Первая ракетка (СИ)

— Я никому не скажу, сэр. Ребята тоже.
— Отлично, Питер. До встречи.
Питер попрощался и направился к выходу. Он прокручивал случившееся в голове и не заметил, как врезался в чью-то грудь. Подняв взгляд, парень замер.
Сильные руки взяли его за плечи и аккуратно отстранили. Голубые глаза искрились весельем. Питеру даже показалось, что мир замер. А короткие золотые волосы действительно светятся. Стив Роджерс. Многократный чемпион. Его кумир.
— Аккуратней, малыш! — Роджерс подмигнул парню и, обойдя его, пошёл дальше.
Питер проводил его взглядом. Блондин подошёл к Барнсу, уже сидящему за барной стойкой, поцеловал в висок. Тренер повернулся и оплёл блондина руками за шею, следом последовал настоящий поцелуй.
Питер пулей вылетел на улицу. Подойдя к какому-то парню, который курил рядом со входом, он попросил сигарету. Курил Питер очень редко, и поэтому своих не носил. Парень охотно поделился. Потом что-то быстро написал на коробке спичек и протянул их Питеру. Когда тот хотел вернуть спички, парень лишь подмигнул и вернулся в клуб.
***
В понедельник все встретились в клубе как ни в чем не бывало. Только Барнс слегка посмеивался и явно поддразнивал несостоявшихся гуляк.
— Так, а теперь для поднятия командного духа я попросил своего близкого друга нас навестить! — Барнс привлёк внимание всех находящихся на корте.
Под всеобщий гудеж к нему подошёл Стив Роджерс, приветливо улыбаясь. Его взгляд встретился с Питером и он удивленно приподнял брови, но ничего не сказал.
— Стив — мой близкий друг детства. Мы занимались вместе теннисом с шести лет. Он…
— Питер! — на поле выбежала младшая сестра Паркера. Девочка кинулась к брату, по пути извиняясь перед тренерами.
— Звонила мама. Ты не брал трубку. Отец, как всегда, рылся в наших комнатах, и нашёл у тебя спички из гей-клуба! — девочка схватила брата за руку и пыталась утащить. — Он едет сюда!
Баки и Стив не слышали, что говорит младшая, но заметили, как Питер мелко задрожал. Мужчины переглянулись и подошли ближе. Питер, заикаясь, всё им рассказал.
— Тренер, я все-таки закончу с теннисом, он меня покалечит… — заключил Питер.
— Ну уж нет! — Питеру показалось, что эмоции исчезли с лица Барнса, а глаза стали прозрачно-стеклянными.
— Так, успокоились! — Стив обеспокоенно посмотрел на друга, и потом, уже спокойнее, на парня. — Мы виделись в пятницу вечером. Ты, Баки, просил показать парню пару движений. Спички мои, ты прижигал шнурок на кедах. Оставил как сувенир, даже не посмотрев, что это за спички. Всё? Все счастливы?
— Ты ужасный человек, Стив. Ты мне когда-нибудь так врал? — восхитился Баки.
— Нет, обычно я вру только ради тебя.
Не успели они сказать ещё что-то, на поле выскочил разъярённый мужчина.
— Мы не знаем, зачем он здесь! — только и успел шёпотом предупредить Стив.
— Маленький гаденыш! Решил меня опозорить?! — без приветствий мужчина подлетел к Питеру и, схватив парня за ворот майки, встряхнул.
— Мистер Паркер! Что происходит?! — Баки высвободил Питера и спрятал за своей спиной, незаметно сжав его руку и погладив большим пальцем. Питеру вдруг стало гораздо спокойней.
— Мой сын трахается с мужиками! — с омерзением в голосе прошипел еле слышно мужчина.
— Да? Серьезно? — Баки удивился весьма правдоподобно, и лишь Питер уловил нотки ехидства в его голосе.
— Питер, ты гей? — Стив тоже повернулся к парню. — А что ты делаешь сегодня вечером?
— Я не гей, мистер Роджерс.
— А как ты объяснишь это? — мужчина швырнулся помятый коробок к ногам сына.
Стив поднял коробок и рассмотрел со всех сторон.
— Мда… свидание обломилось, а жаль, Питер очень красив, мистер Паркер. Это мои спички, вот даже номер мне писали. Парень стащил их как трофей от кумира… я так понимаю…
— А ты кто такой, чтоб твои вещи цену имели? — мужчина пристально осмотрел Стива.
— Спортсмен, сэр. В основном, теннис. Но есть ещё несколько видов, в которых я достиг хороших высот.
— Это какие?
— Рестлинга среди них нет, как и американского футбола, так что, думаю, я вам неизвестен.
 
— Плевать! Почему пидор учит моего сына?!
— Мистер Паркер. Это не школа. Это теннисный клуб. Взрослый. Тут нет никого младше шестнадцати. Да и тут не учатся, тут тренируются. Стив - мой гость. Вы не имеете основания тут находиться. Гомосексуализм у нас в стране не запрещён…
Стив понял, что Баки начинает закипать и просто бросает несвязанные фразы.
— Мистер Паркер, если Вы боитесь, что я буду домогаться Вашего сына, можете остаться на этот час на трибуне. Потом мне пора по своим делам.
На том и сошлись. Барнс последовал совету друга и ушёл в кабинет остыть. Стив остался его заменить.
— Спасибо, сэр… — еле слышно сказал Питер, когда они начали разминаться.
— Есть за что. Я спас твоего отца от смерти, а Баки - от тюрьмы.
— Что Вы имеете в виду?
— Баки и так кроет от гомофобных папаш, а за тебя бы он точно убил.
— Разве бывают не гомофобные отцы? — Питер покраснел, делая вид, что не услышал про отношение тренера к себе.
— Мой. Когда в мои семнадцать он узнал, что я гей, он и от меня не отказался, и парня моего принял и дорастил его до совершеннолетия как родного.
— А где были его родители?
— Его от него отказались. А перед этим его отец ему сломал руку. Левую, он был левша. Буквально раздробил. Собирали кости как пазл. Конечно, он восстановился, и даже переучился на правую. Но подача не та. О большом спорте пришлось забыть.
— Тренер?… — шокированно прошептал Питер и с тоской посмотрел на здание, где сейчас отсиживался Барнс.
— Твоя подача, — Стив выпрямился и ткнул ракеткой в Питера.
***
Тихая музыка. Приглушённый свет. Гостиная, укутанная в приятный полумрак, кажется каким-то волшебным местом.
Двое обнаженных мужчин лежат на полу, практически засыпая. Вдруг идиллию нарушает тонкая струйка табачного дыма.
— Баки, ну что за черт. Тебе нельзя…
— Нет, Стив, это тебе нельзя. Я — всего лишь тренер…— потянулся Барнс, затягиваясь. — Кстати, спасибо за сегодня, я так и не сказал.
— Даааа. Но, я понял тебя.
— О чем ты?
— Парень просто картинка. Думаю, мне бы тоже башню рвало, если бы мне нужно было его разминать, иногда массировать, и вообще общаться с ним, делая вид, что член не дергается каждый раз, как он нагибается за мячом.
— Воооот. Пока был мелкий, просто симпатичный шкет. Но ему двадцать один, и он вырос просто шикарным. Короче, сил моих его тренировать нет. Но и бросить его не смогу, да и не захочу.
— Слушай, ну реально, вы же не школа…
— Без вариантов. Он не гей, тем более он мне уже отказал.
— Он гей. Отказал тебе, потому что ты слишком большой авторитет для него. Что-то неприкосновенное.
— Я тебя умоляю, Стив.
— Я могу тебе показать.
— Лучше не начинай.
— Да ладно. Ради большой и чистой…
— Стив, не лезь.
Блондин отобрал сигарету и, затушив ее в пустой чашке из-под чая, навалился сверху на Баки. Мокрыми поцелуями он спустился от носа к ключице. Широким мазком языка поднялся к уху и… больно укусил за шею.
— Сдурел?!
— Соскучился!..
========== Часть 2 ==========
— Что думаешь, это Роджерс? — Мишель поправила юбку, не отрывая взгляда от Барнса, стоявшего в нескольких метрах от них.
— Я думаю, нам стоит ему сказать… — завязав шнурки на кедах, раздраженно выпрямился Питер. — Тренер!
Баки повернулся к Питеру и, попрощавшись с Наташей, полетел к парню.
— У Вас засос. На загривке… — отрапортовал Паркер.
Баки схватился за шею и машинально оглянулся на хихикающую Романофф.
— Вот же зараза…
— Вы про мисс Романофф или про мистера Роджерса?
— Да про обоих… — потом до Баки дошло. — Так, Паркер, пять кругов, марш!
— Вы решили: не затрахаете, так заебете? — фыркнула Мишель.
— Что?
— Что? Вы мне никто. А он официально мой парень! — девушка собрала копну кудрявых волос в тугой хвост.