Хронум Книга II (СИ)

— Не успели еще.
— Ну так выясняй!
Я был раздражен. Из-за своих людей (что подверглись удару менталистов и, скорее всего, останутся инвалидами). Из-за своей слабости и небрежения мерами безопасности. Чертовы амулеты ментальной защиты стоили дорого. Но что значат деньги, когда на кону жизни моих людей?
Стоя над грудой мяса, я принялся раздавать команды. Все, хронум, больничный закончился. Набрал брата, сказал ему возвращаться домой и быть осторожным в пути; Аликперова: попросил дядю содействия в поиске заказчика покушения. Хотел будить Катю, дать ей команду на закупку амулетов ментальной защиты, но вовремя передумал. Все же был третий час ночи. Гребаная столица со своими ублюдками жителями!
* * *
Служба Имперской Безопасности
Кабинет Пожарского
Князь Романов искренне не понимал негодования своего старого друга. Казалось, что тут такого, кинуть наглого Ахматова? Ан-нет, Пожарский видел в нем пользу и требовал от князя соблюдения договоренностей.
— Игнат, да ты пойми меня. Не могу я отдать свою дочь за его бестолкового братца. Ты понимаешь, какой репутационный урон я понесу?
— Плевать я хотел на твою репутацию! — выпалив это, Пожарский на миг стушевался, ведь репутация в мире аристократии не пустой звук. — Думаешь, тебе сойдёт это с рук?
— А кто мне запретит нарушить свое обещание? Ахматов? Или арбитры? Теперь я в курсе, что от меня хотят избавиться. Предупрежден, значит, вооружен. Не так ли? К тому же ты знаешь мои возможности.
— Знаю, знаю. Но предупредил тебя Лев. А это стоит многого.
— Да срать я хотел на заносчивого простолюдина. Ахматову дали задание моей ликвидации, но тот понял, что не справится и поэтому решился на диалог со мной.
— Тут ты ошибаешься, — лукаво улыбнулся Пожарский, подлил коньяка в пустой бокал. — Я разговаривал с ним. И знаешь что?
Романов заинтересованно подался вперед. Ему действительно было интересно узнать детали разговора от того, кто всегда добивается истины. Ведь и сам князь не до конца понимал мотивацию этого сомнительного персонажа.
— Ахматов вынужден работать на арбитров. Тебя не стал убивать по двум причинам: считает, что Романовы нужны государству, и вторая причина — перед смертью пытается обеспечить своим близким достойное существование. Именно поэтому он попросил женитьбы. И поверь мне, захоти он кончить тебя, сделал бы это.
— С чего такая уверенность? — скептически хмыкнул князь, пригубив дорогого коньяка.
— Потому что я знаю. Помнишь то местечко в Хакасии?
— Аномалия, где младенцы рождаются с узорами?
— Именно. Около сотни одаренных из тех мест перешли на служение Ахматову. Туманники, лекари, высокоранговые граверы, уникальный кузнец и даже пейрам.
— Пейрам? Такой же как ты? — удивился князь.
— Не такой же, но тоже очень сильный одаренный.
— Но как⁈ Как ему удалось переманить их к себе?
Пожарский выдавал информацию порциями — сохранял интригу. Ему нравилось видеть недоумевающее выражение лица своего друга. Впрочем, когда его люди начали давали информацию о скромном предпринимателе Ахматове, князь реагировал точно так же. А ведь он повидал на своем веку многое.
— Знаешь, какой у него дар?
— Слабенький хронум он, — сказав это, Романов непроизвольно скривившись от недовольства, ведь на самом деле он так не думал.
— Сам-то веришь в это, Степаныч? Не ты ли мне рассказывал детали встречи в ресторане? Где Ахматов лично расправился с твоими головорезами. Он уже далеко не слабый хронум. Осведомители выяснили детали его пребывания в Хакасии. Помнишь детскую сказочку про Воина Света?
Романов отрицательно покачал головой.
— Не помнишь? Почитай на досуге. Он убедил местное племя, что он Воин Света, и они пошли за ним. По неподтвержденной информации у него даже аналитик есть.
Дорогущий коньяк пошел через нос, и Романов закашлялся. Ладно лекарь, лекари — не редкость, туманники и сильные граверы… Такого добра и у князя немало. Но аналитик!
— Да ну не может быть! Надо ехать в Хакасию и вербовать остальных. Если у него получилось, то и я смогу.
 
Князь забегал по кабинету, но довольный произведенным впечатлением глава СИБ осадил своего друга:
— Ты Воин Света? Нет. Сиди тихо и не высовывайся. Вообще-то тебя считают убитым, если ты забыл.
— Да, да. Чего это я… — спохватился князь. — Что-нибудь еще расскажешь про моего будущего родственничка?
— Хех, присаживайся. На вот, сам смотри.
Пожарский протянул Романову электронный планшет, на рабочем столе которого красовалась одна единственная папка с названием «хронум». В ней содержались фото- и видеоматериалы от осведомителей, а также досье на Ахматова и аналитические справки.
Вначале Романова заинтересовало видео с говорящим названием «Давид против Голиафа», где с камеры дрона велась съемка битвы на заброшенном заводе под Петербургом.
Князь досмотрел видео до конца, множество раз перематывал запись, останавливался на сильных моментах, требовал пояснений: так ли оно было на самом деле или это видеомонтаж. Пожарский улыбался в ответ и монотонно отвечал одно и то же: «Да, так проявляется дар хронума», «Да, Лев высасывает жизни», «Не знаю я, что жертвы видят в его глазах». И так по кругу: Романов охал и ахал — Пожарский ему пояснял.
— Однако… А его брат тоже неплох. С пятым рангом так долго противостоял более сильным одаренным.
Романов уже начал свыкаться с мыслью, что Олег Ахматов — будущий зять.
— Так, а тут что у нас? «Хакасия. Хронум уже не хронум», — зачитал он вслух название другой видеозаписи.
Видео было смазанным, сделанным на старую камеру с маленьким разрешением. На нем Лев принял облик ангела с крыльями и наказывал какого-то наглеца. Это произвело самое сильное впечатление на князя. Ведь такого дара попросту не существовало. Не могли люди иметь крылья.
Дальше один за другим пошли аналитические справки и отчеты подчиненных Пожарского. По их мнению, косвенным и прямым признакам, Ахматов был замешан в биржевых спекуляциях (весьма грамотно реализованных), убийствах аристократов, а также в рейдерских захватах. Теперь Романов не думал о будущем зяте, как о голодранце с улицы. У Ахматовых была целая бизнес-империя, о существовании которой князь и не догадывался.
Переваривая полученную информацию, Александр Степанович долго молчал, оценивающе рассматривал фотокарточку Олега Ахматова.
Он любил своих дочерей. Его преследовало желание выдать Ольгу (две старшие уже были замужем, а младшие не достигни совершеннолетия). Но не за простолюдина. Как бы Романов не лгал себе, что все дети для него равны, Ольгу он любил больше остальных, и партию желал найти ей под стать. Однако и просьбу друга он не мог игнорировать. Игнат не ошибался в людях и плохого ему не советовал.
Но что, если…
— Данилыч, что ты имел ввиду, когда говорил про смерть Льва? Это была метафора?
— Нет. Он на грани смерти. Отравлен черной магией. И даже мой лекарь не смог ему помочь.
— Ого! — удивился князь, — Так ты и лекаря ему выделил? Значит, он действительно представляет интерес.
— Алексиса Габриаскаса.
Это имя было знакомо князю Романову. Грек по происхождению — лекарь двенадцатого ранга. Его услугами пользовались многие влиятельные рода. В том числе и его род.
— А черная магия? Что это?
— Древнее зло, Саш. Нет времени рассказывать. На досуге почитай про гробницу Тутанхамона, и что случилось с археологами после ее открытия.
Зеленая кнопка коммутатора загоралась уже в третий раз, а это значило, что его секретарша настойчиво просила отклика.
— Ирочка, я вас слушаю.
— Игнат Данилович, вы просили сообщить о прибытии Скворцова
— Да, да, пусть заходит.
— Саша, спрячься пожалуйста за ширму и не высовывайся. Скворцов как раз занимается делом Ахматова. Думаю, тебе тоже будет интересно послушать.
Князь что-то буркнул недовольно своему другу, но сделал, как он просил.