Земля обреченных(СИ)
– Локильд Свенсон ходит в оранжевой куртке…
– Словно огонь.
– И явно не в ладах с шефом полиции. – Флориан припомнила странную сцену на пристани, когда Торвальд и Локильд обменялись молчаливыми взглядами, в которых читалась обоюдная вражда.
– Верно. В архивных записях я выяснил, что Локильд Свенсон – сводный брат Вотана Ладерберга – пять лет назад сбежал с острова после убийства сына Вотана. Эта история полностью перекликается с сюжетом из древнескандинавских мифов: Локи, бог огня, убивает Бальдра, сына своего брата Одина. В мифах женой Локи была великанша Ангрбода, а Хель – их дочь. И здесь реальность соответствует скандинавскому мифу. Ну как тебе такое?
– Лангер, у меня просто нет слов. – Флориан покачала головой, почти готовая признать свое поражение. – С одной стороны, все это слишком похоже на сказку, но, с другой стороны, совпадений действительно слишком много.
– А теперь давай свяжем «сказку» с реальностью. – Лангер положил на колени пухлую стопку папок. – Я проторчал все утро в архиве и выяснил, что остров Гиннунг заселили в восемнадцатом веке, но лично я считаю, что первые поселенцы появились здесь задолго до этого – в конце первого тысячелетия нашей эры, когда драккары викингов активно бороздили воды Северной Атлантики.
– Приблизительно в тот же период викинги заселили Фарерские острова, Исландию и Гренландию, – согласилась Флориан.
– А теперь представь: что, если некоторым из них удалось закрепиться на этом острове? Что, если они обустроили здесь небольшую колонию, настолько маленькую, что ее никто долгое время не замечал? – Лангер раскрыл первую папку и вытащил оттуда пожелтевший лист с данными переписи населения. – Посмотри на фамилии коренных жителей острова, они все повторяются из года в год: Ладерберги, Свенсоны, Лайфссоны. Веками они называют друг друга именами из скандинавских мифов и обустраивают свой остров в точности, как должен быть устроен мир согласно поверьям викингов. Ты видела их дома, видела, как они живут, и насколько непритязателен их быт. Весь поселок выглядит словно слегка осовремененное поселение викингов. Факты налицо.
– Лангер, ты хочешь сказать, что на этом острове живут… боги? – опешила Флориан.
– Нет, скорее люди, которые играют в богов. Адепты древней религии. – Лангер протянул напарнице листы с переписью населения острова. – Вот, посмотри на эти документы из архивов. Семьи Ладербергов, Лайфссонов, Свенсонов фигурируют в них начиная с восемнадцатого столетия, именно тогда на острове начали вести регистрационные записи.
Флориан просмотрела пожелтевшие листы: действительно, одни и те же фамилии и имена, повторяющиеся из года в год, из века в век.
– В документах постоянно упоминаются жители острова с именами Один, Воден или Вотан, – сказала она, вчитываясь в графы, заполненные старомодным каллиграфическим почерком. – Но еще здесь жили Торы, Торгены и Торвальды. В списках также много раз повторяются Хеймдалли, Хеймы, Фригги, Фрейи, Локи, Локильды, Локвиды… В общем, одни и те же имена с небольшими вариациями в написании.
Лангер раскрыл другую папку и, вытянув оттуда старинные фотографии, продемонстрировал их напарнице.
– Судя по фотографиям начала прошлого века, а также более поздним снимкам, все Одины были одноглазыми, все Тюры – однорукими, все Торы – рыжебородыми, все Фрейи – блондинками. Из поколения в поколение эти люди давали своим детям одни и те же имена либо варианты имен, словно заранее распределяли роли.
Флориан не могла поверить своим глазам, рассматривая старинные снимки: лица давно умерших людей, которые своим внешним видом напоминали нынешних обитателей острова: Вотана, Торвальда, Фриггу, Хейма, Локильда и многих других. Вне всяких сомнений на этих фотографиях были запечатлены их давние родственники.
– Но для какой цели? Для чего все это нужно? – спросила Флориан. – И как это связано с восставшими мертвецами, убитым великаном и моим двойником?
– Это мы и должны выяснить. – Лангер забрал у напарницы фотографии и сложил их обратно в папку. – У нас есть множество нитей, которые нужно связать друг с другом.
Флориан на мгновение задумалась, а затем уверенно сказала:
– Я знаю человека, который может нам в этом помочь.
Когда агенты встали со скамейки и направились к резиденции Вотана Ладерберга, они не заметили, что все это время за ними наблюдала пара огненных глаз.
Глава 15
Вотан Ладерберг вышел по тропинке к Иггдрасилю. Он оглянулся, чтобы убедиться в отсутствии слежки, и приблизился к трем женщинам. Норны сидели у корней ясеня и как обычно были заняты тем, что с помощью ручных веретен пряли нити из большого куска шерсти, лежавшего на снегу между ними.
– Ты пришел за советом, – прохрипела Урд, самая старая из норн.
– Да. – Вотан подошел ближе, присев на выпиравший из земли большой корень.
– Ты в сомнениях, – проговорила Верданди, не поднимая глаз на мужчину. – И ты хочешь знать, прав ли ты в своих суждениях.
– Я хочу знать, пришло ли время? – Вотан посмотрел единственным глазом на Скульд, самую юную из норн.
Но вместо нее ответила Урд:
– Почему ты думаешь, что время вообще должно прийти?
– Потому что есть знаки, которые я не могу игнорировать.
– Тем не менее, ты все равно сомневаешься? – уточнила Верданди.
– Да.
– Сомневаешься, потому что никто из вас так и не увидел последний знак, – твердым голосом промолвила старая Урд.
– Никто не видел змея.
Урд и Верданди, опустив головы, продолжали плести нити судьбы, а Вотан буравил взглядом Скульд: он ждал от нее ответа. Наконец, она подняла юное лицо, прикрытое капюшоном, и сказала:
– Змей уже здесь, на острове. Час настанет.
Вотан кивнул, получив последнее подтверждение. Что ж, теперь оставалось только одно: готовиться к финальной битве.
Поднявшись, он зашагал по тропинке к своей резиденции – Асгарду.
* * *
В доме царила гнетущая тишина.
– Боги спят, – пошутил Лангер, поднимаясь по скрипучей лестнице на второй этаж.
Флориан прошла вперед, направляясь по коридору к комнате Фрейи. Она постучала в дверь и, не дожидаясь ответа, заглянула внутрь:
– Фрейя, к вам можно?
В комнате было холодно, и сквозняк взметнул полы пальто агентов.
Девушка стояла у раскрытого окна и задумчиво курила. Медленно повернувшись к Лангеру и Флориан, она ответила безжизненным голосом:
– Можно.
Лангер прошел вслед за напарницей в стылую комнату, чуть не наступив одной из кошек на хвост. Кошка, прошипев, метнулась под кровать.
– Фрейя, у нас есть к вам несколько вопросов.
Девушка выбросила на улицу окурок и, закрыв окно, уперлась руками в подоконник. Лангер заметил, что небо стало светло-синим, и на востоке нежно-розовым сиянием зарождался рассвет.
– Сегодня ночью, во время нашего с вами разговора, вы сказали, что ваше желание уехать с острова противоречило интересам семьи, – начала Флориан.
Фрейя кивнула.
– Нам бы хотелось узнать побольше о вашей семье. – Флориан внимательно посмотрела на девушку.
Фрейя перевела взгляд с Флориан на Лангера:
– Что именно?
– Фрейя, мы знаем, что на этом острове существует нечто вроде закрытой общины, члены которой исповедуют древнюю религию викингов, – Лангер говорил спокойно и вкрадчиво, желая вызвать доверие у девушки.
– Вы тоже часть этой общины, Фрейя? – спросила Флориан.
Девушка сложила руки на груди и повернулась к окну, встав спиной к агентам. Лангер понял, что так ей будет легче говорить.
– Да. На острове издревле существуют кланы первых выходцев из Скандинавии. Мы – прямые потомки викингов, высадившихся здесь почти тысячу лет назад.
Лангер заметил, как недовольно нахмурила брови Флориан: похоже, слова Фрейи вызывали у нее серьезное сомнение.
– Вас назвали именем богини любви? – осторожно уточнил Лангер.
Плечи Фрейи дернулись, когда она горько усмехнулась: