Путешественник по Изнанке (СИ)

Да тут вообще все было как-то не так. Не по канону. Даже злодеи с виду казались несерьезными, опереточными, что ли. Ростом со среднюю собаку, тела покрыты хитиновым панцирем серого цвета с ярко-красными, словно кровяными вставками. Что интересно, узор был витиеватый и порой весьма занятным. Прям как картины моей детской шизофрении у бабушки на ковре.
Конечностей у них было шесть, а на кончиках лапок находились острые коготки. Голова крохотная, но с внушительными жвалами. Что самое комичное, я не увидел ни одной одинаковой твари. Все они оказались подвержены асимметрии. У того брюшко больше, у этого одна из лапок. Оттого и передвигались эти создания чуть странно, словно переваливаясь.
Правда, женщина с черными глазами моего пренебрежительного отношения не оценила. Она споткнулась, выронив корзину с какими-то корешками, затем обернулась и заорала. Ну прям актриса плохих фильмов с низким рейтингов. Сейчас по жанру чудовище должно тебе сожрать, а зрители по ту сторону экрана будут кроваво улыбаться и жевать поп-корн. И хорошо, если кто-нибудь не заснет. Лично на меня ужасы всегда навевали скуку.
Ладно, не сегодня. Будет в твоем унылом сериале продолжение на второй сезон.
Я сотворил форму Мыследвижения, как назвал его Умот. Мне это длинное слово не нравилось. Лучше что-то вроде Пространственного сдвига или хотя бы Телекинеза. Ладно, не суть. Потому придумаю, когда времени будет чуть побольше.
Главное, что я сделал все правильно. Сотворил нужную форму, в концу как следует удлинив закорючку — и выплеснул хист. Мерзкое создание, больше всего ассоциирующееся у меня с жуком, даже не успело понять, что сорвало ее с места и проволокло через ряды собратьев. Мне кажется, я только что принес в Изнанку боулинг. Потому что сородичи этой мерзости разлетались в сторону почище кегель. Жалко, на небе не высветилось количество сбитых существ.
А вот поведение женщины чуток разочаровала. Она даже не собиралась благодарить меня. Я это понял и по ее закрытому рту, да и хистом почувствовал. Поспешно подобрала корзинку и побежала в сторону замка, смешно виляя толстым бедрами. Ну и пожалуйста, ну и не нужно.
Зато на меня обратили внимание стражники. Те бравые мужчины с копьями. Тут вообще оказалось, что у всех жителей Изнанки с глазами какая-то беда. Такое ощущение, что зрачок расширился настолько, что заполнил собой радужку. Смотрелось, если честно, довольно жутковато. Но у каждого, как говорилось в одном фильме, свои недостатки.
Один из них, здоровенный такой бугай с тремя рубцами, что-то торопливо произнес. Забавно, что он оказался единственным черным среди остальных. Причем, не отличался чертами лица, поэтому его с трудом можно было назвать негром. Однако кожа не могла врать. Так, что тут происходит? Это Изнанка или съемочная площадка «Нетфликс?».
Важно то, что я ровным счетом ничего не понял. Вот, Маргарита Владимировна, хрен вам, а не: «Учите английский, скоро весь мир на нем говорить будет». Хотя формально она была права. Про Изнанку же речь не шла. Правда, не факт, что я и на импортном бы тут смог хоть как-то изъясниться. Но на пару фраз, типа «френд» или «пис», меня бы хватило.
— Я не того, не андерстенд. Не понимаю ни фига по-вашему. Руссо туристо, — сказал я, постучав себя по груди. И зачем-то добавил, совершенно не понимая, для чего именно. — Облико морале.
Все-таки есть определенные конструкты, которые сильнее нашего сознания. Они отпечатаны на подкорке и вылезают в самый неподходящий момент. Благо, изнаночник один черт ни фига не понял. Разве что вытянул руку, выпучил глаза и начал повторять одно и то же слово.
— Шкрег! Шкрег!
А я что? Я человек простой. Если куда-то показывают и орут, роняя слюну, я в эту сторону поворачиваюсь. Рефлексы, чтоб их. Оказалось, что черный рубежник хотел предостеречь меня от атаки одного из сородичей повергнутого создания. Как выяснилось, обратили на меня внимание не только стражники, но и орда этой мелочи. Включая своего предводителя — огромную летучую мышь, которая, впрочем до сих пор передвигалась исключительно пешком. Ну, мне же лучше.
 
Предостережение изнаночника пришлось как нельзя кстати. Потому что я успел вытащить верный нож и всадить клинок чуть повыше нацеленных на меня жвал. Шкрег, как называл его черный воин, издал какой-то противный звук и рухнул вниз. А на ноже появилась яркая, будто бутафорская кровь желтого цвета. Даже не кровь, противная жижа. Фу, надеюсь, она нормально отмывается. А то я уже футболку изгваздал.
Только теперь до меня дошло — это не нечисть. То есть, передо мной обычные животные здешнего мира, вроде наших волков или сусликов. Разве что менее приятные. Да, не повезло Изнанке с фауной.
Следующие несколько взмахов Мыслеформы оставили среди надвигающейся орды три длинные борозды трупов. И нельзя сказать, что мне это не понравилось. Я ощущал в себе невиданную мощь. Отведайте, злодеи, силушки ведунской!
Некогда организованное нападение захлебнулось. Вместо людей, неспособных дать отпор, наткнувшись на великого мага и защитника. Это меня, в смысле. Да, нескромно, но сам себя не похвалишь, никто не похвалит. Тем более, за мной теперь встали четверо стражников, а чернокожий и вовсе расположился по левую руку. Пусть мы и не смогли пообщаться, но язык смерти и крови во всех мирах был один. Тот, кто сражается с тобой плечом к плечу — друг.
Эти шкреги явно не отличались умом и сообразительностью. Либо у них был приказ — взять крепость любой ценой. В общем, перли они на нас, как эскортницы на богатых пожилых иностранцев.
Что порадовало, чернокожий не просто махал копьем — хотя это тоже. Он поливал огнем самых прытких шкрегов. Недалеко, метра на два, но даже я чувствовал жар его заклинания.
И было чуток завидно. Нет, если честно, моя Мыслеформа круче. Я могу вот этого жука прям до дурацкой летучей мыши добросить при желании. Но мы всегда хотим обладать тем, чего у нас нет. Вот у соседа может быть такой же дом, машина и лужайка, а ты один хрен завидуешь.
Но я на своем третьем рубце о подобном и помыслить не мог. Помню, помню, здесь рубежники сильнее. Я тут в целом всего пару часов, но уже понял, что жизнь в Изнанке не азербайджанский чай с белорусским зефиром.
Однако нужно было признать, что шкреги нас поджимали. Да и их грозная летучая мышь тоже постепенно продвигалась вперед. Что немного настораживало. Не то, чтобы я паникер, но неужели там в замке нет никакого подкрепления?
Скажу больше, летучая мышь оказалась теперь так близко, что я своим рубежным зрением смог окончательно разглядеть. И выяснилось, что никакая это не мышь. Это раз. Два — нифига не летучая. Мордой тварь походила на гиену, окрашенную в черный цвет. Нет, тут точно должны где-то быть камеры от «Нетфликса».
На башке располагались длинные и тонкие уши, вращающиеся в разные стороны, будто локаторы. Да и сама голова крупная, здоровенная. Словно у мыслящего существа. Потому крохотные красные глазки смотрелись на ней подобном бусинам.
Тело странное, покрытое длинными волосами и точно изломанное во множестве мест. Те самые крылья тоже были никакими не крыльями, а огромными несуразными конечностями, сложенными вполовину. Даже страшно представить, что будет, если они выпрямятся.
Нет, я много видел созданий, однако над этим словно кто-то поиздевался.
Зато раздался крик со стороны крепости. Я обернулся и увидел около полсотни закутанных в плащи стражников, из которых примерно пятнадцать было рубежниками. Правда, не особо высокоранговыми. В основном ивашки и лишь один ведун. Негусто у них тут с рубежниками. Даже в Выборге с этим делом побогаче. Да что там, у нас кощеи есть. Ведунов вообще как грязи.
Летучая мышь aka гиена почему-то очень не одобрила приближение подкрепления. И всеми силами решила об этом поведать. Вот и рот открыла. А потом… Все звуки в мире исчезли. В смысле, совсем. Будто на телевизоре кнопку нажали. Шкреги продолжали напирать, один из жуков, благодаря моему заклинанию, таранил своих друзей, катились мелкие камешки под ногой. Вот только звука не было. Визуал остался, а аудио исчезло. И это очень сильно дезориентировало.