Обуздать огненного демона (СИ)

И, как оказалось, не только она любила ранние подъемы.
Мужская рука тут же обняла её, снова притягивая в свою сторону. Щетинистый подбородок приятно уколол шею, сменившись прикосновением чуть шершавых сухих губ.
Дамиан с удовольствием поцеловал невесту в шею, сместился чуть выше, к щеке и высокой скуле, после снова вернулся к тонкой шее. Только что проснувшаяся, с разметавшимся темными локонами по подушкам и одеяле, с чуть припухшими после ночи губами. И в этой невесомой и, как оказалось, полупрозрачной ночной сорочке под одеялом. Сейчас Алеминрия вызывала в нем дикое, просто немыслимое по своей дикости желание.
Мужчина чуть было не застонал в голос, чувствуя возрастающее в теле болезненное напряжение. Сердце тут же пропустило удар, чтобы ускориться в несколько раз, а мускулистую фигуру обдало предательским жаром. Тьма!.. Он уже довольно долго как отказался от чужих женщин и физиология становилась просто беспощадна.
Рия же просыпалась медленно, расслабленно — выходной день это позволял. Подняла руки вверх, потягиваясь на широкой кровати. Одеяло суть соскользнуло вниз с соблазнительного тела, обнажая еле прикрытую полную высокую грудь и впавший плоский живот. Ткань сорочки сейчас больше издевалась, чем прикрывала — легко можно было рассмотреть любой изгиб, рельеф, даже каждую родинку. Кажется, она даже не задумывалась как выглядит и что делает. Просто банальные привычки, жестоко провоцирующие рядом лежавшего жениха.
В момент, когда Рия изогнулась в пояснице, приподымая коленом одеяло у них в ногах, Дамиан не сдержался. Так и навис сверху, одной рукой взяв её за шею, а второй скользнув вниз, оставив на пояснице.
— Ты так желаешь хорошего утра? — Она легко усмехнулась, когда жених после короткого прикосновения к губам, расцеловал её ключицы. Ладонь на пояснице переместилась вправо, обхватывая бедро, приподымая. А после поглаживая пальцами, двигаясь к колену и обратно.
— Ты даже не представляешь, как сильно я хочу сделать твоё утро хорошим, — плотоядная ухмылка. Мужчина сдвинул тонкую шлейку сорочки на плече, потянул ту чуть вниз, понемногу обнажая грудь.
— Дамиан, остановись, — моментально проснувшись, Рия уперлась руками ему в плечи, не позволяя продолжать. — Хватит.
— Хватит уже испытывать меня, Минри, — жарко выдохнул демон, перемещая руки ей на бедра и проводя ими вверх по телу, задирая полупрозрачную ткань. — Сделаю, как скажешь, всё, как ты любишь, только утоли меня.
Девушка вздрогнула. Горячее дыхание, коснувшееся низа живота, очевидно вызвало соответствующие мысли. А когда ладонь легла на почти обнаженную грудь, Рия прикусила нижнюю губу, насильно заставляя тело замереть жёсткой струной. Нет, не так. Не здесь и не сейчас.
— Так, всё, остановись! — Боевой маг попробовала присесть на постели, чуть оттесняя его.
— Зачем? — Дамиан исподлобья взглянул на неё, оставляя влажную дорожку из поцелуев на шее и ключицах. Лёгкая недоступность только раздразнила. — Ты же взрослая девочка, Минри.
— Перестань, — она все же оттолкнула его, когда мужчина подхватил её под бёдра и чуть развёл стройные ноги. Опрокинул спиной снова на кровать.
— Зачем нам эти сложности, жизнь моя? — Щетина кольнула внутреннюю сторону голени. — Ты невозможно соблазнительна, я дико привлекателен, и к тому же, возбуждён. Не мешай логичному развитию событий.
С каждым словом Дамиан наклонялся все ближе, в конце накрыв полные губы своими. И целовал жадно, требовательно, слишком интимно.
Рия быстро оборвала поцелуй, встретившись с потемневшим голодным взглядом. Приоткрыла рот, дыша свободнее.
— Отпусти меня.
Фраза, прозвучавшая хлыстом, отрезвила мужчину. Он напряжённо, невольно сузил чёрные глаза:
— Почему? — Вопрос прозвучал раздраженно. — Почему, Минри? Что это решает? Ты же знаешь, что я выть готов от вожделения. Неужели твоя принципиальность важнее моего состояния?
— Как ты удачно подметил этой ночью, мои идеалы мне важнее чужих, — она одёрнула сорочку на бёдрах, снова поправила плечевые шлейки.
— Ты сама хочешь меня, Алеминрия, — судя по тону, Дамиан начал злиться. — Сама изнываешь от нехватки мужского тела, я же чувствую твою реакцию. Так за какой бездной?! Почему я должен терпеть и изнывать, в то время, когда имею невесту? Ну вот что это за чушь?
 
— Угомонись. Мы обо всем договорились, ты принял мое решение.
— Принял? — Скептически переспросил Дамиан. — Напомню, что ты просто поставила меня перед фактом.
— Надо же, какое странное чувство, да? — Иронично усмехнулась Рия. — Совершенно тебе незнакомое.
— И что теперь? Будешь воспитывать меня воздержанием?! — Рявкнул мужчина, садясь на кровати возле неё. Раздраженно запуская пальцы в отросшие чёрные волосы. — Что за бред?
— Не повышай голос, моей семье совсем необязательно знать подробности наших отношений.
— Каких именно? Противно целомудренных? Знаешь, Минри, я никогда не мечтал о платонической любви. Я, фарх подери, куда отчетливее мечтаю почувствовать себя в тебе. Хоть сидя, хоть стоя — это уже ненормально, мне плохо даже думать об этом. Я начинаю выть от того, чтобы не взять тебя каждый раз, как вижу. Понимаешь, что я физически не выдержу на такой диете ещё два месяца?
Рия, в этот момент уже вставшая с кровати и накинувшая на себя кружевной пеньюар, повернулась к нему, завязывая пояс на талии.
— Да уж, переспать с лордом-демоном Вефириийск как верх гуманности, — нечасто от Рии можно было услышать подобную язвительность. — Жаль, я не особый любитель благотворительности.
— Алеминрия…
— Я помогу тебе, не переживай. До брака мы больше в одной кровати спать не станем, — холодно отрезала Рия, подходя к двери примыкающей к спальне ванной. — Не приходи больше. Пусть каждый ночует в своей спальне и своей постели. Так тебе будет легче?
— Издеваешься? — Мрачно поинтересовался Дамиан.
— Отнюдь. Ограничиваю компрометирующие ситуации. Если у тебя есть на сегодня планы, не задерживаю.
Бросив безэмоциональные фразы, Рия скрылась в проёме ванной комнаты, стандартно приводя себя в порядок. Глянула на себя в зеркало над умывальником.
Да уж, и в таком образе она отшивала жениха? Рия придирчиво оглядела саму себя. Оценив картину, мысленно простонала и прислонилась лбом к зеркалу. Спутанные длинные локоны на голых плечах; распухшие губы, словно вдоволь зацелованные, чуть влажные, принявшие темно-вишнёвый оттенок. Вздрагивающие ресницы, ночная сорочка с пеньюаром, неприлично подчёркивающая то, что стоило бы скрыть. Настолько неприлично, что последнее, о чем стоило в ней говорить, так это о какой-либо нравственности.
Кое-как быстро умывшись и расчесавшись, на пороге той самой ванной она столкнулась с Дамианом.
— Что ты делаешь? — Непонимающе отмерла Рия, смотря как показательно мужчина стягивает с себя майку, проходя мимо. Демонстративно распускает завязки чёрных домашних брюк.
— Пользуюсь благами жизни и бытовой магией твоего дома, — он все же сдёрнул с себя штаны, оставшись в одном белье. Отбросил вещи обратно на её кровать. Скривился, издевательски приподымая одну бровь. — Как ты можешь убедиться, мне сейчас холодный душ просто необходим.
Рия не сдвинулась, когда он подошёл вплотную. Не отвела глаза. Но и рассматривать смуглый мускулистый и широкоплечий торс не стала. По крайней мере, не так очевидно.
А смотреть было на что, ибо Дамиана Вефириийск называли горячим далеко не только за магию. Эти перевитые ниточками вен накачанные бицепсы, литые мышцы груди и манящие кубики пресса. Ниже пояса Алеминрия старалась не оценивать: в чем-то жених был предательски прав, долгие недели без близости уже начинали напоминать о себе.
— Душ? — Переспросила она.
Внутри, к сожалению, было не так спокойно; отголоски эмоций Дамиана сейчас просто рубили изнутри, покалывая хорошо знакомым вкусом физического влечения. Кроме своего, Рия хорошо чувствовала флёр мужского голода.
Дамиан же почти навис над ней, не задерживая, но все еще не пропуская обратно в комнату. Но приблизился довольно, чтобы она ощутила напряжение и это возбуждение мужского тела. Медленно взъерошил свои отросшие волосы цвета вороньего крыла.