Судный день (СИ)

Я шумно выдохнул. Сейчас совершенно не было времени придумывать красивую легенду.
— Готовься к взлёту. Придумаем вескую причину по пути!
Я убежал, не дожидаясь ответа. Нашёл Электро и Аню возле костра. Девочка мирно спала на одеяле, сделанном из кожи червя. А старик сидел рядом и ждал, пока в походной кастрюльке вскипит вода.
— Электро! Нам нужно улетать. Прямо сейчас.
— Я только успокоил Аню. Ты не представляешь в каком она шоке после всего увиденного.
— Представляю. Но нужно выдвигаться, если не хотите добираться до бункера на червях.
— А вариант не плохой, — Электро серьёзно задумался.
— Это почти две недели пути в экстремальных условиях. И без нормальной еды. Этого ты для неё хочешь? — я кивнул на девочку.
— Нет. Но дай ей отдохнуть. Хотя бы час…
— Этот час может стоить жизни всем, кого я оставил в центральном бункере. Понимаешь?
— Угу, понимаю, — с досадой ответил он.
— Раз понимаешь, идите к вертолёту. Полетим сразу в центральный бункер, так что собери еды с запасом на два дня.
— Да тут мне одну рыбу предлагают, — фыркнул старик. — Причём мутировавшую.
— Ссылайся на меня, и внезапно найдётся пара консервов.
— Угу.
Я всё же помог старику в поисках еды. Нашёл Октера и передал приказ принести оставшиеся консервы и бутылку с водой. На весь огромный отряд вольного племени нашлось всего десять банок, захваченных где-то по пути. Но нам должно хватить.
Электро переложил спящую Аню в кабину вертолёта, и сам сел рядом с ней. Ох, весёлое у неё будет пробуждение, ибо звук взлетающей машины никого не оставит спящим.
Я же сел рядом с пилотом и надел наушники. Лопасти завертелись, и мы поднялись в воздух.
— Так к какому из бункеров летим? — спросил я, когда мы набрали высоту.
— К утру прибудем в сорок шестой.
Голос пилота раздавался глухо из-за противогаза.
— Это ни о чём мне не говорит. Чем занимается этот бункер?
— Там лаборатория. Но я без понятия, что за опыты там проводят.
Мы придумали примерный план. Но ни у одного из нас не было уверенности, что он сработает.
Утром пилот попросил через рацию разрешение на посадку и получил его только с десятой попытки из-за помех на линии связи. Я приказал Ане с Электро переодеваться в химзащиту, и на себя тоже напялил костюм. А сделать это, сидя в кабине пилота, было ох как не просто.
— Выньте фильтры, тогда небольшая часть радиации будет попадать в воздух, — посоветовал пилот.
— А этого не заметят? — уточнил я.
— Нет, они же не на виду находятся, а под крышкой.
Даже без фильтра дышать было тяжело. Концентрация потребляемого моим организмом излучения сразу снизилась. Да и Аня знатно отгоняла от нас частицы.
Я снова чувствовал себя человеком, и это мне совсем не нравилось. Ну не создан этот мир для обычных людей, здесь смогли выжить и приспособиться к более-менее нормальной жизни только мутанты.
— Иду на посадку, — предупредил пилот.
Вертолёт опустился на взлётно-посадочную площадку, расположенную на крыше одноэтажного здания, под которым и находился очередной бункер.
Стоило мне открыть дверцу, как тут же к нам подбежали вооружённые люди в химзащите болотного цвета.
— Представьтесь, — приказал солдат, когда лопасти вертолёта почти остановились.
— Гладков Вячеслав Александрович, — представился я именем человека, который остался в нашем лагере из машин вместе с дочерью.
Электро и Аня представились именами врача и пациентки. Благо все сопроводительные письма на эти имена остались в кабине пилота. И нам оставалось лишь играть свою роль.
Ещё до посадки я отдал Электро и Ане приказ не говорить без необходимости, и они успешно справлялись со своей задачей. Даже из кабины выходить не стали. А вот мне пришлось.
— Вячеслав Александрович, в документах написано, что вы держите путь в сто девяносто второй бункер. Он находится в дне пути отсюда. Так объясните, зачем вы сделали такой крюк, — строго спросил бункерский, изучив сопроводительные бумаги.
— Мы столкнулись с непредвиденным препятствием, которое пришлось облетать. Слышали о новом виде мутантов? — спросил я, но мой голос звучал глухо из-за противогаза.
 
На мне была защита с солнцезащитными стёклами. Через затемнённые не так бросались мои ярко-красные глаза. Цветных линз в этом мире не было, так что это был единственный способ скрыть себя.
— Слухи доходили. Можете описать, что видели? — обратился ко мне мужчина, а затем крикнул стоящему на краю солдату. — Миха, позови Данила Игоревича! Скажи, что у наших гостей сведения о тех странных мутантах.
А вот это было плохо. Значит, мне предстоит серьёзная беседа с кем-то из главных этого бункера. Главное, чтобы вниз не пригласили. Иначе, как только я сниму противогаз, то сразу раскрою себя.
— Описать могу. На чёрное облако похоже. С красными пятнами. Огромное такое, — я расставил руки, — и оно ещё пыталось нас нагнать. Еле удрали. А вы случайно не в курсе, что это за мутация такая?
— Не-а, — покачал головой мужчина. — Мы пока на стадии сбора данных, но ни одну тварь поймать так и не смогли.
Я не стал говорить, что навряд ли у них получится взять инопланетного языка. Только если в клетку из фериума его заманят. А такие я только на заводе видел, да и самому пришлось посидеть.
— Так вы подсобите горючим? — прямо спросил я. — А то иначе не долетим.
— Сейчас Данил Игоревич придёт, у него и спросите, — отмахнулся мужчина и поправил ремень автомата на плече.
Оружия он на нас не наставлял, что уже говорило о многом.
Нам пришлось ждать где-то полчаса, потом бункерский получил по рации команду спускаться вместе с нами к главному входу. Хорошо, что из-за противогаза никто не заметил, как искривилось моё лицо от этой просьбы.
Мы прошлись по лестнице, обогнули здание и оказались у высокой металлической двери. Она раскрылась, и оттуда вышел человек в сером костюме химзащиты, а позади него стояли двое вооружённых в зелёном. Ну, у них хоть какое-то цветовое разнообразие имеется, а то кроме серого и белого, я ничего не встречал. Хотя ещё чёрный костюм у священника видел.
— Вячеслав Александрович, рады вас видеть в нашем бункере, — бодро поздоровался мужчина. — Меня зовут Данил Игоревич, и я здесь главный научный сотрудник.
Из-за стёкол его противогаза виднелись умудрённые жизнью глаза.
— Рад знакомству, Данил Игоревич, — я протянул ему руку, удостоверившись, что сила Ани достаёт и до сюда.
Иначе я бы мог причинить вред человеку. Обычно делал это голыми руками, но и через прорезиненные перчатки рисковать не хотел.
Рука Данила Игоревича оказалась крепкой, несмотря на преклонный возраст, о чём я мог судить лишь по глазам.
— Пройдёмте в бункер. Можете пригласить пилота и ваших спутников. Они наверняка хотят снять защиту и отдохнуть. Мы вас накормим, — предложил мужчина.
— Благодарю вас. Но вынужден отказаться. Мы спешим. Понимаете, девочка, которая летит с нами — больна. И нам нужно доставить её в нужный бункер, как можно скорее.
— Она не показалась мне больной, — вмешался бункерский, с которым мы разговаривали наверху.
— Мы не должны что-то доказывать, — парировал я. — И то, что она пока в состоянии сидеть, ничего не значит.
— Понятно, — сказал Данил Игоревич. — Но нам всё равно придётся спуститься, чтобы подать запрос в ваш бункер. Если они одобрят обмен горючего, то мы вам поможем.
— Обмен на что?
— Для таких случаев у нас имеется список дефицитных вещей.
— То есть к вам часто за бензином залетают? — усмехнулся я.
— Нет, но мы часто помогаем другим бункерам, если у нас имеется такая возможность. Пройдёмте вниз. Думаю, согласование не займёт больше часа.
Мне ничего не оставалось, как кивнуть и пройти в бункер.
Мы прошли в специальную комнату, где нас обдало холодным паром нейтрализатора.
Я окружил себя куполом, ведь через пару метров сила Ани переставала действовать. И на мне затрещали бы все дозиметры. А так прошёл без проблем.