Закон Арены

На меня ринулся было болотный в бронике, выхватывая из чехла на поясе небольшой топор, – и тут же улетел метра на два назад, получив пулю в центр бронежилета и сбив своим телом с ног еще двоих…
Что и говорить, патрон 12,7×55 мм СЦ-130 – фантастическое по своей смертоносности изобретение. Даже если он после моего выстрела и не пробил грудную бронепластину нападающего, то запреградное действие пули превратило внутренности болотного в коктейль из раздробленных костей и мяса, разорванного в клочья. После такого удара выжить мог разве что ктулху, но не человек.
Однако, как бы лихо я ни стрелял из своего автомата, жуткого по своей эффективности, все-таки посетителей бара было намного больше – и они через несколько секунд уже поняли, что в живых я не собираюсь оставлять никого.
И ринулись в атаку.
Мне бы пришлось несладко, но тут в дело вступила Варвара. Краем глаза я видел, как она неумело щелкнула переводчиком огня и, дослав патрон в патронник, принялась стрелять.
Тоже, к сожалению, не особо умело.
Я вообще не любитель стрельбы очередями из автоматов Калашникова, особенно старых серий. Ствол тащит вправо и вверх, так что прицельно работать крайне затруднительно. Ну и, само собой, патроны в магазине заканчиваются с катастрофической скоростью.
Но Варваре, которая принялась поливать очередями вражью силу, было простительно. В ее мире огнестрельное оружие двухсотлетней давности было в жесточайшем дефиците, а патроны к нему – тем более. Потому практики у нее, считай, вообще не было. И это моя ошибка, что еще на Распутье Миров я не заставил ее отстрелять по мишеням хотя бы пяток магазинов. Результат того, что привык думать только о своих проблемах…
А сейчас Варвара стала проблемой для меня.
Когда пули летят веером, высока вероятность, что парочка из них может прилететь и в тебя. Потому я дернулся в сторону, уходя с линии ее выстрела… и почувствовал, как мою шею сжали стальные тиски.
«Еще одна ошибка…» – промелькнуло у меня в голове.
Ну конечно, это был Мебиус.
Когда я начал стрелять, бармен нырнул под стойку – отражение его нырка я заметил в оконном стекле. А сейчас, чуть я замешкался, мутант вынырнул обратно и схватил меня сзади за шею.
Причем сделал это профессионально, сдавив обе сонные артерии. Я сразу почувствовал, что отъезжаю, – типичный эффект от применения такого приема. Причем бармен еще и со страшной силой потащил меня на себя, усиливая воздействие и пытаясь оторвать мои ноги от пола. Сейчас он фактически вешал меня своими лапищами, сплетенными в смертоносный замок.
– Настала пора познакомиться с моей петлей, сталкер! Клянусь Зоной, сегодня она точно не останется без работы! – прохрипел мне в ухо мерзкий голос, и я увидел нависшую надо мной мерзкую харю мутанта. Мелькнула мысль попытаться сунуть в нее ствол АШ-12 и нажать на спуск, но руки уже стали наполовину ватными, и сил в них едва хватало на то, чтобы удержать автомат…
Но тут случилось странное.
АК Варвары тоже заглох – ожидаемо закончились патроны. И в тишине, на мгновение повисшей над окровавленным интерьером бара, я отчетливо услышал смачный плевок, раздавшийся в том месте, где стояла девушка.
Почти немедленно хватка Мебиуса ослабла.
И понятно почему.
На его харе внезапно появилась густая пенящаяся масса, залепившая всю морду. Немедленно раздалось омерзительное шипение, и в ноздри мне шибанул сладковатый запах разлагающейся плоти.
А потом Мебиус заорал.
Страшно заорал.
Так, что аж у меня что-то внутри рефлекторно сжалось. Так жутко кричать может живое существо, лишь испытывая невероятную, запредельную боль. А судя по тому, как быстро, почти мгновенно пенящаяся масса сожрала до черноты лицо мутанта, страдания он испытывал адские.
Но мне его переживания были до лампочки, так как кто-то из посетителей бара уже схватился за ствол моего автомата, а кто-то, судя по характерному звуку, наконец додумался снять с предохранителя пистолет.
Потому действовать надо было максимально быстро – и пофиг, что от асфиксии руки еле шевелятся, а окровавленных баров перед глазами плавает аж целых два.
  
Я со всей силы рванул автомат на себя, выдирая его из рук схватившего – и, выдрав, ткнул нападавшего стволом в живот, нажав на спуск.
Свинцовую таблетку такого калибра болотный переварить не смог, потому просто отлетел назад, снеся собой стол и открыв мне обзор не очень приятного свойства. Ибо мне в голову целился какой-то орущий бородач с безумным взглядом и раззявленной беззубой пастью, держа в руке самого настоящего «Пустынного Орла».
Конечно, быть пристреленным из знаменитого пистолета-«слонобоя» участь почетная, но у меня были еще кое-какие дела на этом свете. При этом я понял, что бородач пальцем уже выбрал слабину спуска, потому я, на всякий случай быстро сползая вниз спиной по стойке, рухнул на пятую точку, одновременно выстрелив в направлении бородатого владельца легендарного пистолета.
Падение на нижнюю чакру оказалось правильным решением: пуля, взвизгнув над моей головой, сорвала капюшон и обожгла макушку. А вот орущий бородач остался стоять на месте…
Я уж подумал было, что промахнулся, но тут увидел сквозь его открытую пасть кусочек чистого синего неба. Оказывается, моя пуля пробила гортань владельца «Пустынного Орла» и заодно вынесла входную дверь, отчего и получился визуальный эффект небесной синевы между беззубыми челюстями.
А потом бородач, наконец осознав произошедшее, медленно закрыл рот – и умер, грохнувшись на пол. При этом его пистолет проехался по скользкому, залитому кровью полу и ткнулся мне в каблук берца. Интересный знак. Будто оружие, словно бойцовская собака, покинувшая нерадивого хозяина, выбрала себе нового.
Это было как нельзя кстати, так как патроны в моем автомате закончились.
Я вертанулся на полу, освободив руки от АШ-12 и подхватывая «Пустынного Орла», еще раз крутанувшись, поднялся во вращении – и понял, что стрелять больше не в кого.
Нет, я не комиксовый супергерой, способный в одну харю завалить наглухо двадцать человек двадцатью патронами. На полу корчились человек пять раненых, плюс Мебиус выл как ненормальный, закрывая дымящуюся морду всеми четырьмя ладонями, которые тоже дымились и шкворчали, как сало на сковородке.
Также, помимо зарезанного Варварой болотного и двух ею сильно ударенных, она скосила из автомата еще троих. А остальных, да, уделал я, в основном благодаря эффекту неожиданности, который в драках один против многих есть единственная возможность вывезти эту драку и при этом остаться в живых.
Сама Варвара сидела, прислонившись спиной к стене и держась за окровавленную руку выше локтя. Стало быть, ей все же прилетело. Но прежде чем кидаться к женщине с помощью, нужно было доделать дело, ибо недобитый враг обязательно попытается добить тебя, как только немного оклемается от боли и шока.
Я не помнил, сколько патронов в «слонобое», так как не слишком хорошо знал этот дорогой пистолет, непонятно каким образом оказавшийся в Зоне. Но оказалось, что их в нем ровно столько, чтобы закончить начатое.
Отдача в ладонь у «Орла» оказалась жестковатой, аж основание большого пальца заныло.
Грохот при выстреле – значительный, будто из помпового ружья шарахнул.
Рывок ствола вверх при выстреле – вообще жесть! Понятно, почему бородач второй раз выстрелить не успел по живой мишени, резко ушедшей вниз: пока после первого выстрела прицелишься, из тебя уже решето сделают.
Но мощь пистолета была, конечно, впечатляющей.
Один из лежащих на полу довольно шустро потянул из кобуры револьвер, но я выстрелил раньше, развалив надвое череп болотного. А потом прекратил мучения остальных раненых. В Зоне, где нет госпиталей, зачастую такая помощь в радость даже друзьям, раны которых невозможно залечить бинтом из аптечки. Для врагов же она – великодушный подарок. Так лучше и благороднее, нежели оставить раненого человека и уйти – а ночью мутанты, привлеченные запахом крови, будут рвать его заживо…