Чужой портрет (СИ)
— Но я… Я просто не знаю… Как туда заходить? Меня пустят, вообще? — бормочу я в плечо сестры, и она тут же приходит в себя от минутной слабости, снова возвращаясь к привычной истерически-раздражительной манере общения, которой раньше не было у нее. Совсем.
— По моему пропуску пройдешь, — начинает инструктировать она, снова бегая по комнате и собирая вещи, — там не смотрят в лицо, вообще всем пофиг. Офис на пятом, там длинный такой коридор и кабинеты. Моешь те, которые открыты. Поняла? От закрытых у приходящих убощиц ключей нет, их потом кто-то из постоянных моет. Если кто будет там лазить, можно здороваться тихонько, если вдруг кто посмотрит. Но они обычно не обращают внимания, белая кость, мать их… — лицо Ланки чуть кривится, и становится понятно, что она терпеть не может обитателей офисов, — такие бабки спускают на фигню всякую, ты бы знала, Марусь… Мне иногда кажется, что, если взять бюджет на бытовую химию, что им на месяц выделяют, то как раз Вальчику на новое кресло хватит. И еще нам на питание останется. На месяц.
— А где брать ведро, там, швабру? — торопливо возвращаю я ее к реальности, потому что эта новая Ланка, заглядывающая в чужие кошельки, вызывает оторопь. Раньше этого тоже не было… Вообще, ловлю себя на том, что от моей сестренки мало что осталось. И это не удивительно при такой жизни.
— Возле лифта есть подсобка. Там все. Так, Вальчик, чего стоим, кого ждем? Быстренько одеваться!
Я все еще неловко топчусь у порога, и сестра всовывает мне пропуск, ключи от подсобки:
— Там есть, во что переодеться, на лицо маску надень, на всякий случай, хотя химия там не ядерная, но положено по технике безопасности. Это в центре, на Володарского 10. Через центральный вход, прикладываешь пропуск на охране, проходишь. Если вдруг кто спросит все же, что вряд ли, скажи, что заменяешь Викторову. И все. Поняла? Но лучше не тормози, я не уверена, что так можно делать, там серьезная контора.
— А чем хоть занимаются? — спрашиваю я уже из-за порога.
— Да всем, что в городе есть. Это фирма Тагира Хазарова, слышала про такого?
— Нет…
— Ну и хорошо. Все, иди, Марусь, у меня тоже время ограничено.
— Я позвоню…
— Ага… Эй, стой!
Останавливаюсь, разворачиваюсь к Ланке.
— Ты как сходила-то?
Сестра в курсе, зачем я приехала и к кому, и меня на мгновение накрывает теплой волной от искреннего интереса в ее голосе. Надо же, за своими проблемами помнит о моих словах…
— Нормально… Холодова в городе нет пока, но он мне был очень рад по телефону… Через месяц вернется и возьмет меня в свою студию…
— Ну, я и не сомневалась, — кивает Ланка, улыбнувшись, и у меня сердце екает, настолько эта улыбка преображает ее, делая из замотанной жизнью женщины красивую, молодую девушку, и, что гораздо ценнее, ту самую, прежнюю Ланку. Мою Ланку. — Ты вообще талантище, конечно, он тебя возьмет! По-другому и быть не могло!
— Да… — улыбаюсь я в ответ, — вот только месяц ждать…
— Ничего! — Ланка неожиданно переступает порог, тянется ко мне, опять обнимает, — ничего, прорвемся! Ты меня прости, если я резко… И что вот так тебя припахала… Но мне реально больше не к кому… Серега, гнида… Ладно, не будем… А тут такая возможность… В этот сад фиг попадешь, он один в городе… А в простые сады Вальчику нельзя же… Такой шанс… Вот я и наглею. Прости меня, Марусь…
— Ну что ты… — Растроганно глажу я ее по худым плечам, — я же все понимаю… И не волнуйся, я поддержу… И вообще… Рассчитывай на меня, обязательно, хорошо?
— Да я и так тебя в оборот взяла, по-наглому…
— Глупости не говори. Это мой племянник… И ты — моя сестра…
— А я тебе не помогла с мамой…
— Ты же не знала… И вообще… Все, хватит. Тебе пора собираться.
— Да… Ой! — Ланка смотрит на часы, подпрыгивает и принимается подталкивать меня в ступенькам, — все, иди! Если что, звони, поняла?
Киваю.
— И ни с кем там не болтай! Там непростые люди могут быть! Поняла?
— А если меня все же кто-то спросит? Из офиса?
— Делай вид, что все время там работаешь! Они все равно нифига челядь в лица не узнают! Тем более, такую, как я, приходящую! Маску не снимай, лишних вопросов не задавай. Если в открытом кабинете кто-то сидит, они иногда там задерживаются, просто извинись и выйди. Хотя, сегодня пятница, так что вряд ли кто-то будет… Они после двух все с работы линяют… Все, удачи, сестренка!
— Пока.
Дверь захлопывается, и я спускаюсь по ступенькам, сжимая в потеющей ладони пропуск. Ничего себе, денек у меня сегодня…
Очень надеюсь, что все пройдет спокойно, и я не подведу Ланку.
И сама не спалюсь и не опозорюсь…
Тагир Хазаров… Кто это, интересно? Бизнесмен? Мэр города? Да нет, вроде, тут другой кто-то…
В любом случае, надеюсь, что этот Хазаров и его подчиненные любят отдыхать по пятницам. Вне офиса.
Глава 8
Офисное здание находится в Старо-речном районе, в самом центре города, но не в историческом, а в самом что ни на есть деловом, которого раньше тут не было.
Я помню это место совсем другим: с одноэтажными разномастными домиками, огороженными палисадничками, с милыми сквериками между ними и даже самодельным прудиком, в котором водилась рыба, и по утрам тут часто стояли задумчивые мужики с удочками.
Сейчас от частного сектора не осталось и следа, домики сломали, скверики срыли, пруд закопали. Теперь тут — высотки, причем очень даже серьезные, на много-много этажей, сверкающие хромом и стеклом.
Я честно пытаюсь сосчитать количество этажей в нужном мне здании и сбиваюсь после десяти.
Город, в который я приезжала когда-то совсем ребенком, меня не узнает. И не принимает.
И мне самой как-то неуютно в нем, тяжело, давит плечи и теснит грудь.
Мама говорила, когда-то именно здесь, в центре, который еще не был тогда центром, а одним из районов быстро разрастающегося города, стоял небольшой домик, в котором жили ее родители… Интересно, что бы она сказала сейчас, увидев, что от родных ее мест не осталось ничего?
Ощущение, что с каждым шагом моим по этому городу все больше стирается прежняя жизнь. И моя, и мамина… Словно и не было ничего, словно и не жила она никогда на свете.
Что от нас остается после всего? Память, живущая в людях, помнящих о нас? А если эти люди тоже умирают? Все? Ничего не остается?
Ежусь от внезапного холода, который несут эти мысли, выдыхаю.
Наверно, это просто паническая атака, да.
Я очень сильно боюсь идти туда, в сердце этого длинного монстра из железа и стекла. Боюсь, что меня раскусят, поймут, что самозванка, и выкинут на улицу… И я не смогу выручить Ланку. И еще возможен вариант, что меня задержат и отправят в полицию…
Руки начинают дрожать, как и всегда, когда слишком сильно переживаю, ловлю себя на этом, с силой сую ладони в карманы, нащупывая пропуск, и решительно направляюсь к автоматическим дверям. В любом случае, пути назад нет.
Строго следуя инструкции Ланки, ни на кого не смотрю, прижимаю пропуск к турникету, толкаю, прохожу… Шаг, другой, третий… Напряженно жду оклика, того, что вот сейчас, прямо вот сейчас… Двери лифта послушно раскрываются, торопливо забегаю, нажимаю на пятый…
И прислоняюсь в изнеможении к зеркальной стене.
Прошла! Боже, я прошла! С ума сойти!
Выдыхаю, унимая бешено колотящееся сердце, успокаиваю себя тем, что дальше будет легче. Пятый час дня, есть вероятность, что в офисе уже и нет никого…
Распахиваются двери на нужном мне этаже, выхожу и сразу сворачиваю направо, в подсобку уборщиц.
И там, уже окончательно придя в себя и поверив, что сегодня все пройдет гладко, переодеваюсь в халат, повязываю косынку, пряча волосы, и напяливаю маску до глаз. Смотрю на себя в зеркало, удовлетворенно киваю отражению. Отлично. От Ланки точно никто не отличит…
Беру тележку с ведром и необходимыми принадлежностями, пару минут изучаю содержимое, прикидывая, что и как использовать, и затем уже уверенно толкаю дверь в коридор.