Амсдамский гамбит

А вот в Новом Свете дела обстояли несколько иначе, по крайней мере, если судить по доходившим до Марки слухам и… речам отца, чуть постаревшего, но по-прежнему острого умом и пользующегося изрядным уважением в тех кругах, что никак не могут прийти к мирному сосуществованию с карабинерами, жандармами и прочими шуцманами.
Иными словами, Марка принял совет отца, получил прощальный подзатыльник от матушки и, распрощавшись с прочей многочисленной роднёй, взошёл на палубу старого парохода, идущего в Амсдам. Океан оказался не так солён, как деволово Лисское море, зато работа кочегаром с лихвой отыгралась за эту маленькую радость. Вот когда Марка с ностальгией вспомнил работу на траулере брата. Но всё когда-то заканчивается, и рейс в Республику Нового Света не стал исключением из этого правила. На берег Марка ди Бенья сошёл чуть ли не вприпрыжку и, вселившись в нужный отель, с удовольствием завалился на кровать. И пусть постельное бельё было не ахти каким дорогим, но оно было чистым, да и… просто было!
Но долго отдыхать от тяжёлого океанского перехода Марке не позволило фирменное семейное шило в афедроне. Так что уже через пару дней он принялся за исполнение порученного отцом дела. Письма «от друзей» находили своих получателей и приносили самому Марке весьма полезные знакомства, а визиты в самые разные районы Амсдама позволили ему неплохо изучить город и разузнать обстановку в нём. Так, ди Бенья узнал, что вопреки когда-то слышанным в Тиррене слухам, жизнь криминального мира в Новом Свете, по крайней мере амсдамской его части, совсем не так проста и привольна. И дело вовсе не в особых умениях здешних законников, которые, стоит признать, кое в чём уступали даже ленивым взяточникам-карабинерам родного Талода. Но легче от этого не становилось. Криминальной вольницей, что, казалось бы, сама собой должна была взрасти в таких приятных условиях, даже не пахло. Теневой мир Амсдама был прочно поделен некими Семьями, жёстко контролировавшими свои «угодья» и крайне нервно реагировавшими на появление конкурентов.
Признаться, поначалу такое положение дел сильно разочаровало Марку, привыкшего к аморфным и рыхлым криминальным организациям Тиррена. Но, поразмыслив, ди Бенья, неожиданно даже для самого себя, воспрял духом. Авантюрная отцовская жилка вновь дала о себе знать, и Марка с нетерпением пустился в новую игру под названием «Царь Горы». Одиночка беззащитен перед Семьями? Значит, нужно войти в Семью… но это влечёт за собой то, что Марка ненавидел едва ли не больше, чем море и рыбную ловлю – подчинение. Затык? Ничуть. Не хочешь подчиняться чьей-то Семье? Создай свою собственную.
Именно этим ди Бенья и занялся. Поиск дела, которое бы не было «окучено» какой-либо из Семей, пожалуй, был одним из самых сложных этапов на этом пути. Но опыт… опыт матёрого мошенника, работающего головой, а не кистенём, принёс весьма нетривиальное решение. По крайней мере, именно так показалось самому Марке, успевшему почти год повариться в местном криминальном котле.
Что ж, он не ошибся. Почти. Семьи действительно не лезли в производственные предприятия, предпочитая доход от более простых и менее законных промыслов. Контрабанда и торговля ворованным товаром – от «списанного» военного имущества до золотых украшений; дань с окрестных магазинов и лавочек, отдаваемая на откуп уличным мордоворотам, составлявшим силовое крыло Семей; услуги «прачечных», способных как превратить машину, угнанную вчера в купленную сегодня, так и обеспечить документы, подтверждающие честность происхождения денег, битком набитых в ваш саквояж. Впрочем, подделка документов шла и отдельной статьёй в списке доходов амсдамских Семей. Как и подделка ювелирных изделий, и многое-многое другое.
С некоторой тоской ди Бенья поглядывал в сторону финансовых спекулянтов, но лезть в это змеиное кубло, плотно прикрываемое не только Семьями, но и реальной властью Республики, не рисковал. Это не Тиррен, здесь никто ни о чём предупреждать не будет, завалят сразу и наглухо.
Впрочем, полностью оставлять без внимания такой сладкий кусок ди Бенья не собирался. Просто отложил решение вопроса до тех пор, пока не сможет взять свою долю как равный с главами прочих Семей… а то и, чем демоны не шутят… с реальными правителям Республики. Но пока об этом и речи не шло, на очереди стояли задачи попроще. Набрать команду, оказать кое-какие услуги представителям этой Семьи, помочь с решением проблемы другой, получить с этого некоторый доход и… слушать, слушать, слушать. Копить связи, привязывать к себе нужных людей, подкупать чиновников и их семьи, проворачивать новые и новые схемы. Мелкие, на уровне уличного «кидка», но многочисленные, позволяющие держаться на плаву самому и нести всё растущие расходы.
 
Вал дел захлестнул Марку с головой, но он справился. Крутился, как белка в колесе, не раз ходил по лезвию ножа, лавируя меж интересов Семей, стараясь пореже мелькать в сводках РСУ, но выплыл и взялся за основную часть плана. Первыми под него ушли несколько мелких конторок, поставлявших кое-какие материалы на одну не слишком большую, но вполне прибыльную фабрику, дымившую на пол-Дортлана. Спустя полгода, два сгоревших склада и один инфаркт владелец компании «продал» представителю ди Беньи, уже заработавшему в некоторых кругах прозвище Лис, солидный пакет привилегированных акций своей фабрики. И это стало первым серьёзным успехом. Но ушлый Марка не стал почивать на лаврах и… предложил одной из Семей услуги «своей» фабрики в качестве «прачечной». Точнее, одного из звеньев таковой, превращавших абсолютно нелегальный товар и деньги в чей-то вполне законный доход. Семья Цорен по достоинству оценила этот жест. Мелкий мошенник не ставил себя вровень с ними, не пытался вытащить изо рта кусок их пирога, он предлагал то, что Семьи, сосредоточившиеся на собственных «делянках», никогда не делали друг для друга – полноценное сотрудничество. Не сразу, но Цорен согласились на эксперимент и не пожалели. Чистая, не светившаяся ни в каких схемах фабрика стала неплохим подспорьем для их дела. Да и самому предприятию это сотрудничество пошло на пользу. Выросла прибыль, началась модернизация производства, увеличились и доходы владельцев. Марка довольно вздохнул и нацелился на следующую «корову».
Следующие четыре года стали для теперь уже Толстого Лиса периодом бешеного роста. Естественно, без неприятностей не обходилось, но никакие проблемы с законом, наглыми залётными бандами и непокорными «коровами» не могли остановить тирренца на пути к цели. Умелый шантаж и устрашение неплохо срабатывали на недогадливых дельцах, залётные отморозки быстро убеждались в своей несостоятельности… порой уже после смерти, ну а вопросы с законом решались солидными брикетами с наличностью, перекочёвывавшими в карманы его служителей. И всё было бы совсем замечательно, если бы не письма отца.
О, нет, как и всякий выходец из Тиррена, Марка чтил и уважал своего батюшку и, даже оказавшись за тысячи миль от него, со всей сыновней искренностью и рвением исполнял те задания, что поручал ему в своих письмах Арно ди Бенья из далёкого Толада. Тем более что они позволяли, особенно в начале его жизни в Амсдаме, свести немало полезных знакомств и показать себя как достойного доверия разумного, насколько таковое вообще можно представить в теневом мире Республики.
Но шло время, и Марка стал замечать, что кое-какие поручения его отца становятся неуместны уже для его собственного дела. И это было плохо. Перечить отцу не хотелось, как и вступать в конфронтацию с теми людьми, что стояли за его спиной, чью волю в Новом Свете исполняли, возможно, десятки таких, как сам Марка. Вот и выходило, что выполнение заданий из Тиррена начало наносить существенный вред собственным делам Толстого Лиса, а невыполнение их грозило большими неприятностями для самого Марки и, возможно, для его родных, оставшихся в Толаде. А тут ещё и Семья Цорен отчего-то закусила удила. Так-то, оно, конечно, ясно, что с принятием акта Боусона у Семей Амсдама резко выросли доходы, и Цоренам, ввиду появления огромного количества «чёрного нала», срочно понадобилось расширять список «прачечных», но это ведь не повод, чтобы так давить на «коров»! Как бы кто ни подмазывал законников, но и они не могут просто сидеть и ничего не делать, когда в Дортлане, что ни день, то горит очередной склад какого-то упрямого дельца, а конторы на благопристойном Амсдамилле то и дело подвергаются налётам каких-то отморозков.