Beef (СИ)

— Нет, но если бы «да», то уверен, я бы чувствовал себя так же, как тогда в кресле. Полная безответственность на душе, полная ответственность за происходящее на другом.
— Интересно, но лучше продолжай о Мюррее. Он вернулся же?
— Конечно, вернулся, да так вернулся, что я вздрогнул! — пауза, — чертов Мюррей…
— Какой ты покладистый, — стало его первой репликой, прежде чем он снова уселся передо мной. Весь такой опасный и, безусловно, привлекательный.
— Я думал медлить глупо, ведь…
— Хочется, да? Не надо было в прошлый вечер строить из себя недотрогу, я же говорил, что вижу тебя насквозь — и он прямо прожег меня в ту же секунду своими колючими и, казалось, недобрыми глазами.
— Что дальше? — я спросил, и да, не смотри на меня так пытливо, дорогая моя, голос мой естественно дрогнул. Но за это мне стыдно меньше всего.
— Поднимись, я хочу посмотреть на тебя.
Я поднялся, колени были ослабленными, но, слава богу, не настолько, чтобы я рухнул обратно. Я потеребил края рубашки, раздумывая — снять или нет, но остановился на «не снять», ведь указаний не было.
— Ну и шмотье у тебя, штанишки отпад, — он специально перековеркал слово «брюки» в «штанишки», и я лишь поморщился в ответ. «Штанишки»… одни мои «штанишки» стоили больше, чем его жизнь! Ну, это я немного преувеличил.
— Ты хочешь оценить мою одежду? Тебе экскурсию по моим вещам провести? — устав стоять я снова сел в кресло.
— Расстегни брюки, — Мюррей придвинулся к экрану — давай, расстегивай.
Я немного посомневался, но все же сделал, как было велено. «Господин» же поулыбался, видя небольшую нервозность и тени сомнений на моем лице.
— Привстань и выгнись, запусти туда руку — он перешел на интимный шепот — другую руку положи на живот и проведи снизу до сосков. Давай.
Я тяжело выдохнул и приступил к действиям. Это было сногсшибательно. Дотрагиваться до себя и видеть из-под опущенных век его терзающий взгляд.
Стыд, конечно, никуда не исчез, но я отодвинул его за ощущение необычности, чего-то нового в этом изведанном мире. Если бы я знал тогда, насколько глубоки эти воды…
— Тебе приятно?
Я кивнул и еще больше выгнулся в кресле.
— Тогда прекрати.
Сразу же открыв глаза, я прекратил себя ласкать и переместил обе руки на подлокотники. Член тоскливо заныл, ему очень не хватало поверхностных легких ласк.
— Ты очень доступный. Готов на многое с человеком, который даже твоего имени не знает.
Я стиснул зубы, мне захотелось вырубить все и пойти спать. Снова неудовлетворенным и рассерженным, как в прошлую ночь. Но я не настолько глуп был в тот момент, как в прошлый раз. Знал, что вернусь, поэтому уходить не стал. Пока не стал.
— Сэмюэль. Доволен?
— Сэмюэль? Миленько, а фамилия есть?
— Ты что, досье составляешь?! Вещи, имя, фамилия, ты репортер?! — я быстро повысил тон, и после этого вообще осел в кресле безвольной куклой. Говорю же, чертов Мюррей. Вывел меня на истерику парой реплик.
Нет, ну кто сначала говорит подрочи себе, а потом про имя начинает? А я ведь сидел полураздетый и действительно готовый чуть ли не фаллос из-под кровати достать и оттрахать себя при нем по-полной. А он был таким напыщенным, деловым, чертов Мюррей, дьявол… тоже мне, хозяин ситуации.
— Блин, Сэмюэль, что было дальше? — подруга дотрагивается до моей руки, — не тяни, прошу, рассказывай.
— А дальше он надо мной рассмеялся, и я не выдержал. Вырубил скайп, компьютер выключил и пнул его хорошенько от досады.
Я ведь был готов расслабится, сдаться, дать слабину. Ну сделал бы это с Мюрреем один разок и вычеркнул бы его из жизни, удалив из скайпа. В чем проблемы? Планы были такие легкие, ничего не могло быть проще. Но нет же, Мюррей начал выпендриваться, и словить кайф не получилось.
Я подобрал свою гордость с пола, переоделся и лег спать.
— Э-э-э, это все?
— Ну, я подрочил хорошенько, до боли, и уснул. Ты ждала таких подробностей?
— Нет, я скорее жду подробностей, что было дальше.
— Неделя прошла, неделя жуткая, честное слово. Я вспоминал чуть ли не каждые пять минут, как неудачно развлекся. Порой даже ненавидел себя за распущенность и поведение так не присущее мне, но, главным образом, я ненавидел то, что все сорвалось. Было бы лучше подрочить под его взглядом и успокоится. Снять наваждение, знаешь ли.
  
В общем, неделя прошла, а во мне вовсю выросла это навязчивая идея. Ведь только подумай: я же на самом деле ему не отдамся, а так, мысленно. Физически он ко мне и не притронется! Так идея, как дикий плющ, охватила не только голову, но и изнемогающее в фантазиях тело.
Было воскресенье, когда я абсолютно трезвый пошел к компьютеру и чуть ли не помолился перед тем, как его включить. Вот тогда у меня возникла мысль взять ноутбук, но все-таки это было чересчур опрометчиво — вдруг Мюррей все это время смеется надо мной? Просто издевается над геем? А я на кровати с ноутбуком — самая легкая цель для насмешек.
«Ты очень доступный», — это услышал я в голове одновременно с его «Привет», когда он позвонил.
— Привет, как день? Дни? — я провел рукой по гладковыбритой щеке и хмуро уставился на него.
«Ты очень доступный», — как звон колокола с его «Нормально. День, дни. Твои? Твой?»
Да он издевался! И хоть тело уже умоляло сдаться, разум и самоуважение все же убедили меня снова показать, какой я недотрога. Хотя, вероятно, тело показывало свое желание в каждом жесте, с лихвой.
— Тоже нормально.
— А чего такой грустный тогда? Потому что решил показать мне, какой ты недоступный, и не нравится, что не получишь сладенькое? — он говорил со мной как с маленьким мальчиком. Еще немного и он, возможно бы, заулюлюкал.
И черт, он разгадал мой план невероятно быстро. И даже слабое место, что меня расстраивало, вывел сразу.
Я должен был догадаться, что это сказывается его опыт.
— О чем ты говоришь, М-ю-р-р-е-й?
Я уловил, как он вздрогнул, когда я выговаривал его имя. Надо было еще и фамилию сказать!
— Ох, Сэмюэль, такая роль тебе не подходит…
— Да что ты говоришь, какая же подходит? — я попытался легко улыбнулся, но на самом деле уже весь горел. Так хотелось, чтобы он заставил меня «поиграть» и в этот раз довел дело до конца.
— Ну, давай представим, Сэмюэль. — Он придвинулся к экрану, дав мне возможность вглядеться в это высеченное, острое лицо зверя. — Ты на кровати, с ноутбуком, смотришь на меня. На тебе ничего нет. И ты весь горишь. Ты слушаешь меня внимательно, выполняя все, что я говорю. А я говорю те вещи, что заставляют тебя умирать со стыда и наслаждаться. Так ясно?
Я сглотнул, но не позволил вот так размазать себя озвученной, великолепной фантазией.
— А может, иначе? — сказал я с вызовом. — Ты раздеваешься, демонстрируешь себя… я оцениваю и говорю тебе что делать: убираться с глаз моих или получать удовольствие под моим чутким руководством, а? Как тебе?
Мюррей хищно улыбнулся и откинулся на спинку стула.
— Тогда, поиграем, недотрога?
И я прикрыл глаза в предвкушении. «Сегодня точно все получится, и не важно, на каких условиях», — думал я. Но тут же услышал, как он шепнул «шлюшка», и после этого мне стало ясно, что честь правда придется отстаивать.
========== 2.2 ==========
— Хм, а в игре всегда есть правила, ты знаешь это, Мюррей? — прошипел я не без злобы.
— Правила? Хм… — он притворно задумался. — Вроде слышал, но зачем они нам? Или ты чего-то боишься?
— Аккуратней, Мюррей, — нет, мне определенно нравилось и нравится произносить его имя. — Просто я хочу некого подобия безопасности.
— Так чего ты боишься? — вот же упертый всевидящий баран!
Я боялся его. Я никогда не терял голову, но я знал, что с ним могу остаться без мозгов. А если учесть, какого полета я птица, он мог воспользоваться этим. Я довольно известный в определенных кругах, и слава дрочащего на камеру мне была не нужна. Да и мало ли, что могло ему в голову взбрести, может, он любитель крови, или предпочитает записывать все происходящее. Вот было бы ужасно увидеть себя на каком-нибудь задроченном порнушном сайте. Да, главным образом, я боялся огласки шлюшкиного поведения. Хотя я не шлюха!