Beef (СИ)

— Направление хоть верное? — спросил его, тяжко выдыхая и прикидывая, сколько мы простоим.
— Да, — только и успел ответить, как у него зазвонил телефон, и он сказал то же самое уже звонившему.
Я не слышал, что там ему говорили, но видел, как он кивал.
— А… — он нахмурился, — часа через два буду.
Я ещё тогда подумал: «Через два часа? Это как далеко он от города живёт?!». И ведь, даже учитывая пробку, мы оказались бы за переделами города ну, минут через сорок максимум.
— Да, давай. Увидимся. — Мюррей сбросил звонок, а я продвинулся на метр в пробке.
— Ты серьезно думаешь, что мы простоим так долго? — усмехнулся и даже как-то расслабился. Вроде напряжение наконец стало отпускать.
— Нет, — он убрал телефон. — Ну, теперь можем и поговорить.
— Что? — в замешательстве я посмотрел на него, а он улыбнулся.
— Ты с самого начала был такой отвлечённый и заведённый, что к тебе было грех подступиться, — протянул Мюррей, — а теперь вроде нормальный.
Я не знал, что ему сказать, ведь он был прав.
— И о чём ты хочешь поговорить? — решил вернуться к его хорошему началу.
— Ну-у, — я чувствовал, как он взглядом осматривает меня, но не решался перехватить, — даже не знаю, если учесть, что я тебя уже всего видел.
В этот момент мы поехали, чтобы остановиться на светофоре, и если бы я не держался за руль, я бы схватился за свою голову. Да, мне так сильно стало неудобно. До этого я был оголённым нервом, а после его слов почувствовал себя в клетке с тигром. Только не клетка, а машина, и не тигр, а Мюррей. И, признаться, я был не совсем невинным… и от этого краска стыда топила меня в жутком жаре.
Одежда начала колоть тело, и дышать стало нечем. Открыл окно, чтобы вдохнуть воздух, но поперхнулся им, его загазованностью. Но всё же это было лучше, чем задохнуться.
— Слушай, — вспомнил я, что мне целых двадцать семь, — думаю, тактично будет с твоей и моей стороны забыть обо всех вещах, эм, личного характера.
Мне кажется, я хорошо тогда сказал, но слышала бы ты, как он смеялся. Мы поехали дальше и почти добрались до следующего светофора, а он всё хохотал. У него был так называемый “приступ смеха”, смеха надо мной.
Так хотелось приложить его носом о твёрдую поверхность. Но было жалко машину.
— Уж прости, Сэм, — сказал он, когда более-менее пришёл в себя, — я эти вещи «личного характера», — он в наглую передразнил меня, — не собираюсь забывать.
Я ничего не ответил, стараясь отвлечься от Мюррея полностью в пользу дороги. Пробки как таковой уже не было.
— У тебя такая классная задница… — я заметил, как он прикрыл глаза и сладко улыбнулся, будто вспоминал. А задницу мою сразу припекло.
— Замолчи, пожалуйста, — эти слова с большим трудом мне дались.
— Да ладно, — он зевнул, хам, — правда же классная. Может всё-таки дашь мне её трахнуть разок?
— Замолчи, — повторил, не разозлился ведь, скорее всего, я с самого начала встречи предполагал, что место грязным словам будет.
— Ну чего тебе стоит, а?..
В бессилии у меня дрожали пальцы, и я только и мог, что вцепиться в руль покрепче.
— Шучу, — засмеялся и начал рассматривать вид за окном.
Мы выбрались из города и ехали по трассе. Машин было совсем мало, так что скорость у нас была приличная.
— Ты такой неприступный, — сказал он, не переставая смотреть в окно, — можем закончить твои мучения, тормозни.
При первой же возможности я съехал вправо и остановился.
— И что? — я совсем не понимал, что происходит.
— Я сам доберусь до дома, — он открыл дверь, и я схватил его за рукав, прежде чем он вышел, неожиданно для себя самого.
— У тебя же нет денег, — я его всё не отпускал, и вытянутую спину схватило на секунду, как у старика. Я тогда подумал, что надо записаться на йогу.
— И ты мне поверил, — Мюррей улыбнулся мне, как маленькому, и дверь закрывать не стал. Просто повернулся ко мне: — Якоб не будет в восторге, если я приеду со смазливым парнем на крутой тачке.
Пребывая в замешательстве, я так и не отпустил его, поэтому странно было чувствовать, как он своей рукой разжимает мои пальцы.
  
— Я могу подвезти тебя не к самому дому, — снова завёл машину, давая понять, что дверь надо закрыть. — Подвезём тебя так, что он и не заметит.
Мюррей хмыкнул и всё же остался со мной.
Почувствовав себя впервые хорошо в его компании, даже как-то привыкнув к нему, я включил радио. Это был удачный момент, потому что играла великолепная «Ода к Радости», и я окончательно пришёл в себя.
— А чего-нибудь поновее нет? — он прервал мою идиллию и начал вовсю тыкать на кнопки, сменяя волну за волной.
Мюррей остановился, когда мои барабанные перепонки разорвало грохотом, который он ошибочно принял за музыку.
Теперь уже я начал переключать, пока легко не заиграла гитара. И через пару секунд Мюррей потянулся, чтобы сменить её, и я шлёпнул его по руке.
— Эй! — в ответ он сделал то же самое, только по моему бедру, которое сразу же загорелось. Будто он не шлёпнул меня, а поджёг.
Тогда он точно был как маленький мальчик для меня. Если бы я знал, чёрт, если бы я только знал, что первое впечатление бывает настолько обманчивым. Если бы я знал, что надо доверять камере, а не личному общению. Потому что тогда, через камеру, я действительно смотрел на него, а когда он был рядом, замечал только то, как он влияет на меня.
В общем, я слишком расслабился в его на самом деле опасной компании.
— Поверни налево, — наконец он сделал какое-то указание.
Я выполнил и услышал:
— Прибавь скорости, — мы ехали чуть больше ста километров в час, и всё же немного я прибавил. И как только я это сделал, он сказал: — А теперь сбавь скорость.
— Ты издеваешься?! — естественно, я был возмущён.
— Сбавь! — он улыбался, Мюррей действительно издевался, и всё же я сбавил: — А теперь тормози.
— Зачем? Ты снова хочешь домой на попутках? — я не собирался останавливаться.
— Нет, я хочу отлить, — и я сразу после его слов съехал к обочине.
Он не далеко ушёл, чтобы это сделать, но я не стал на него смотреть. Это все чёртова кола, которую он выпил. Наверное гадость сожрала все его внутренности, которые он теперь сливает.
Когда он вернулся в салон, я протянул ему влажные салфетки, которые всегда есть в моей машине.
— Да ты брюзга, — Мюррей усмехнулся, но всё же вытер руки и использованную салфетку выбросил в окно.
Знаешь, К., человек настолько странное существо. Казалось бы, логика всегда присутствует в наших действиях, но порывы невозможно объяснить. Эти мысли, которые, кажется, берутся из ниоткуда, мысли, которые в секунду толкают нас в пропасть, хотя по логике мы всегда знаем, что там смерть. И мне всё же очень хочется знать, откуда эти рисковые идеи, неужели наше подсознание настолько безумное?
Я не трогался с места, просто держал руки на руле.
— Дашь мне свой номер? — вот сейчас я хочу остановиться, чтобы попытаться тебе объяснить мой порыв. Это было не совсем мимолётное решение, но точно не пятисекундное. Может, он всё же подкупил меня своей детскостью, редким для взрослых простодушием.
И я всё же понимал, что вряд ли ему позвоню. Не потому, что есть «Скайп», а просто не позвоню. Кстати о «Скайпе», — я точно знал, что этими грязными делами заниматься больше не буду. С ним было бы уже неловко, а с другими просто не представлял как.
Может, это и объяснение — прекрасно понимая, что наша виртуальная связь кончилась, мне хотелось уцепиться в реальной.
— А что мне будет за это? — он усмехнулся, как всегда втягивая меня в свои непонятные игры.
— Я не буду с тобой спать, — не то чтобы твёрдо это прозвучало, так как чем дальше мы ехали, тем дальше я заходил в своих мыслях в отношении него.
У меня давно никого не было, а он точно хорошо бы меня трахнул. Ну что тут такого? Один раз поддаться искушению… Скажу честно, тогда меня смущало только то, что мы на трассе.
— Нет, — он улыбнулся так же опасно, как тогда, когда мы устраивали прелюдию в «Скайпе». Это был один из немногих моментов узнавания того Мюррея в этом. — Спать со мной это дорого.