Личный призрак (СИ)

- Нет, – маг качнул головой, – подготовьте мою лошадь, я сразу после ужина уезжаю. И еще принесите вина пряного.
- Сию минуту, все будет.
Лета с удивлением поняла, что Ханар, может смотреть столь надменно, холодно, высокомерно, без намека на приязнь или тепло, а от его голоса по телу бежит совсем неприятная дрожь. Она успела забыть, что первое время маг вел себя и с ней так же, поэтому спросила, едва мужичок отошёл:
- Ханар, ты с этим трактирщиком в контрах?
- Что??
- Ну, он тебе неприятен, или вы с ним поругались...
- С чего ты взяла? Нормальный мужик.
- Ты так холодно себя с ним ведешь...
- Я со всеми так.
- Со мной нет.
Подошел трактирщик, поставил на стол кувшин с вином глиняную кружку и произнес, слегка волнуясь:
- Господин Ханар, если что-то не нравиться, Вы так и скажите, не насылайте проклятье!
- О чем Вы уважаемый… – начал Ханар, и сообразил, как выглядит со стороны его разговоры с Летой, вздохнул. – Не волнуйтесь, я ничего такого не делал, наоборот, вашего охранника в чувства приводил. Вон, может подбирать!
У двери раздался сначала мягкий удар, когда вышибала «оттаял», потом витиеватая ругань, магу достался злобный взгляд, но на большее охранника не хватило.
- Тёща, кстати, как? – вежливо поинтересовался чародей, возвращая внимание к себе. – Не беспокоит?
- Вашими трудами и с благословления духов, все хорошо. Сейчас ужин принесу.
- Ханар, ты угробил милую старушку?
- Нет, я уговорил воинственное приведение отправиться на покой, – проговорил маг, пряча губы за кружку с вином, – И если я продолжу отвечать на твои вопросы, эти добрые люди посчитают, что я сошёл с ума или решил их всех скопом проклясть. Хозяин трактира уже так и подумал. Так что, Лета, либо ты держишь свой язык за зубами, либо идешь гулять.
- Конечно же, второе, – девушка выскользнула из-за стола. – Здесь так интересно, а я еще ничего не видела.
- Мы уходим через час, не опаздывай.
Пока Лета сидела с магом в трактире, даже самые бойкие и неугомонные люди собрались на покой. Так что девушке осталось лишь расстроено наблюдать, как торговцы сворачивают товары и запирают лавки до утра.
В тавернах, и в некоторых домах окна еще светились, но в переулках магически фонари в большинстве своем погасли, оставшись лишь на главной торговой улице.
Крупные яркие звезды, среди которых царственно шефствовала круглая луна, стали заметнее на темном небосклоне. Поднялся ветер, деревья единой темой массой колыхались по склонам долины, и от их непрерывного движения, на душе становилось неуютно. Лета поспешила вернуться.
Из окон таверны, не смотря на приближающуюся полночь, лился свет, и звучали голоса. Мага еще не было, но внутрь заходить не хотелось, так что присев на высокое бревно, которое обтесали, придав форму лавки, Лета решила подождать.
Ханар все не шел, и девушка, скучая, без особого интереса, вслушивалась в разговор двоих работников трактира. Один, по виду повар, в засаленном фартуке с огромным мясницким тесаком в правой руке и тушкой птицы в левой, а другой в простой одежде, похоже, уже собирался уходить домой, да задержался поболтать.
 Сначала обсуждали какого-то купца, жена которого сбежала с управляющим, прихватив половину сбережений. Прихватила бы больше, но с другой половиной денег сбежала младшая дочь, поверившая посулам какого-то проходимца, обещавшего жениться. А купец пил в их трактире три дня не просыхая, пока ему не явился кто-то из младших духов, и не наплел такое, что мужик мгновенно протрезвел, переоделся в робу и ушёл отшельником на ближайшую гору.
Потом разговор перепрыгивал с одного на другого, пока не дошёл до мага, вот тут-то Лета навострила ушки.
- А маг то наш подобрел никак – сказал тот, что уже собирался уходить.
- С чего взял? – лениво поинтересовался повар.
- Видал, как он Гринко заморозил, когда тот его не признал? А в прошлых раз другого так заколдонул, что тот рта открыть боялся.
- Чего так?
- Да как бранное слово сказать захочет, или наорать на кого, так изо рта его лягушка-то и скакнет. А при эдакой работе, как ещё объяснишь не трезвому человеку, что он не прав.
 
Лета улыбнулась.
- Да добреет, – протянул повар, и добавил громким шепотом.- Это не иначе скорая женитьба сказывается. От баб-то и самые черствые мягчают.
- Это что, – трети работник спустился с крыльца, – я сейчас слышал, как маг хозяину нашему говорил, что пришли люди с гор, беда у них. Велел проследить, что бы купец Прола не брал за провиант дороже, чем он стоит. А если узнает, что ослушались, натравить злобного демона говорливости и беспринципности, о!
- Да ладно, – удивились двое слушателей.
- Ага, – утвердительно кивнул третий. – Имечко еще такое назвал: Лета.
Вот тут девушка согнулась в приступе бешеного хохота. И маг, вышедший на крыльцо, спустя пару минут, долго не мог понять, почему девушка, спокойно сидевшая на бревнышке, увидав его, принялась смеяться и долго не могла успокоиться.
 – У меня для тебя сюрприз, – проговорил Ханар, загадочно улыбаясь.
Двор сейчас был пусть, и маг мог спокойно общаться, не боясь, что его не так поймут.
- Какой? – глаза Леты загорелись любопытством.
- Сейчас увидишь.
Как раз в это время мальчик-конюх подвел двух оседланных лошадей, светлую, чья шерсть в свете луны отливала серебром, и темную, в отблеске окон искрившаяся медью. Ханар отблагодарил мальчика мелкой медной монеткой, и сказал, что дальше сам справиться. На темную он закинул свой мешок, а светлую подвел девушке, сообщив, что теперь им не приодеться тесниться на одной.
Лошади Лета образовалась, гладила её по шелковистому носу и называла «красавицей, милой девочкой», пока маг не огорошил, сообщив, что вообще-то это красавец, потому, как конь.
На что девушка совершенно спокойно сообщила, что ей простительно ошибиться, так как она первый раз находиться так близко к лошади, а уж тем более к коню. А потом, видимо, решив добить мага окончательно, добавила, что когда-то в раннем детстве у неё был деревянный конек на колесиках, и этим весь её опыт верховой езды заканчивается.
- Лета, – магу стоило огромных усилий сдержаться, зато про себя выругался столь витиевато, что сам удивился, – А раньше ты об этом сказать не могла?
- Когда? – хлопая подозрительно невинными глазами, поинтересовалась девушка.
- Ну, например, с самого начала, когда мы ещё не покинули замок. Или чуть позже, когда добрались в Перекрестье. Или в любой другой промежуток времени, но до того момента, пока я не нашел для тебя эту проклятую лошадь!
- Это конь, – совершенно спокойно поправила девушка
И тут маг не выдержал, с его пальцев сорвалась ветвистая молния, и бревнышко, на которое еще недавно отдыхала Лета, превратилось в горстку горелых угольков.
- Так, возвращать я этого коня не буду! Мы и так слишком опаздываем, из-за твоих порывов помочь. Так что я… – начал Ханар, зло глядя на Лету, но был прерван.
- Господин Наритан, – раздалось от крыльца, с которого едва не кубарем скатился хозяин «Клыка дракона». – Неужели утка была пересолена? Или может вино кислым? Или, духи упаси, что-то случилось с вашей драгоценной лошадью? Вы скажите прямо, зачем имущество-то портить?
Ханар незаметно показал довольно улыбающейся Лете кулак, и принялся успокаивать подбежавшего трактирщика:
- Все в порядке, уважаемый, я всем доволен! А бревно… ну просто я заметил, что оно… что на нем…
Лета, видя, как маг скрепя извилинами, пытается придумать, что соврать, шепотом подсказала:
- Сидел мракобес.
- Сидел мракобес, – автоматически повторил Ханар, и мысленно застонал, не веря, какую глупость сморозил.
- Что это? – трактирщик выпучил глаза, и так втянул голову в плечи, словно хотел сам в себе спрятаться.
- Ну… это… такой, мелкий… любящий пакостить, – начал маг сочинять на ходу, но совсем запутался и замолчал.