Инвазия 2 (СИ)
А еще, оказалось, что чертовы твари могут крутить головой. Есть у них в отличие от «прошлых версий» шеи, и эти шеи позволяют им поворачивать головы под таким углом, что диву даешься.
Блин, прямо как богомолы!
О! Точняк! Я теперь понял, кого мне эти твари больше всего напоминают. Нет, есть у них нечто и от кузнечика, и от какого-нибудь хищника вроде пумы или рыси, но все же пришедшая сейчас мне в башку ассоциация наиболее точная.
Так вот, отправившись в полет, я умудрился сохранить голову, однако откинуло меня на приличное расстояние. И самая прелесть заключалась в том, что оказавшийся на моей траектории еще один «богомол», тот самый, махнувший лапой, такого совершенно не ждал — он, похоже, собирался обойти и атаковать с фланга. Собственно, и попытался это сделать, да только не успел на долю секунды.
Так что теперь моя очередь.
Я выкинул руку с унииструментом, каким-то образом умудрившись даже щелкнуть переключателем мощности, и синее тонкое пламя прошлось по пузу монстра.
Надо сказать, что бронирование у них было гораздо слабее, чем у сколопендр.
Ну, или же этим тварям нужно все-таки после появления на свет время, чтобы окрепнуть, чтобы хитин должным образом затвердел.
Этим пришлось вступать в бой сразу, как вылупились, и быть может, только благодаря этому факел резака прошивает хитин, проходит, будто нож сквозь масло.
На брюхе монстра появляется огроменный разрез, из которого меня прямо-таки окатило потоком жижи, пара и не пойми чего — какой-то мерзости, которая обычно вылезает из жуков, стоит их только раздавить.
Отвратительно! Фу, блин! Фэ-э-э-э… Я готов блевать, дальше чем вижу, но внезапно накатившая боль моментально приводит меня в чувство.
Острый коготь пронзил мне бок и вышел со стороны спины, врезавшись с резким и неприятным скрежетом в пол.
Мой полет закончился крайне неприятно.
Это третий «богомол» решил, что жертву надо сначала обездвижить, а уж потом мочить.
Зря, зря…
Уж если решил обездвижить, делать это надо качественно, а не на «тяп-ляп».
Боль не только отрезвила меня, но еще и вызвала такую ярость, что я эту тварь готов был голыми руками порвать.
Боль и злость застилали мне глаза.
Сам себя не помня, я выкинул свою стальную конечность, таки смог ухватить тварь за лапу. Моя рука сжимается, и я слышу, как хрустят, крошатся не слишком прочные суставы, хитин, слышу, как моя рука уже давит мышцы, или чего там у этих тварей вместо них?
Тут же, спохватившись, я делаю взмах униинструментом. Тот, зашипев, срезает голову богомола начисто.
Все, заряд иссяк.
Но из трех врагов жив, условно, один — с разрубленным брюхом. Хоть он вроде на последнем издыхании, умрет с минуты на минуту, однако все еще жив.
По идее мне бы «побегать» от него несколько минут, и все, тварь сдохнет, да только и я ранен. Непонятно, насколько сильно, но бок разорван, и кровью я не истек только потому, что не стал вынимать из раны оторванный коготь, который странным украшением торчал у меня практически из спины.
Монстр, сильно замедлившийся и явно осознавший, что у него есть всего одна единственная попытка, таки бросился в атаку, но как-то очень вяло. Я ожидал большего.
Ухватив его за жвалы обеими руками, начал разводить их в разные стороны, пытаясь сломать или вывернуть — черт его знает.
Несколько мгновений он сопротивлялся, а бритвенно-острая кромка одной из жвал таки скользнула, я не смог ее удержать, и она тут же умудрилась меня достать — мгновенно прорезала остатки моего комбеза, а затем впилась в ладонь.
Но я, стараясь абстрагироваться от боли, продолжал удерживать жвалы, прямо-таки навалился всем телом.
Постепенно сопротивление ослабевало, и вот уже челюсти поползли в разные стороны, сначала медленно, а потом все быстрее.
И, наконец, со смачным хрустом та, которая была сжата железной рукой, оказалась вырвана вместе с куском плоти.
Тварь заверещала, как резанная, закрутила башкой, но я тут же вонзил заостренный обломок ее же жвалы ей прямо в глотку, а затем еще и ударил сверху ладонью.
Этот «клинок» моментально прошел дальше, явно проткнул нечто важное, и существо задергалось в конвульсиях.
А я, резко отпустив вторую жвалу, что было сил, вмазал ногой по морде твари, стараясь попасть пяткой по жвале в ее пасти, вгоняя ее еще глубже. Что-то отвратительно чавкнуло внутри твари, и она обмякла, рухнула на пол, судорожно дергая конечностями.
Монстр подыхал еще несколько минут, а я без сил валялся неподалеку, зажимая рану в боку.
Надо сказать, что за время, прошедшее с момента получения раны, поток крови превратился в небольшую струйку.
Ух, блин! Я сам с себя сейчас офигеваю.
Интересно, а меня вообще можно сейчас убить, а?
Скорость регенерации — как у какого-нибудь супергероя, ей-богу! Блин, если меня поймают большеголовые — точно разберут на запчасти. Они ведь вроде, как говорил док, и хотели получить такой эффект — лечение всего, чего только можно, регенерацию, секрет вечной молодости…
Тут я может и загнул, но разве регенерация не подразумевает долголетие, сохранение организма в, так сказать, расцвете сил, на пике своей мощи и силы?
Как бы там ни было, а, похоже, заражение Дэвораром может принести не только проблемы, но и дикие бонусы.
Надеюсь, без побочных эффектов, а то вдруг я сейчас плавно превращаюсь в такую вот сколопендру, просто не понимая этого? Или в нечто среднее между человеком и такими вот богомолами?
Кстати, чисто для себя: броня на пузе у таких богомолов вообще практически отсутствует, можно чуть ли не кулаком пробить. Почему так? Минусы «эволюции»? Стали более приспособлены для охоты на человека, но потеряли прежние «бонусы»?
А еще — в принципе, тварь теперь стала куда более уязвимой, хоть и в разы более опасной.
Голова теперь не имеет ничего общего с телом бронирования, она отдельная, так сказать. Так достигается большая подвижность, но безопасность снижается. А может, я с «эволюцией» в корне не прав? Может, это просто эм…вид такой? Особь, которая исполняет роль эдакого диверсанта, или типа того?
Три-четыре штуки, напади они из засады, будут куда как эффективны, а в лоб…слабовато. Только скорость и спасает. Но во всем остальном явно уступает тем же сколопендрам.
С некоторым трудом я выломал себе еще одну мандибулу у того же существа, решив, что пока не перезаряжу свой униинструмент, эта штука может и пригодиться.
Так, а теперь я должен попытаться встать. Коготь, все еще торчащий из меня, царапал по полу, вызывая приступы острой боли. Я протянул за спину руку и, как смог, обломал его поближе к ране. Темнота дважды подступала к глазам, но все же я сумел удержаться на краю и не провалиться в беспамятство.
М-да. Хорошо, что меня сейчас никто не видит. Бравый наемник перемещается чуть ли не на карачках. Ходить я мог, только опираясь на стену, и очень медленно. В таком виде я не то что не боец, а прямо-таки лакомая цель для Дэвораров. Простейшая задача ‒ дойти до медблока, представлялась трудновыполнимой.
Не знаю, что там разорвал коготь инопланетного паразита внутри меня, но вообще, по логике, я покойник уже минут пять. И внутреннее кровотечение, и повреждения у меня не те, при которых выживают. Но вот, пожалуйста, я жив, и даже ходить могу, хоть и с трудом.
Сейчас вот подберу только свой пулемет, и все. И надо бы света тут добавить, что-то темновато — хорошо для Дэвораров, но плохо для меня. Где же я пулемет оставил?
4 часа спустя.
Очнулся я от ощущения давления на поясницу.
Какой-то инородный предмет лежал под спиной и нещадно давил мне на края раны… Стоп! Я же шел по коридору за пулеметом. Кажется, все-таки отключился. Так, а что мне там так мешает? Я просунул руку под спину и вытащил странный предмет, перемазанный в крови.
Хм. Это, кажется, кусок Дэворара. Характерные зазубрины. Вот только выглядит он так, как будто его кислотой обварили — весь потекший и поврежденный. Так…опа-па! Раны спереди просто нет. Совсем!