Инвазия 2 (СИ)

‒ Я же говорил — не твое дело!
— Но…
Я резко повернулся и уставился на него бешеным взглядом, от которого он сжался.
— Что-то еще не понятно? Мужик, я тебе один раз говорю, четким и понятным языком: ты — мой ключик к некоторым системам этой базы. Если ты не будешь меня слушаться, то я просто вырву тебе язык. Он мне не нужен, как и руки с ногами. Если ты думаешь, что нести тебя тяжело, то ошибаешься.
На этом месте я протянул свою кибернетическую руку и схватил его, затем спокойно приподнял тушку в сто с небольшим кило на вытянутой руке.
— Еще вопросы есть? Без ног и с одной рукой ты будешь весить намного меньше. А если язык вырвать, то у меня голова болеть не будет. Может, так и поступить?
Кажется, он все понял. По крайней мере, из задумчивой морда стала вновь испуганной. Он мелко закивал и прохрипел:
‒ Извините, сэр, вы можете поставить меня на землю? Я все понял.
Я молча разжал пальцы, и мужик шмякнулся с высоты в полметра, не удержался на ногах и плюхнулся на задницу, но тут же подскочил, как мячик, даже попытался вытянуться передо мной по стойке смирно.
Собственно, именно это мне и нужно было от него: страх и подчинение. Я даже не слишком лукавил, скорее преуменьшил. По размышлению — мне от него в принципе нужен глаз, ладонь, и немного крови. Для того чтобы пройти генетический тест, этого хватит, а таскать с собой тушку ‒ такое себе удовольствие.
На секунду даже проскочила мыслишка так и сделать, но я ее отбросил. Я ж не урод последний…
Тем временем мы подошли к моей бывшей камере. По идее безмозглый должен быть внутри. Если я правильно понимаю протокол автоматики — его уже успели вымыть и вернуть. Ну, может, пару раз вымыть успели. Ничего, переживет!
Ну, в общем-то, да, он был тут, вот только немножко мертвый.
Похоже, паренек тупо истек кровью, вытекающей из отрубленной кисти. Немного жаль. Но как только я вспоминаю «кормление», то жалость как-то исчезает, уступая место ощущению справедливости. Пусть он всего лишь марионетка, инструмент, но все же…
‒ Эх…похоже, что паренек не пережил общения с тобой, да? Жаль, он был неплохим человеком когда-то, — вздохнул толстяк.
‒ А ты его знал? И за что ж так с ним обошлись?
‒ Эм-м-м… Ну, учитывая, что бедолага получил травматическое поражение мозга, лучше с ним обойтись было и нельзя. Я не в курсе деталей, просто знаю, что он работал раньше у нас в СБ, а потом в лаборатории произошел взрыв. Почти все погибли, а он и еще один парень выжили. Парень был большой шишкой, а Доусон его прикрыл собой. Шишка настоял, чтобы спасителя подлатали. Ну, вот и подлатали, как смогли. Ему оторвало полбашки, мозг был поврежден, и сделать тут уже ничего было нельзя. Какое-то время поигрались, делая вид, что пытаются вылечить, а затем шишку то ли подвинули, то ли он просто забыл о «спасителе». Короче, Доусона назначили сюда — ну, просто потому, что больше некуда. «Сливать» было жалко, наверное… Ну, или все же шишка обо всем был в курсе, и лично приказал. Этого уже не знаю…
‒ Грустная история, — покачал я головой. — Ладно, пошли дальше по коридору. Там есть душевой блок. Отмоем тебя, и возвращаемся.
‒ Эй! Там блок дезинфекции, я не хочу туда!
‒ Что я говорил про выполнение распоряжений?
‒ Но я… — начал было толстяк, однако стоило мне только повернуться к нему, как он тут же опустил глаза в пол и заткнулся.
Вот и молодец.
Турели в этой части коридора были целы, но, как и все предыдущие, игнорировали меня, и Саймона тоже, что частично подтверждало мою теорию об не-удалении его из баз доступа корпорации. Мы-то с Элен уже в списке персонала, а вот толстяк… На него турели должны были отреагировать. Или же нет? Мы же вроде все еще в секции для пленников?
В процессе помывки своего спутника я, понятное дело, не участвовал, но и время зря не терял — за последние часы от самого смердело на добрую сотню метров: я ведь и кровью Дэвораров был заляпан, и их кишками…
Короче, я занял душевую ближе к входу и принялся мыться.
Того, что Саймон попытается сбежать — не боялся. Проскочить незаметно мимо меня он не сможет, а сбежать иным способом из душевой было просто невозможно — нет других путей.
 
Как и ожидалось, душевые процедуры я закончил намного быстрее. Более того, его мне еще и ждать пришлось.
А когда он вышел… ну, в общем, я не удержался и заржал. В душевой, оказывается, были одноразовые халаты.Собственно, а что еще там могло быть? Саймону не оставалось ничего другого, кроме как натянуть на себя это подобие одежды. Вот только размерчик был…скажем так, совсем не его.
В итоге он выглядел, как батон колбасы в веревочной упаковке, эдакая вязанка, розовая, и крайне недовольная. Я громко засмеялся.
‒ Ничего смешного! Мне нужна нормальная одежда!
‒ Да нормальная одежка. Хах! В таком виде точно произведешь фурор. А уж Дэворары, будь у них деньги, еще их за подкладку совать начали бы!
И я снова заржал.
‒ Вы — солдафон и хам, мистер Колтон! — буркнул Саймон.
‒ Поистине! — отсмеявшись, кивнул я. — Ладно, шутки в сторону — понятное дело, что мы попробуем найти тебе одежду, но я даже не знаю, где такой размер искать. В этом комплексе магазины для «пышных» есть?
И я, не выдержав, в очередной раз заржал.
Он недовольно запыхтел, но все же тут я был прав. На такую тушу еще попробуй, найди одежку. Даже будь у меня третий комбез — этот парень в него бы тупо не влез. Ладно, придумаем решение, если не будет выеживаться.
В конце концов, ну не голыми же они своих заключенных держать собирались? Где-то должен быть склад или что-то такое с униформой. Ведь и на мне, и на Элен, и на Саймоне была одежда, и не та, что оказалась на нас в момент захвата боевиками корпоратов. Кстати, а почему я раньше об этом не подумал? Как бы убог ни был интеллект Доусона, но где-то он должен был спать и есть в перерывах между обязанностями? А еще — менять комплекты своей униформы, потому что от него не воняло.
Так…если Доусон вряд ли покидал уровень тюрьмы, значит, где-то здесь хранились запасы жратвы и воды, причем нормальной жратвы. Работников на этом уровне вроде как немного было, доступа к другим уровням не было, следовательно…
Применяя принцип бритвы Оккама, это все должно быть в одном месте. Ну, просто потому, что так проще: человек вышел на работу, забрал рабочий инструмент, так сказать, и пошел творить добро. Затем, не теряя время, должен быстро добраться до места, где можно поесть, и затем так же быстро вернуться к выполнению своих обязанностей. Ну, сто процентов: Доусон не ездил на лифте на жилой этаж. Вот не верю, и все.
И где же мне тогда искать каюту-столовую?
Так, получается, что это в коридоре «С», там, где все камеры были пусты, и я не уделил тому участку достаточного внимания.
Ну, значит, нас с толстяком ждет неувлекательное путешествие туда. Мой комбез тоже уже требует замены: вся верхняя часть изорвана, в боку дыра, и все залито кровью вперемешку — и моей, и Дэвораров, забрызгано их кишками и вообще, непонятно чем.
От моего комбеза, мягко говоря, попахивало, был он заскорузлый, и неприятно давил на кожу.
Мы быстрым шагом вернулись через коридор к посту управления. Я оставил Саймона перевести дух — даже после совсем недолгой интенсивной ходьбы он весь исходил потом и тяжело дышал, а сам еще раз проведал Элен. Медкомп показал, что состояние Элен стабильное, показатели в норме, а до вывода из искусственного сна еще три часа и двадцать две минуты. Так, а тут же у нас есть возможность использовать сканер? Ага, есть! Отлично!
Что там Саймон? О, развалился в кресле, и, похоже, молится, чтобы я подольше не приходил. Не поможет от меня молитва, дружок, и пентаграмма, и святая вода, и экзорцист. Так что иди сюда, «товарисчь», но сначала…
Сканер — полное обследование. Запускаю, ложусь на кушетку. Из потолка появляются несколько медицинских агрегатов и начинают жужжать, проходя мое тело по миллиметру. Лежу, не шевелюсь. Все, вроде убрались. Ну-ка, выведем на монитор. Ух ты ж…