобы парни не заметили. Я не готов делиться этим с ними. – Он горько усмехается. — Я крашусь, как чертова девчонка.
Я опускаюсь перед ним на колени, кладу руки ему на колени. Я чувствую, какой он холодный, прямо через материал. Я встаю и иду в его комнату, и когда я вижу, что покрывала на кровати в беспорядке, я снова поворачиваюсь к нему. Я беру его за руку и тяну вверх. Обняв его, я помогаю ему лечь в постель, а когда он ложится, укрываю его.
— Почему ты все еще работаешь? Тебе нужно отдыхать, чтобы ты был сильным, когда мы найдем сердце.
Он закрывает глаза, как будто испытывает физическую боль. — Я не собираюсь просто лежать здесь и тратить силы. Я рассказал тебе только потому, что я в долгу перед тобой. Мне не нужна твоя жалость, Мия.
— Ты задолжал мне?
— Список Screw crew. Это правда, Мия, то, что происходит вокруг.
— Нет, Маркус, никогда так не думай, — шепчу я. Я беру его руку и держу ее в обеих своих. — Я не виню тебя за то, что случилось с Джози. Это ее вина. – Я делаю глубокий вдох. — Я не жалею тебя, Маркус. Я забочусь о тебе. Я хочу помочь тебе, потому что мы семья.
— Не расстраивайся, Мия. Ты была права. Я облажался. Хочешь знать, что хуже всего?
— Что может быть хуже?
— Ее зовут Уиллоу. Она жила в одной комнате с Деллой и Иви. Я не знаю, встречалась ли ты с ней. Она... она умная и упрямая. Она очень похожа на тебя. Я оттолкнул ее, но все, что я хочу сделать прямо сейчас, это обнять ее и сказать ей, как сильно я ее люблю.
Я целую его руку, желая сделать все лучше для него.
— Почему ты оттолкнул ее?
Его глаза наполняются слезами, и я быстро вытираю одну из них, когда она вытекает.
— Я, блядь, умираю. Ты бы хотела быть с гниющим куском плоти?
Его слова жестоки и безжалостны, они разбивают мое сердце.
— Не говори так, и да, я бы хотела. Если бы Логан был в твоем положении, я бы хотела провести с ним каждую секунду. У меня нет гарантии, что завтра он будет здесь. Я усвоила этот урок, когда мои родители были вычеркнуты из моей жизни.
— Я не могу так поступить с ней. Я слишком сильно ее люблю.
— Подумай об этом, Маркус. У нее есть шанс полюбить тебя, почувствовать твою любовь, но ты лишаешь ее этого. Если случится худшее, и ты умрешь, она останется с мыслью, что ты никогда не заботился о ней. Я бы хотела, чтобы у меня остались воспоминания о том, что я была любима и что, хотя он ушел, его любовь будет со мной всегда, и никто не сможет отнять ее у меня. Люби ее, пока можешь.
Он подносит мою руку ко рту и целует ее в тыльную сторону. — Когда ты успела вырасти и стать такой удивительной женщиной?
  
Я просто качаю головой на его комплимент, но я зарываю его глубоко в сердце, где я буду им дорожить.
— Можешь сделать мне одолжение? – спрашивает он. — Возьми мой телефон.
Я протягиваю руку и беру его, затем смотрю на него.
— У меня не хватает смелости сказать ей об этом наедине. Может, ты позвонишь ей и попросишь приехать? Ты останешься со мной?
— Конечно. – Я смаргиваю слезы и прокручиваю его контакты, пока не нахожу Уиллоу. Я нажимаю на ее имя и включаю громкую связь.
— Маркус? — Она удивлена, что он позвонил ей.
— Уиллоу, это Мия. Я младшая сестра Ретта и подруга Маркуса. Он попросил меня позвонить.
— С ним все в порядке? – спросила она, теперь уже напряженно.
— Ты можешь приехать к нему, чтобы мы могли поговорить?
— Сейчас?
— Да.
— Я буду там через десять минут.
Я кладу телефон обратно на подставку. Он начинает садиться, но я останавливаю его, слегка прижимая к подушкам.
— Что ты делаешь? Ты должен отдыхать.
— Я не позволю ей увидеть меня в постели – говорит он, все еще оставаясь тем гордым человеком, которого я всегда знала.
— Маркус, не скрывай от нее эту сторону. Если ты собираешься впустить ее, ты должен верить, что она сможет справиться и с хорошим, и с плохим.
— Ты права. Мне это ни капельки не нравится, но ты права. – Он опускается обратно, его лицо бледнеет.
— Тебе больно? Могу я принести воды?
— Воды, пожалуйста.
Я бегу на кухню и наполняю кувшин водой и льдом. Схватив стакан, я спешу обратно к Маркусу. Я наливаю ему стакан и смотрю, как он делает несколько глотков, а затем помогаю ему поставить стакан на приставной столик.
— Я действительно думаю, что тебе следует прекратить работу, по крайней мере, пока ты не почувствуешь себя лучше. Ребята тоже должны знать. Изнурять себя подобным образом, чтобы сохранить притворство, просто глупо, Маркус. Сделай перерыв в работе и отдохни. Тебе понадобятся силы для предстоящей борьбы. Скажи ребятам, чтобы они поддержали тебя.
Долгое мгновение он только смотрит на меня. Я не могу понять, думает ли он о том, что я только что сказал, или расстроен моей откровенностью.
— Я не знаю, как сказать Джексу. Как сказать своему лучшему другу, что я никогда не буду его шафером? Я не буду там с сигарами, когда родятся его дети. – Выражение боли на его лице настолько сильное, что у меня на глаза наворачиваются слезы.
Он сильно прижимает ладони к глазам.
— Это невообразимо, думать, что через десять лет я не буду частью его жизни. Как я скажу самому важному человеку в моей жизни, что я умираю?
Я тяжело сглатываю, расширяя глаза, чтобы сдержать слезы.
— Ты не должен говорить ему, что умираешь, Маркус. Скажи ему, что ты болен. Ты еще не умер. У тебя еще есть время с ним, с Уиллоу, со всеми нами. Не трать это время на мысли о том, что ты пропустишь. Проведите время, занимаясь любимым делом, с теми, кого ты любишь. Ты все еще можешь быть частью жизни каждого, даже если ты покинешь нас. Запиши свои мысли на годы вперед. Напиши свою речь шафера. Напиши, что бы ты хотел сказать Джексу, когда родится его первый ребенок, и добавь сигары в конверт. Ты все еще можешь быть здесь. То, что ты можешь уйти раньше нас, не означает, что ты уйдёшь. Ты никогда не исчезнешь из нашей жизни и наших сердец.
Я вижу, что мои слова доходят до него, и если мне не кажется, то я даже вижу искру прежнего Маркуса в его глазах.
— Тебе нужно стать медсестрой, Мия. У тебя есть способ проявлять сострадание, не заставляя больных чувствовать себя молящими о смерти.
Я сморщила нос. — Ты думаешь?
— Да, поверь мне. Из тебя получится отличная медсестра или, может быть, ты будешь работать в больнице. Твоя честность очень важна и нужна, когда сталкиваешься со смертным приговором. Ты помогла мне найти перспективу и даже немного надежды. Я буду чертовски зол на себя, если проведу свои последние месяцы, жалея себя.