Сволочи (СИ)
— Не мог бы ты, это делать, не у всех на виду?
Я ни на секунду не обманулся его мягким голосом, этот человек был опасен. Я согласно кивнул, спрыгнув с машины. Звеня бутылками в пакете подался на «передовую», не стал изображать из себя мишень спрятался за специально для этого поставленный автобус. Только сейчас обратил внимание что я здесь не один. В полной боевой готовности стояли бойцы спецназа.
— Здорово мужики! Пива не предлагаю, самому мало.
Залпом допиваю бутылку. В этот момент на третьем этаже школы со звоном вылетело стекло из рамы. Чей-то визгливый голос проорал.
— У вас осталось пол часа! А чтоб вы суки! Не думали что я с вами шутки шучу. Это вам в знак серьезности моих намерений.
Из окна с визгом вылетела маленькая девочка, по виду первоклашка. Ветер завыл, кружа тело ребёнка как лист, от напряжения у меня выступил пот на лице, но всё же мне не хватило контроля. Уже перед самой землёй я выронил девочку, благо высота была уже небольшая. Ветер донес плачь школьницы, я раздраженный своей не ловкостью, тыкаю кулаком впереди стоящего бойца в спину.
— Хули встал⁉ Бегом за спиногрызом! Я прикрою.
Не секунды не колеблясь, боевик перебросил свою винтовку, ближайшему бойцу и как заправский спринтер, рванул к плачущему ребёнку. Из окна первого этажа, коротко простучал автомат. Боец инстинктивно пригнулся, налетевший ветер отбросил короткую очередь в сторону. Тем временем спецназовец добежал до девочки, не церемонясь схватил её и бросился назад, прижимая ребёнка к груди. Вслед ударили из нескольких автоматов. Ураганым ветром сдуваю рой пуль в асфальт, из выбитого окна на третьем этаже, вылетело облако ледяных игл и шрапнелью стегнуло в спину бегущего боевика. Несмотря на мою готовность, иглы без труда прошили ревущий поток воздуха, в самый последний момент спресовал слой воздуха перед спиной бойца. Но несмотря на это ледяная картечь всё же достала спеца, не помог и бронежилет. Солдат упал ничком, придавив ребёнка, но был жив так как начал подниматься на ноги. Следующая порция льда не заставила себя долго ждать. Но мне уже надоело играть в поддавки, отгораживаю солдата от здания школы стеной огня, подняв её на пятнадцать метров, очередное облако сосулек, кануло в пламя, мгновенно испарившись. Под прикрытием огня от автобуса отделились два бойца, подскочив к раненому, быстро затащили его в укрытие. Девочка отделалась испугом и расцарапаными ладошками, боец множественными ранениями спины. День обещал быть интересным.
Проходная
— «Похоже совершать подвиги у меня входит в привычку. Вот так и появляются дурные наклонности. Сначала подвиги, потом руки перед едой мыть начну, а дальше что? Буду голосовать за гаранта⁉ Спаси Система! Так низко пасть».
Мои мысли прервал голос полковника.
— Так держать боец! Объявляю тебе благодарность, буду ходатайствовать о награждении тебя орденом мужества.
— Да не парься.
Постарался я, придать голосу некоторую развязаность.
— Лучше своему покоцаному бегунку, висюльку выдай.
Лицо «Майора» по багровело.
— «Интересно может игрока инсульт херакнуть? Будет пиздец как смешно если полковник сейчас загнётся от дебафа „инсульт“. Обязательно напишу на его могиле лох».
Придвинув свою красную рожу к моему лицу настолько близко, что имей я желание, чмокнуть полковника в щёчку, мог бы легко его осуществить. От таких мыслей с трудом сдерживаю смех. По глазам и кривящемуся лицу, полковник понял, что я над ним смеюсь, что привело его в ещё большую ярость.
— Ты думаешь что самый хитрожопый⁉
Тихо но очень эмоционально зашипел полковник.
— Людей спасаешь, под правильного шифруешся⁉ Да вот только меня не обманешь! Я твою гнилую породу за версту чую.
Думаешь в чистую соскочил, сука! Красиво всё обставил.
В бешенства полковник почти себя не контролировал. Как же, плюнул на святое, орден!
— Думаешь все поверили что Топоры убили Александрову.
— «Похоже это фамилия „Шушары“. Не знал».
— А наш боец убил Меньщикова. Друг друга перестреляли а ты умник не причём! Да ещё и герой!
Да вот только боец которого ты вынес, говорит что не успел выстрелить.
Так что дорогой друг, ходишь ты под растрельной статьёй. Как только будут найдены тела убитых. Тебе пиздец'!
Мысли лихорадочно заметались.
— «Полковник» конечно наговорил лишнего, о чём ещё пожалеет, совсем не контролирует себя в ярости.
Что они могут мне предъявить если найдут тела. Мои слова против слов контуженого бойца. Тут мне должны поверить. Точно! Как я сразу не догадался! Раневые каналы, угол вхождения пуль был снизу вверх, чего не могло случится если боец стоял на ногах. Да на этом меня могут прижать. Значит нужен план Б. Несколько дней у меня есть, экспертиза дело не быстрое, да и не факт что тела найдут, кто знает что сними сделали Топоры'.
Равнодушно пожимаю плечами.
— Как скажешь полковник.
— А теперь готовся к штурму! Пойдёшь первым, будешь прикрывать бойцов от огня!
— Отставить штурм!
Раздался за спиной полковника, начальственный басок.
— «Ого! Целый генерал».
— Полковник! Ты от своей крутизны совсем рехнулся! Забыл что в школе больше сотни детей!
Я согласился на их требования, и уже вызвал транспортный вертолёт.
— Я командую операцией!
Лицо полковника начало опять багроветь.
— «Нет, его точно инфаркт ёбнет».
— Уже нет.
Непреклонным тоном отрезал генерал.
— Беру командование на себя!
Полковник стиснул зубы и отступил тем самым признав главенство генерала.
— Мои люди участвовать в вашей авантюре не будут. Мы подчиняемся напрямую Москве.
Оставив последнее слово за собой, полковник с видом оскорблёной невинности удалился.
— Боец.
Обратился ко мне генерал, не смушаясь ни моей гражданской внешности, ни пивной бутылки в руке.
— Я выдвинул терористам условие, что с ними полетит мой человек, как гарантия что они сохранят жизни заложников. Во время полёта ликвидируешь бандитов. Выдаю тебе официальное разрешение на уничтожение бандформирования Топоры. Какие нибудь пожелания?
Отказыватся не вариант. Если генерал перестанет прикрывать, «Майор» сразу же меня арестует, а там могу и не дожить до самого гуманного и справедливого. Свои силы я оценивал трезво, против сработаной команды полковника мне невыстоять.
— Есть, тащ генерал. Разрешите пива в дорогу взять. Так сказать втерется в доверие к террористам.