Солнечная тайна Изабель (СИ)

— Прошу вас, — снова повторила я, приглашающим жестом, указывая на стол, и гости принялись рассаживаться, гремя стульями.
Джузеппе Гуерро помог усесться своей сестре и пристроился по правую руку от нее, а его сынок сел слева от тетки.
Николло Моретти и Антонио Галли, заняли места напротив, а я, как хозяйка дома, села во главе стола.
— Угощайтесь, — мило сказала я, поглядывая на незнакомые мне блюда. — Моя Лучиана очень старалась, чтобы угодить вам.
Гости взялись за столовые приборы и первые минут десять, за столом слышался лишь стук вилок и ножей.
— Изумительное каччиаторе! — наконец произнес Джузеппе, и его сын согласно закивал головой.
— Полностью с вами согласен отец, ньокки тоже выше всех похвал! — он повернулся ко мне и с масляной улыбкой произнес: — У вас хорошая повариха, донна Изабель.
— Она не только повариха, но и моя помощница во всех делах, — ответила я, справедливо полагая, что так оно и было.
— Надеюсь, что она отправится с вами, когда вы покинете виллу? — он промокнул губы салфеткой и отставил мизинец. — Молодой девушке нужна компаньонка.
Не плохо… Они уже выселяют меня отсюда! Пусть я появилась здесь совсем недавно, и в моей голове творилось черти что, но эти слова оскорбили меня. Вернее, я оскорбилась за бедную девочку, в теле которой находилась. Господи… я представляю, если бы вместо меня здесь оказалась моя сестрица. Истерика, обмороки и печальный конец — дом для душевнобольных.
— Диего! — вдруг каркнула тетка Франческа и ударила его убийственным взглядом. — Это неприлично!
Я, было, подумала, что старая ворона одернула его из-за замечания о моем переезде из виллы, но нет… Она сложила худые, жилистые руки на животе и добавила:
— Естественно донна Изабель будет не одна! Даже если ее помощница откажется и дальше служить ей, то деньги, которые она выручит за «Мистико соларе» позволят ей нанять компаньонку. Конечно, поселиться в столь роскошном месте, как эта вилла не получится, но купить домик в приличном районе, вполне осуществимая затея. Со своей стороны я даже могу порекомендовать несколько районов с довольно недорогим жильем.
Я чуть зубами не заскрипела, слушая ее, но это было лишь начало. В разговор вступил Николло Моретти.
— Донна Изабель, если вы решите продать «Мистико соларе» мне, то я не стану торопить вас с переездом. Вы можете спокойно жить здесь, пока не найдете достойное жилье и да, я готов на свои деньги нанять вам компаньонку. Оплачу целый год.
О как! Этот разговор начинал вызывать во мне веселый интерес. Как же вам хочется этих земель… А значит, они представляют огромную ценность. Ну-ну, кто больше, господа?
Семейство Гуерро не на шутку всполошилось. Тетка Франческа сверкнула черными глазищами в прыткого Моретти и ее густые брови сошлись на переносице, а Джузеппе, внезапно севшим голосом, воскликнул:
— Не думаете ли вы сеньор Моретти, вести нечестную игру???
— Почему это нечестную? — он одернул свои короткие рукава и возмущенно погрозил ему длинным пальцем. — Не стоит так говорить, дорогой сосед! Я всего лишь хочу помочь донне Изабель! С каких пор, помощь одинокой женщине стала чем-то нечестным?!
— Не прикрывайтесь благородными намерениями! — голос Джузеппе перешел на фальцет. — Неужели вы думаете, что никто не понимает, что вы хотите завладеть «Мистико соларе»???
Я даже поставила локоть на край стола и подперла щеку кулачком, наблюдая за происходящим. Но вовремя опомнилась и снова села прямо — вряд ли так позволено сидеть благородной девице в приличном обществе. Хотя по поводу его приличности я бы поспорила.
Молчавший до этого Антонио Галли тоже подал голос. Он пригладил и без того прилизанные волосы и важно произнес:
— Я готов оплатить год обучения близнецов в папской семинарии. Ведь не в работники наниматься благородным юношам. Донна Изабель, уже сейчас пора думать о будущем ваших братьев.
Итак, он решил, что Марко и Матео ждет судьба священников. Ну, что ж, правильно — кем еще могут быть бедные дворяне?
Меня просто выворачивало от такой бесцеремонности и, сцепив под столом пальцы, я еле сдерживалась, чтобы не ляпнуть лишнего.
 
Пока Гуерро исходили злобой, Николло Моретти повернулся ко мне и спросил:
— Донна Изабель, пора принять решение. Кто удостоится чести стать хозяином «Мистико соларе»?
Я приняла решение мгновенно, и премило улыбаясь всем собравшимся, ответила:
— Я. Я удостоюсь чести быть хозяйкой «Мистико соларе».
— Что? — изумленные глаза моих гостей, уставились на меня с таким шоком, что я чуть не захохотала.
— Я останусь хозяйкой на своей вилле, — с готовностью и невыразимым удовольствием, повторила я. — Она больше не продается.
— Но это глупо! — воскликнул Николло Моретти, растерянно разведя руками. — Вилла придет в упадок! Виноградники погибнут! У вас не хватит опыта, чтобы привести здесь все в порядок! Ваш покойный отец, последние несколько лет только и знал, что спускал свое состояние в карты и вам, моя дорогая донна Изабель, не на что содержать все это!
— Он прав, — не смотря на показное спокойствие, Антонио Галли пошел красными пятнами. — Это глупое ребячество! Вы не понимаете, что делаете!
Франческа и Джузеппе смотрели на меня с плохо скрытым раздражением, а Диего увлеченно жевал, не поднимая лица от тарелки.
— Я прекрасно понимаю, что говорю и что делаю, — холодно ответила я, обведя всех своим коронным взглядом — от него в прошлой жизни нервничали мои конкуренты, а секретарши падали в обморок. — Благодарю вас за заботу о моей семье, но свое решение я менять не собираюсь.
За столом воцарилась тишина.
* * *
Лучиана тупо смотрела на меня и не находила слов, чтобы хоть как-то выразить свои чувства. Она побледнела и опустилась на стул, комкая в руках фартук. Наконец, первый шок прошел и она, заикаясь, сказала:
— Донна Изабель, что же вы наделали? Как мы будем жить теперь? Почему вы отказали им?
— Потому что, я вижу цену этим землям и уверена, что они могут дать больше, чем за них предлагают, — я не привыкла оправдываться за свои решения, но понимала, что такие резкие изменения в крошке Изабель, вряд ли окажутся без внимания. — Тем более, эта вилла, в которой жили мои родители.
— Если бы ваш покойный батюшка не стал просаживать все это в карты, то можно было бы поверить, что он дорожит «Мистико соларе»! — нервно воскликнула Лучиана и тут же всхлипнула. — Простите меня, донна Изабель, просто я так переживаю! Что же теперь будет…
— Не нужно так говорить о моем отце, — сказала я, но не потому что мне был небезразличен чужой человек, а для того, чтобы вытащить из нее хоть какую-то информацию и не навлечь на себя подозрения. — Он любил это место.
— Когда-то, да. — Лучиана вытерла слезы и посмотрела на меня покрасневшими глазами. — Пока была жива ваша матушка, все было по-другому… Но стоило ей умереть, как ваш отец сорвался во все тяжкие. Карты, вино и бесконечные долги.
— Я до сих пор не могу поверить, что матушку невозможно было спасти, — закинула я пробную удочку и Лучиана тут же попалась на крючок.
— Доктор приехал слишком поздно, ты помнишь, какая гроза бушевала в ту ночь? Все дороги развезло, и экипаж сеньора Галлиани увяз по самые рессоры. Когда он добрался на виллу, было уже поздно — ваша матушка скончалась от кровотечения, оставив Марко и Матео сиротами сразу после рождения…
История начинала проясняться — мать Изабель умерла при родах, а отец, не в силах справиться с горем, принялся топить его в вине и заглушать карточным азартом.
— Пусть простит меня пресвятая Дева, но если бы ваш отец не упал пьяный с лошади и не скончался на месте, сейчас бы вы жили в бедном квартале, в продуваемой всеми ветрами хижине, — проворчала Лучиана и покачала головой. — Возможно, так и будет. Вы ведь отказались выручить хоть какие-то средства за виллу и виноградники. Их могло хватить до замужества, а потом все расходы взял бы на себя ваш супруг. Вы очень милая и нашлось бы много сеньоров, желающих взять вас в жены. Какой-нибудь зрелый вдовец с деньгами вполне мог бы опекать и вас, и ваших братьев.