Огонь в его ярости (ЛП)

И именно поэтому она так счастлива. Дело не в том, что он дикий и опасный. Дело не в том, что он самый страшный хищник в округе. Дело в том, что он так беззаветно предан ей и влюблен в нее. Она — центр его вселенной. Он готов на все ради Клаудии, и солнце встает и садится в ее глазах, когда дело касается его. И это то, что делает меня такой завистливой и одинокой одновременно.
Я закрываю за собой дверь и погружаюсь в удушающую жару. Я зажигаю свечу, чтобы не было совсем темно, и мне нужно почитать книгу «Чужестранка». Она очень толстая, а история интригующая… но я не могу сосредоточиться на этом. Сегодня мои мысли витают в других местах.
Несколько дней назад я совершила очень, очень плохой поступок.
Однако я жду. Я не хочу, чтобы моя сестра заходила в мою комнату. Когда я слышу, что ее смех становится хриплым и отдаленным, я подхожу к двери в свои комнаты и прислушиваюсь. Я ничего не слышу, а это значит, что они, вероятно, удалились в свою спальню. Вероятно, они пробудут там какое-то время. Я стараюсь не думать об этом слишком много и задвигаю засов на своей двери. Если кто-нибудь спросит, я скажу, что спала голой.
Покончив с этим, я направляюсь в дальний конец комнаты, где стоит моя стремянка, и оттаскиваю ее в угол. Когда я украшала комнату шарфами, я заметила, что воздуховоды в этой комнате были достаточно большими, чтобы протиснуться человеку, и однажды, когда мне было скучно, беспокойно и я была так несчастна, что готова была закричать, я забралась в один из них, чтобы посмотреть, куда он ведет. Сегодня я откидываю шарфы и снова открываю его, а затем забираюсь внутрь. Мое колено протестующе пульсирует, но я не обращаю на это внимания. Если бы я останавливалась каждый раз, когда у меня болело колено, я бы никогда не вставала с постели. Я забираюсь внутрь и, извиваясь, пробираюсь вперед, стараясь перенести вес своего тела с больной ноги. Воздуховод делает поворот, а затем огибает внешнюю стену здания, и следующий спуск происходит через несколько комнат, в одном из старых офисов.
Вот куда я направляюсь. Решетки там нет, потому что я сняла ее несколько месяцев назад. Клаудия ничего не заметила, потому что она никогда не ходит в этом направлении. Она придерживается своего маленького уголка в самом здании. Остальная часть здания разрушена и бесполезна, но в этом месте есть то, что мне нужно.
Там есть окно.
Я выскальзываю из воздуховода и вхожу в комнату. Пол скрипит и в некоторых местах кажется немного рыхлым, поэтому я осторожно балансирую своим весом, двигаясь вперед. В этом старом офисе громоздятся сломанные, перевернутые столы, пара компьютеров и что-то похожее на остатки копировального аппарата. Бесполезный хлам в будущем. Ни у кого нет офиса, никто не занимается бумажной работой, и никто не занимается компьютерами. Я прохожу мимо них и направляюсь к окну.
Оно пыльное, покрыто грязью и пеплом, но я могу видеть снаружи. И отсюда я могу видеть на многие мили вокруг. Здесь нет ни ветерка, и в этой комнате так же душно, как и в моей, но вид захватывает дух. Я тяжело опускаюсь в кресло, на котором не хватает нескольких валиков, и просто любуюсь видом.
И я думаю о том плохом поступке, который я совершила…
Когда мы помогали подруге моей сестры Эмме и ее дракону Зору, они использовали меня в качестве приманки для запаха, чтобы выманить врага Зора, злого человека-дракона по имени Азар. Я не знаю всех подробностей — Клаудия многое скрывает от меня, чтобы обезопасить. Но это был один из немногих шансов, которые у меня были, выбраться из своей комнаты на открытое место. И… Я уронила свои трусики в кусты, когда никто не видел.
Трусики действительно идеальны, даже если мысль о том, что кто-то их найдет, заставляет меня краснеть. Это та одежда, которая, кхм, впитывает больше всего моего запаха, и она маленькая, и ее легко спрятать. По моему запаху… другой дракон может найти меня. Неспаренный.
Тогда он сможет прийти и спасти меня, как Рапунцель, освобожденную из своей башни. Он может любить меня так, как любит супруг моей сестры, и я буду в безопасности и о мне будут заботиться. Мне больше не придется проводить еще один долгий день в этой душной комнате-коробке, задаваясь вопросом, в безопасности ли я. У меня будет то же самое, что есть у моей сестры.
  
«Вот она я. Приди и найди меня», — посылаю я миру, положив руку на окно. Если бы желание и надежда могли нести мысли в мир, мои были бы стремительной пулей со всей потребностью, которую я вкладываю в них.
Наверняка где-то есть кто-то для меня, дракон, такой же одинокий и нуждающийся в ком-то, кого можно любить, как и я.
Глава 2
Раст
Я держу крошечный кусочек материи, обернутый вокруг одного когтя, и пролетаю над человеческим ульем в поисках той, чей запах ощущается на бледно-розовом материале. Той, чей запах держит меня в плену.
Слабый, привлекательный запах со временем выветрился, но это не имеет значения. Я запомнил это наизусть и узнал бы где угодно. Сам по себе клочок не имеет значения, за исключением того, что он служит напоминанием, даже в самые безумные моменты, о том, что у меня есть цель. И поэтому я всегда ношу его с собой. Я не знаю, сколько времени прошло с тех пор, как я нашел его. Три дня? Тридцать? Время не имеет значения для моих мыслей. Дни текут один за другим в дымке дыма и жажды крови.
Это не имеет значения. Я не успокоюсь, пока не найду ее.
Моя пара.
Аромат на розовом кусочке многое говорит мне о ней, даже если я не знаю ее лица или имени. Я знаю, что она молода, она плодовита и у нее нет пары. Я знаю, что она не дракони. И я знаю, что к ней не прикасался другой мужчина, иначе я бы учуял его притязания.
Но там ничего нет, и поэтому я стремлюсь быть тем, кто предъявит на нее права.
Одной мысли о паре достаточно, чтобы сосредоточить мои рассеянные мысли, вернуть мне ясность после недель, месяцев, может быть, даже лет безумия. Вдыхание ее аромата дает мне направление, словно туннель ясности в диких, кровожадных мыслях, которые переполняют мой разум. На мгновение, на краткий миг, я могу вспомнить, кто я и что я такое.
Затем запах исчезает, и я снова теряюсь.
Однако я не сдаюсь. Между толчками и притяжениями моих безумных мыслей я остаюсь сосредоточенным на одной цели — найти свою пару. Она где-то здесь, рядом с этим человеческим ульем, и поэтому я буду преследовать ее, пока не смогу найти. Каждый день я поднимаюсь в небо, выискивая слабые следы ее запаха на ветру. Когда ничего не остается, я приземляюсь на землю и брожу по травам и каменистым развалинам этого места, пытаясь выделить ее прекрасный, легкий аромат из множества других, которыми наполнен мир.
Она где-то здесь. Я найду ее.
Я подношу обрывок к носу, еще раз глубоко вдыхая. Затем я поднимаю крылья и взлетаю выше, пытаясь поймать ветер. Инстинкт подсказывает мне, что я должен проверять везде, и это включает в себя как слабый, так и сильный ветер. Я проношусь по земле, когда наверху ничего нет, а затем, когда внизу нет ничего, кроме вони человеческого улья, я снова поднимаюсь в воздух.
Затем я нахожу это. Всего лишь след, не более чем намек, но она здесь. Где-то.
Я разворачиваюсь, с головой бросаясь навстречу ветру, следуя по ее следу. Это настолько незначительно, что его легко не заметить… За исключением того, что ее запах запечатлелся в моем сознании, разливаясь по моей крови. Несмотря на то, что он слабый, я могу его уловить и с нетерпением следую за ним.
Моя пара — она близко.
Я несусь по небу, но как бы сильно я ни летел, кажется, что ее запах не становится ни ближе, ни сильнее. Слабая нить этого остается такой же… слабой. Это расстраивает, но я не сдамся.
Не тогда, когда у меня есть намек на то, что она здесь. Что она так же реальна, как воздух под моими крыльями, а не просто плод моего измученного разума.
Целыми днями я кружу по одному и тому же району. По крайней мере, кажется, что прошло несколько дней. Время течет и сливается воедино. Я мало ем и меньше сплю, потому что не хочу упустить шанс почувствовать ее запах. Бесконечно я перебираю ароматы в воздухе, выискивая хоть одно долгожданное дуновение восхитительного аромата моей второй половинки. Когда он снова проносится мимо, я все бросаю и лечу на ближайший высокий насест. Там я сижу и вдыхаю ее аромат.