Не твой наследник (СИ)

Этикет предписывает предупреждать о своем визите, но я не из вежливости собираюсь навестить брата, а потому беру билеты на первый же рейс до Питера и надеюсь, что эффект неожиданности поможет мне вытрясти из Саши правду. Если она, конечно, еще не променяла Яна на мужика с хером по колено. Что-то мне подсказывает, что парнями с таким наследством в перспективе не разбрасываются. Она может сколько угодно убеждать меня, что у них с Яном любовь и страсть, каких свет не видывал, но я же не вчера родился. Не может девушка, которая любит одного, так самозабвенно трахаться с другими. Жаль, если придется раскрыть Яну глаза на суть его отношений, но такова тяжкая доля старшего брата.
Вопреки репутации дождливого города, Питер встречает меня еще большей духотой, чем была в Москве. Даже в такси из аэропорта кондиционер справляется плохо, рубашка липнет к телу, а настроение ухудшается с каждой секундой. Солнца нет, небо затянуто тучами, дышать нечем в принципе. Не иначе собирается гроза — и, очевидно, дожидается меня. Ну точно: стоит мне вылезти из машины, как за спиной раздаются первые раскаты грома. Секунда — ливень обрушивается сплошной стеной. Это даже не дождь, это всемирный потоп. Нырни я сейчас прямо в одежде в Неву — и то вылез бы более сухим.
В подъезд — или, как здесь принято говорить, в парадную, — я захожу уже чавкая ботинками и оставляя после себя внушительные лужи. Жалкие двадцать метров! Как?! Как можно было так вымокнуть за несколько шагов? Представляю, какой у меня сейчас вид… Даже если я изо всех сил постараюсь угрожать Саше, наверняка, не вызову у нее ничего, кроме смеха. Видимо, придется сразу переходить к деньгам.
Жму на кнопку звонка. Снова. И еще. Изнутри слышится громкая музыка, смех, и мне приходится взяться за телефон. Эффектного появления не вышло.
— Да? — весело отвечает брат после семи длинных гудков.
— Дверь открой.
— Марк, ты номером не ошибся?
— К сожалению.
Что-то нечленораздельно пробурчав, Ян отключается и вскоре материализуется на пороге.
— Ты чего вдруг? — без особого энтузиазма спрашивает он. На его лице явственно читается «на кой хрен ты мне сплющился», но нас все-таки воспитывала одна мать.
— Надо поговорить. Саша у тебя?
Ян нехотя отступает, пропуская меня внутрь. Из прихожей видна кухня, и, судя по фруктам и шампанскому на столе, кто-то что-то отмечает.
— Санек, тут Марк приехал!
Из кухни выныривают двое: Саша и какой-то спортивный загорелый парень. И если Саша при виде меня моментально бледнеет, будто перед ней выбрался из могилы самый настоящий зомби, парень отчего-то приходит в неистовый восторг.
— А, вы должно быть и есть тот самый Марк! — улыбается он и с энтузиазмом протягивает мне руку. — Ян столько о вас рассказывал…
Тот самый? Какого лешего это должно значить? И с чего бы Яну обо мне трепаться с друзьями? Разве что использовал какую-то из моих позорных детских историй, чтобы повеселить гостей.
— Юр, не сейчас… — неожиданно смущается мой брат. Никогда его таким не видел. Вредным, наглым, безбашенным — да. Но смущенным?! Впрочем, по сравнению с тем, что происходит дальше, все это — просто цветочки. Потому что Саша, приобретя зеленоватый оттенок, тащит Яна за рукав в сторону, яростно шепчет, а брат, пожав плечами, оправдывается:
— Да ничего я ему не рассказывал!.. Я думал, это ты…
— С ума сошел?!
— Мы можем поговорить или нет? — прерываю я шпионские страсти.
Уж не знаю, что у них тут намечалось: тройничок или свингер-пати. Пусть себе развлекаются, как хотят, но только после моего разговора с Сашей.
— Ну, разувайся, проходи, — Ян достает для меня тапки. — Я гляну тебе что-нибудь сухое… Юр, не поможешь?
— Ага, — опомнившись, загадочный загорелый Юра отвлекается от созерцания моей персоны и исчезает вслед за Яном в комнате. Мы остаемся с Сашей наедине. С каждой секундой я убеждаюсь, что был прав насчет нее: это она проболталась, не иначе. Потому что когда мы с ней расстались в последний раз, она злилась на меня. И тот факт, что сейчас она таращится на меня, как на призрак оперы, означает, что совесть у девушки не чиста. Я мог бы понять раздражение, негодование или банальный игнор. Но страх, который плещется в ее глазах, и эти нервно поджатые губы — явные признаки чувства вины, а для чувства вины у беспринципной особы вроде Александры должны быть веские основания. И попытка лишить меня всего через мою дорогую женушку как раз относится к таким основаниям.
 
— Ну? — перехожу сразу к делу, чтобы Саша не успела придумать отмазку. — И зачем тебе это? Хотела подпортить мне жизнь? Довольна?
— Я?! — непонимающе моргает она. — Плевать я хотела на твою жизнь.
— Это я уже понял. Но, может, не стоило хотя бы лезть?
— Я никуда не лезу и не собираюсь. Мое решение касается только меня, — упрямо задирает подбородок.
Решение?! Теперь это так называется? Изменить своему парню, а потом еще и нажаловаться чужой жене — гениально! И еще смотрит на меня с таким гордым видом, как пленный красноармеец. Чертова женская логика!
— А ничего, что из-за твоего «решения» я могу лишиться бизнеса? Об этом ты не подумала?!
— Подожди. Ты о чем вообще? — хмурится Саша. — При чем тут твой бизнес?
— При том, что в случае измены я должен отдать при разводе все совместно нажитое имущество. И из-за каких-то идиотских формальностей все мои отели считаются совместно нажитыми.
— Ты что, собрался разводиться? — на Сашином лице такое искреннее недоумение, что я охреневаю. Это что, проклятье? Испорченная карма или просто феерическое невезение? Почему меня окружают женщины, которые вообще незнакомы с причинно-следственными связями?
— Вообще-то я изначально планировал подать на развод, — неохотно поясняю вслух. — Но благодаря твоим стараниям Лена обозлилась окончательно и из кожи вон лезет, чтобы оставить меня ни с чем. Или ты думала, что после того, как проболтаешься моей жене о нашем сексе, она меня по головке погладит?
— Я не… — Саша запинается и мотает головой. — Я вообще с твоей женой ни о чем не говорила! Я что, больная?!
— А кому ты тогда растрепала? Ее адвокату? Кто еще знает о том случае?
— Ну, ясен Павлик! — она возмущенно фыркает. — Каждая женщина, ненароком допущенная до твоего царского дела, должна тут же бежать и хвастаться об этом на каждом углу! Это ж сенсация! Счастье и повод для зависти! Так, по-твоему?!
— Но откуда тогда…
— Слушай, я понятия не имею, откуда твоя жена узнала про измену. Покопайся в памяти, может, вспомнишь еще несколько юбок, под которые ты залез на досуге, — от страха не осталось и следа, Саша снова смотрит на меня со смесью злости и презрения. — Разбирайся со своими проблемами сам, я к этому не имею никакого отношения.
— Тогда о каком решении ты говорила? — я перестаю понимать, что вообще творится.
— Вот, думаю, спортивные штаны тебе должны налезть, — Ян возвращается максимально не вовремя и протягивает мне одежду. — Футболка вообще новая, ни разу не надевал.
— Спасибо, конечно, но мы с Сашей не договорили.
Ян вопросительно поворачивается к девушке: она качает головой.
— Нет, мы закончили.
— Вот видишь, — улыбается Ян. — Даже ей ты успел надоесть. Дуй, переодевайся, а потом выпьешь вместе с нами. Надо же как-то отметить.
— Что именно? Мой приезд? — я перевожу взгляд с Яна на Сашу и не могу отделаться от ощущения, что чего-то не знаю. Слишком хорошо знаю своего брата: такая довольная физиономия у него бывает в двух случаях: либо если он уже что-то натворил, либо если только собирается.
— Надо быть таким эгоистом! Нет, Марк, у нас и без тебя шикарный повод!
— Ян, может, не надо, — Саша косится на моего брата.
— А что такого? — пожимает плечами тот. — Он все равно рано или поздно узнает.
— Что именно? — я уже догадываюсь, что ничего хорошего не услышу.
— Можешь нас поздравить, мы с Сашей решили пожениться, — подтверждает мои опасения Ян и вальяжно обнимает побледневшую девушку.